Страница 55 из 72
…Лично отправиться в Пронск? Ну да, ну да… Озадаченный судьбой Ростиславы и очевидно, потерявший из-за волнения способность трезво мыслить, я все же догадался явиться на глаза князю и предупредить его о своем отбытии. Но выслушав меня, Юрий Ингваревич хоть и не высмеял мой план, но резко его раскритиковал, без обиняков предупредив, что в одиночку до города я не доберусь — волки, вдоволь вкусившие человечины, меня просто сожрут. Ошарашенный столь очевидной истиной, я буквально дар речи потерял. Князь же продолжил разносить мой план по кусочкам — к примеру, чем следовать по Прони, пытаясь на лыжах догнать всадников головного отряда поганых, можно значительно сократить путь по зимнику, пролегающему по реке Истье (впадающей в Оку неподалеку от Рязани). А затем и ее ответвлению Мече, протекающей всего в полутора десятках верстах от Пронска… Но без проводника я бы мог запросто свернуть не туда на очередном речном повороте, и очевидно, заплутал бы в глухих лесах, лежащих между устьем Мечи и городом. Зато с проводником мы срезали бы наш путь до Пронска на добрую треть, добравшись до места назначения с форой в сутки-полтора!
Короче, князь сразил меня своей убойной логикой, после чего я не смел уже и возражать против подкрепления. Правда, до того он попросил меня уточнить, как я собираюсь действовать — и умолчав, что главной своей целью я вижу спасение возлюбленной, я озвучил следующий план. А именно, что предупрежу Михаила Всеволодовича о грядущей опасности и предложу ему дать бой авангарду татар на Прони, в узком месте реки да подальше города. Перекрыв ее устье и заняв оба берега, мы могли бы задержать поганых на несколько часов, коих хватило бы, чтобы горожане вышли из города…
А вот что с ними случилось бы после, как бы они выжили в наполненных озверевшими хищниками заснеженных лесах без достаточного количества припасов (а сколько удастся взять с собой на простых санях при спешном бегстве из города?) — об этом я уже не думал. Не думал потому, что сам уже никак не повлиял бы на все последующие события, касающиеся горожан — да и процент выживших все одно был бы выше, чем если бы горожане оказались заперты в ловушке осажденного города… Зато подумал о том Юрий Ингваревич, пообещав после выхода моей дружины как можно скорее собрать большой санный обоз с припасами и дополнительным воинским отрядом в сопровождение, и отправить его следом! Что же касается именно «моей» дружины — уточнив численность уцелевших ратников под началом Михаила Всеволодовича, коих по всем прикидкам осталось чуть более тысячи воев с учетом выздоравливающих, князь щедро выделил мне пять сотен лучников из числа гридей. По сути ведь всех воев с лучшими составными биокомозитами… Щедро! Кроме того, еще столько же ратников, дружинников напополам с опытными ополченцами, он пообещал включить в состав санного обоза.
Моей благодарности не было предела! По собственным ощущениям, Юрий Ингваревич закрыл передо мной все возможные долги — хотя, конечно, на самом деле он и сам обязан был позаботиться о своих подданных. Но тут ведь тоже как посмотреть — Пронское княжество от Рязани, конечно, зависимо, но обладает и определенной долей самостоятельности, являясь удельным и третьим по силе и мощи после столицы и Мурома…
Кроме того, Юрий Ингваревич предложил мне взять с собой Коловрата, как боевого товарища и одного из самых доблестных своих витязей. На что я, однако, ответил отказом — Евпатий заслужил право найти собственную семью и убедиться в том, что с ними все в порядке. Особенно после ночи подрыва, когда он единственный из моих соратников выжил, до последнего сражаясь над телом Ждана. Эх, Ждан, Кречет, други… Тяжело мне без вас… Однако же я предупредил Юрия Ингваревича, что, коли Евпатий Львович успеет вернуться в город к моменту выхода санного обоза и пожелает к нему присоединиться, то я буду только рад его присутствию!
Что же, князь свое слово сдержал — и теперь отряд из пятисот дружинных лучников, на многое способных и в ближнем бою, спешно двигается по зимнику реки Истье под моим началом! А впереди нас ждет последний, теперь уже действительно последний бой с погаными Батыя…