Страница 6 из 10
А просмотров-то уже – двадцать тысяч! И лайков огромная куча.
Смайлика за такое мало. Отправила большие спасибки и даже губки-поцелуйчик, имя занесла в адресную книгу. На часы старалась не смотреть.
Время – давно за полночь. А ей завтра на работу к восьми.
Заставила себя лечь в постель, закрыла глаза. Но каждые минут десять не удерживалась, проверяла, сколько просмотров.
И только в два провалилась в тяжелый сон.
А в шесть утра телефонный звонок. Юра. Трусливый мужчина и талантливый режиссер. Хохочет:
– По деревьям лазить умеешь?
Спросонья совсем ничего не поняла, спросила хрипло:
– О чем ты?!
– Я в парке. Твой кот сумасшедший на дуб залез. На самой вершине сидит. Тот же самый. Так что прилетай. Будем опять спасать.
Федор Олегович деньги считать умел – что остается, если вынужден выживать на пенсию? Но хотя продуктами отоваривался в будни до часу дня, чтоб со скидкой, и в санаторий поехал по бесплатной путевке, на дорогое сердцу средства выделял.
Экспедицию к водопаду Каракая-Су он задумал давно и планировал тщательно. В Минеральные Воды быстрей и дешевле добраться на самолете, но мужчина приехал на поезде. Привез без переплаты за багаж палатку, спальник, термобелье, теплую одежду и даже керосинку, чтоб иметь возможность согреваться холодной ночью горячим чаем.
Заранее, еще из Москвы, начал вести переписку с местными экскурсоводами. Поездки в горы обычно заканчивались в октябре – с ноября погода становилась непредсказуемой. Но отдельные смельчаки рисковали. Кто вот только согласится – построить маршрут под его потребности, днем отвезти, а на следующее утро забрать?
Поначалу Федора Олеговича уверяли: самому никак не получится. Лютый холод, волки, рыси, одного вас не оставим, ибо несем ответственность.
Пришлось скрепя сердце намекнуть, что готов на повышенный тариф. И проводник нашелся – восемнадцатилетний парень предложил доставить на отцовском «уазике». Федор Олегович сильно подозревал, что водительского удостоверения юноша не имеет и отец, владелец машины, про экспедицию ведать не будет. Но когда за ВИП-тур тридцать тысяч драли, а мальчишка за пять согласился, сложно отказаться от выгодного предложения.
Прогноз погоды не благоприятствовал – обещали сильную облачность, возможен дождь и снег. Пацан начал трепыхаться: колеса лысые, дорога обледенеет, не проедем.
Пришлось сделать широкий жест: поднять ставку до семи тысяч рублей.
И в субботу, ранним утром, когда холодное светило только выглядывало застенчиво из-за гор, к санаторию «Мечта» с громким рыком подлетел его личный транспорт.
Федор Олегович с неудовольствием отметил, что машина грязная, без глушителя, стекло лобовое треснуто. И пацан – зеленый совсем, нечесаный, сопли утирает рукавом.
«Как бы в пропасть с ним не улететь», – мелькнула опасливая мысль.
Но сдаваться (тем более когда об экспедиции на его сайте официально объявлено) Федор Олегович не привык.
Погрузил палатку и рюкзак в багажник, сел в машину, строго спросил:
– Где у вас ремень безопасности?
– Нету, – заржал мальчишка. – Это ж «уазик», какая тут безопасность?
Федору Олеговичу стало совсем тревожно. Предвкушал скользкую дорогу, неуправляемое боковое скольжение. Но даже подумать не мог, что опасность надвигается совсем с другой стороны.
Ни он, ни его юный водитель не обратили внимания, что от самой «Мечты» вслед за ними движется огромный, вызывающе лакированный «Ранглер».
Система проката автомобилей в Целебноводске представлена в основном «Ладами», но Борька оказался упрямым и джип все-таки разыскал. Строгое предупреждение – «за пределы Ставропольского края не выезжать» – его не смутило:
– У вас не Москва, камер мало.
Лия в Кабардино-Балкарии бывала и боялась, что брат просто не представляет, насколько тамошние дороги отличаются от образцово-показательных столичных трасс. Сосед-экскурсовод Левушка любил показывать видео – как выводит свое авто из заноса на заснеженных горных тропах. Но Борей отмахивался:
– Джип на зимней резине где угодно пройдет. А вот папуля на своем «уазике» запросто может в обрыв улететь.
Впрочем, хоть водитель и юнец, а плелся, словно старый дедушка. Тащиться вслед за ним на черепашьей скорости даже Лие казалось тоскливо, а уж взрывной Борька только глаза закатывал, причитал:
– Хуже автобуса похоронного!
Миновали Кисловодск, въехали в Кабардино-Балкарию. Ям на дороге прибавилось, но машины с местными номерами лихо их обгоняли. Каждый водитель своим долгом считал миновать на максимальной скорости, обрызгать грязью и снисходительно при этом улыбнуться.
– За сопляка меня считают, – страдал Борей.
– Тебе не все равно? – удивлялась Лия.
– Стыдно на хорошей машине еле тащиться.
Да, выделываться у брата в крови – не стал бы иначе кредит брать на то, чтобы жить обязательно в люксе.
Но волочиться за «уазиком», нет спору, и скучно, и подозрительно. Поэтому Лия предложила:
– Мы ведь знаем, куда конкретно они едут. Можем их обогнать и посмотреть пока скалы Аватара. Хочешь?
– Это что такое?
– Ну… просто скалы. Похожие на те, что в фильме. И если там в пропасть орать, эхо сумасшедшее будет.
– Давай!
– Тогда тормози вот здесь, у кафешки.
Насколько Лия помнила, то был последний оазис цивилизации перед дикой красотой гор. Борька с интересом изучил дощечку меню, что стояла перед входом, оживился:
– Кутабы. Кофе на песке. Зайдем?
– Там очень бдительная хозяйка. Запомнит нас надолго. Неразумно афишировать нашу экспедицию.
– Да, ты права.
Обошли кафе, прогулялись по тропинке – завершилась она у опасного провала.
Борька выхватил телефон:
– Ух, красотища. Скалы складчатые! Правда, как в кино. Становись, сниму!
– Меня-то зачем? Я местная.
– У тебя улыбка – как солнце здесь. Это надо запечатлеть.
Рассмеялась:
– Ну, если так, то давай. Приятно быть любимицей режиссеров.
– У тебя их много?
– Ну… ты второй.
– А кто первый?
Как не похвастаться! И время есть поболтать.
– Некто Юрик. Он меня для «Тик-тока» снимает. Я, кстати, там звезда. За два дня – почти миллион просмотров.
– Да ладно! Покажи!
– Только не смейся.
И показала брату целых три ролика. Котенок в фонтане. Он же – на дереве.
И последний Юрин шедевр – его сделали вчера.
С темой сюжета вышел спор. Ютьюбер считал: раз народ зацепило, надо продолжать кошачью тему. Изловить того же (ну, или похожего) усатого-полосатого бедолагу, закинуть его, к примеру, на крышу заброшки. И в очередной раз выручить из беды. Но Лия воспротивилась:
– Я, конечно, не специалист, но, по-моему, с котиками перебор. И нехорошо специально животное мучить.
– У кошаков девять жизней. Зато ми-ми-ми – беспроигрышное.
– Давай лучше кого-то по-настоящему спасем.
– Есть варианты?
– Ну… я недавно в Минеральные Воды ездила. И услышала: во дворе частного дома скулит собака, очень жалобно. Забор не глухой, видно отлично: совсем щенок, еще лапы разъезжаются. А хозяин его на цепь посадил. Малыш плачет, мамку зовет.
– И что ты предлагаешь?
– Перелезу через забор и заберу его.
– А хозяин подстрелит.
– Увернусь.
– И куда дальше того щенка?
– Себе возьму.
– «Угон быка из Куальнге»[1].
– Чего?
– Не бери в голову. Я к тому, что эпичная ты девушка.
– Но разве не свинство: малыша беспомощного на цепь сажать?
– Как иначе вырастить его сильным и злым?
Лия вспомнила про отца с жесткой системой воспитания, усмехнулась:
– Этот метод не всегда работает. Ну что? Поедем?
– Если поймают, спасать тебя не буду.
– Да я уже поняла – ты не по этой части.
Не обиделся:
– Каждому свое. Кому-то драться. Кому-то творцом быть.
1
Ирландский эпос. Уладский цикл ирландской мифологии.