Страница 34 из 49
— Танас все равно нас найдет, да? — сказала я с отчаянием в голосе.
— Наверное, — Феникс повернулся ко мне, лицо было мрачным во тьме. — Тебе лучше поспать, пока ты можешь. Я посторожу.
Я замешкалась, думая, стоило ли обнять его еще раз… но тот миг прошел. Он снова был насторожен. Он снова был моим Защитником Души, его разум сосредоточился на работе.
Он стал проверять окна по очереди, а я прошла к кровати, тело было уставшим. Я скользнула под одеяло, опустила голову на подушку. Она была мягкой, как облако. Я уснула через мгновения, веря, что Феникс защитит меня.
31
— Просыпайся! Вставай, девочка! — шипел настойчивый голос.
Меня грубо потрясли за плечо, и я открыла глаза и увидела обветренное лицо раба. Его щеки были впавшими, глаза — темными, а худощавое тело было костлявым. Кустос выживал на горсти ягод и почти без сна с нашего побега из поместья три дня назад. Мой Защитник отдавал мне почти все, что находил в лесу, и всегда сторожил меня, пока я спала, но его жертвы стали сказываться на нем.
— Утро… — я зевнула. — Чт…
Он зажал рукой мой рот и прижал палец к своим губам. Я тут же насторожилась, прислушалась к звукам леса. Птицы пели на рассвете. Ветерок шуршал листьями. Ручей неподалеку журчал на камнях. Ничего необычного…
А потом я услышала резкий хруст ветки.
Кто-то был близко.
Я выглянула в брешь в кустах, заметила красную тунику римского солдата.
Закаленный боем, он нес длинное копье. Через каждые пару шагов он делал выпад копьем в сторону кустов. Он приближался к нашему укрытию, и мы замерли, тихие, как лани. Я едва осмеливалась дышать. Копье рассекло листья у моей головы, но Кустос закрыл меня, и наконечник проехал по его руке. Стиснув зубы от боли, он поспешил вытереть с наконечника свою кровь большим листом, и солдат убрал оружие. Его сообразительность спасла нас, солдат ушел, не зная, как близок был к тому, чтобы найти нас.
Только когда он пропал из виду, Защитник подхватил меня и унес в другую сторону. Я держалась за него, настороженная и испуганная. Он шагал тихо, но вскоре его следы нашли, нас выдали капли крови с его руки.
Вскоре я услышала лай охотничьих псов вдалеке. Больше красных туник появилось, они прочесывали лес. Солдаты приближались. Но Кустос был сильным и быстрым, как конь. Он нес меня в руках, бежал между деревьев. Его дыхание вырывалось с хрипом, пока мы бежали по лесу… и резко остановились.
Мы были у края узкого оврага. Далеко внизу лежали острые камни на месте высохшей реки. Мой Защитник искал безопасный спуск, но склоны были отвесными. Сжимая меня в руках, он повернулся к деревьям и увидел центуриона с глазами-ониксами. В броне из бронзы, с кроваво-красным плащом, ниспадающим с широких плеч, и прямым обоюдоострым клинком в руке, командир казался таким же крепким и жутким, как статуя бога войны в храме Марса в Риме.
Солдаты окружили нас с копьями и щитами, центурион потребовал:
— Отдавай похищенного ребенка, раб!
Я посмотрела на своего Защитника, испуганная и растерянная. Меня не похитили, а спасли… да?
Глядя на вооруженных солдат, Кустос понимал, что сопротивление было бесполезным, осторожно опустил меня на каменистую землю.
— Иди ко мне, Аурелия, — поманил центурион. — Твой отец ждет.
Я медлила, не зная, что делать. Кустос говорил, что центурион хотел для меня зла, но отец верил в командира армии. Кому верить? Рабу или выдающемуся солдату?
Кустос опустился на колени рядом со мной.
— Ты мне веришь? — спросил он.
Я кивнула, и он поступил неожиданно. Он толкнул меня в грудь. Крича от ужаса, я полетела спиной вперед в овраг, на камни…
Я резко проснулась в поту. Сердце колотилось. Голову пронзала боль, словно мой череп разбился. Тело болело, будто все кости были сломаны.
Боль постепенно утихала, а я задалась вопросом, был это кошмар или Проблеск?
Сидя на кровати, я пыталась прогнать из головы жуткое зрелище. Это, конечно, могло мне показаться. Может, сомнения, которые посеял Дамиен, проникли в мои сны, отравили мои мысли… Но в душе я знала, что это был Проблеск.
Раб, Кустос — Феникс, как я знала его сейчас — столкнул меня с обрыва. Убил своими руками. Убил меня!
От одной мысли было страшно. Какой Защитник убивает того, кого должен спасать?
Я тихо выбралась из кровати и заглянула в гостиную. Свеча догорела. Но во тьме я видела, что Феникс обмяк в кресле у окна, усталость одолела его. Могла ли я доверять ему жизнь? Я знала его чуть больше недели. Я все еще приходила в себя после Проблеска. Феникс мог не защищать меня, а похитить? Как сделал с девочкой в Риме? Может, он хотел снова меня убить. Моя смерть была ему выгодна, как Танасу?
Я поняла, что у меня было лишь слово Феникса, что он — мой Защитник Души. Да, он спас меня от Дамиена и его Охотников в этой жизни. И прошлые Проблески показывали, что он спасал меня. Но что было во множестве Проблесков, которые я еще не видела? В которых я могла умереть от его руки.
Если он мог столкнуть меня с обрыва, как Кустос, Феникс мог убить меня и в этой жизни… в любой момент.
Мне вдруг стало страшно находиться с ним. Я не доверяла его намерениям, подозревала его. В свете последнего Проблеска было безопаснее вернуться в семью и к друзьям, чем быть с этим убийцей.
Я взяла кроссовки, прошла по гостиной и направилась к входной двери. Мои руки дрожали. Я открыла дверь и вышла босиком в ночь. Дыхание вырывалось паром в холодном воздухе. Надеясь, что Феникс останется спать, я тихо закрыла за собой дверь и пошла по гравию, кривясь от того, как ноги хрустели на нем.
Как только я прошла по тропинке, я надела кроссовки и побежала. Лошади испуганно фыркнули, когда я прошла мимо них. Тусклый полумесяц освещал путь. Я бежала по дороге почти в полной тьме, не зная, куда направлялась. Но мне нужно было оказаться подальше от Феникса.