Страница 27 из 96
– Надо было, конечно, Хвостова предупредить, да так сильно заболел, что с детства ничего подобного не припомню.
– Грипп – не ОРЗ, – заметил Виктор.
– Я это уже слышал. Круглова мне тоже об этом говорила, как в воду глядела, – Костя задумался.
«Надо ее срочно разыскать», – и он вновь решительно нажал клавишу, пытаясь вызвать к себе Хвостова.
Хорин, наблюдая за ним, чувствовал, что ему становится все более интересна эта девушка, что он ею заинтригован и хочет быстрее познакомиться. Когда он консультировал ее на прошлой неделе по телефону, ему казалось, что Анна давно связана с их бизнесом, настолько четкой и последовательной была формулировка ее вопросов. Впечатления не портило даже то, что порой они напоминали ему вопросы первокурсника радиотеха.
– Да, Константин Петрович, – наконец ответил запыхавшийся Хвостов. – Сейчас буду у вас.
– Перезвоните, пожалуйста, Анне Николаевне Кругловой. Она в понедельник к вам заходила. Передайте, чтобы сегодня приехала в офис, как только сможет. Я ее буду ждать. Нет, – вдруг сказал он после паузы, – дайте мне ее телефон, я сам позвоню.
– Сию секунду. Я сейчас отыщу номер телефона и принесу, – ответил Андрей Витальевич, чувствуя, как лоб начинает покрываться испариной.
– Хорошо, только побыстрее, – после этих слов связь отключилась.
Хвостов сидел ни живой ни мертвый. Как он мог так оплошать? День назад, уехав пораньше с работы, он решил съездить на дачу для проверки. Еще раз просмотрев старые записи и убедившись, что ничего не пропустил, он захватил с собой старую рабочую тетрадь и самолично сжег ее в печке.
«Почему снова не записал на всякий случай телефон? Понадеялся только на свое предчувствие, даже не узнав мнения шефа! Но ведь он и вправду не сказал, как с ней поступить», – от этих мыслей Хвостова попеременно бросало то в жар, то в холод.
Бывший кабинетный работник МВД, он познакомился с Крыловым несколько лет назад, незадолго до ухода на пенсию, когда тому понадобилась помощь. Хвостов, пользуясь своими связями, решил для Крылова несколько щепетильных вопросов, и Константин Петрович его хорошо отблагодарил.
Во время развода возникла потребность в квалифицированных юристах по семейному праву – их рекомендовал Андрей Витальевич, после чего Крылов решил, что такой человек всегда пригодится, и предложил ему должность начальника общего отдела, ко всему прочему отвечающего за кадры.
Словом, Хвостов плавно перекочевал из кабинета МВД в кабинет компании, занявшись привычными для него делами.
«Какой вчера был удачный день, – вспомнил он. – Сколько сил приложил, чтобы забрать права шефа! Зачем поспешил? Вернул бы сегодня, смотришь, тот бы иначе реагировал».
И, уже чувствуя дрожь в коленках от предстоящей взбучки, тяжело вздохнув, Андрей Витальевич направился «на ковер».
Еще накануне Анна почувствовала легкое недомогание, которое усилилось к вечеру, но, лишь собираясь лечь спать, догадалась смерить температуру.
«Господи, 38,8! Неужели и у меня грипп? Глупая, почему снова не стала пить ремантадин, когда вернулась?» – подумала она, роясь в аптечке. Ремантадина там не оказалось. «Забыла купить. И парацетамол у Константина Петровича остался», – продолжала она огорчаться, рассматривая содержимое. С трудом отыскав детскую упаковку, она прикинула дозу и решила, что до утра хватит, а завтра купит. В крайнем случае, дождется из командировки Риту и попросит ее сходить в аптеку.
Ночь прошла как в кошмарном сне. Впрочем, кошмары были на самом деле. Откуда-то возникали образы родителей и бабушки. Потом навстречу в расстегнутом пальто шел улыбающийся Игорь, но когда он подходил ближе, вдруг оказывалось, что это Крылов, и по его грозному виду Анна понимала, что сейчас он будет ее ругать. Затем, как в видеосъемке, перед ней танцевал Балайзер в паре с Верой, откуда-то накатывала серебристая «Вольво», а она, словно оцепенев, не могла сдвинуться с места.
Встав среди ночи, качнувшись, она зацепила тумбочку в прихожей и нечаянно сбросила на пол телефонную трубку, которая, скользя, залетела куда-то под шкаф. В полубреду Анна зацепила веником разлетевшиеся части, а достав и собрав воедино, поняла, что телефон, к сожалению, не работает. Удрученная, она оставила его на тумбочке, побрела на кухню, проглотила горсть таблеток и снова, дрожа от озноба, забралась под одеяло.
Кошмары не отпускали до утра. Прозвонил будильник, но встать не было никаких сил. «Может, Катьку дома оставить? – раздумывала она после тяжелой ночи. – Не получится, ее же кормить надо. Придется отвести».
С трудом заставив себя подняться, Аня разбудила капризничавшую Катюшу, помогла одеться и повела в садик, находившийся минутах в пяти ходьбы от дома.
Медленно бредя вслед за дочерью, у самых ворот Анна оторвала взгляд от засыпанной снегом земли и обомлела. От детского сада отъезжала знакомая до боли белоснежная машина.
– Кто вам позволил решать, как поступить с Кругловой, не посоветовавшись со мной? Почему, в крайнем случае, вы не спросили у Виктора Михайловича? – Крылов перестал себя контролировать, и его голос, все усиливаясь, стал подобен рычанию разъяренного зверя.
Наконец, после паузы, с трудом совладав с собой, он негромко, но отчетливо произнес:
– Андрей Витальевич, или вы сегодня найдете мне ее телефон и домашний адрес, или с понедельника вы уволены.
Поняв, что разговор окончен, красный как рак Хвостов скрылся за дверью.
– Думаешь, найдет? – спросил Хорин, ставший свидетелем разноса.
– Никуда не денется. Свяжется со своими, найдет как миленький. Хорошо, хоть Балайзер больше не звонит.
– У них там сейчас четвертый час ночи, спит, наверное, – взглянув на часы, попытался успокоить Костю Виктор.
– Надеюсь. Хватит об этом. Переводчики закончили?
– Я утром заезжал, к обеду обещали сдать.
– Во вторник все должно лежать на столе у Балайзера. Если сегодня отправим экспресс-почтой, успеем. Что со сбытом? Итоги новогодней распродажи подвели?
– Почти. Александра Андреевна болела на прошлой неделе, во вторник вышла. Закрывает год. Не мешало бы ей после этого премию подкинуть, другого такого исполнительного человека не найти. Старая закалка. Хорошо, что тебе удалось уговорить ее перейти к нам. Сколько налоговых проверок выдержали малой кровью!
– Слушай, ты вправе сам решать такие вопросы, что ты меня грузишь? – слегка раздраженно ответил Крылов. – Мне сейчас не до этого, и я всего упомнить не могу.
На самом деле Костя всегда хорошо помнил, что хороших специалистов, которых он в шутку окрестил «гениями», нужно беречь. И гений в лице главного бухгалтера Александры Андреевны Лариной, несомненная удача компании, был им очень почитаем.
Он знал ее много лет, еще со времен работы в НИИ. Уже тогда о ней ходила слава как о самом толковом сотруднике бухгалтерии. А с годами Александра Андреевна заняла пост главного бухгалтера.
Столкнувшись в первый раз с налоговой, Костя заново осознал важность хорошего бухгалтера для фирмы и вспомнил о Лариной. Он обхаживал ее около двух лет, пока наконец-то не уговорил по совместительству приводить в порядок и его бухгалтерию. Александра Андреевна разгребла запущенные дела, частично воссоздав утерянные документы или вообще не существовавшие, очень вовремя: неожиданно нагрянула очередная налоговая проверка. В тот раз все обошлось, а Ларина так и осталась у Крылова, сдавшись под его напором.
Впрочем, не только это было причиной. К тому времени она устала и от семейных проблем. Достигнув высот в профессиональном плане, она практически потеряла мужа, который каждое очередное повышение жены воспринимал как собственное поражение. Следующие за этим приступы ревности и гнева часто заканчивались скандалами, после которых она долго ходила, стыдливо пряча синяки, а однажды даже попала в больницу.
И как ни жаль ей было своего слабого мужа, в один прекрасный день, решив, что дети выросли и теперь она никому и ничем не обязана, Александра Андреевна собрала свои вещи и ушла из дому. Прямо к Крылову, который без лишних слов и расспросов помог ей деньгами и решил жилищный вопрос, поселив во временно пустующую квартиру Саши.