Страница 10 из 16
– Вы не имеете права отказывать моему мужу! Вы что, совсем обезумели! Что вы делаете, кем себя возомнили? Он лучше каждого из вас!
Вячеслав молча оттащил жену подальше, и крик её затих, словно пропавший за сотни метров отсюда. Бедный Казимир остался на месте, сжимая свои маленькие кулачки и глядя в землю. За ним подбежала сестра и стремительно увела его подальше от нас. Они все ругались, но как-то неслышно, словно разыгрывая спектакль или сцену немого кино.
– Я пойду, – слова еле вырвались из моего рта. Я боялся, но кроме себя не видел никого готового согласиться. А пауза и без того затянулась, мы все выглядели жалко.
Я старался не смотреть по сторонам, чтобы не собирать чужих взглядов, и в особенности Сергея Витальевича. Мне показалось, что за подобную инициативу получу выговор. Так уже было раз, хоть и ситуация тогда сложилась совершенно иная. Там не было самолёта, острова и безумной семейки.
Все молча снова собрались вокруг костра и уставились в его останки. Братья, если я до сих пор не ошибался, спрятались под тенью пальмы, подложив под себя лёгкие куртки. Они быстро уснули, скорее всего еле продержавшиеся в скуке и тишине эту ночь. Мы втроём сгруппировались у начала густой чащи. Оттуда веяло каким-то холодом и запахом аммиака. Ни с чем его не спутаю.
– Меня зовут Александр, – мужчина в очках протянул мне руку, и я еле сдержал улыбку, протягивая свою.
– Виктор. – Второй, в спортивном костюме, обошёлся без рукопожатий, крепко зацепившись глазами за густые заросли перед нами.
– Геннадий. – Я назвался последним, снова оставив нас в тишине. Она порядком надоела, и я готов был превратиться даже в Сергея с его глупыми анекдотами, лишь бы не оставаться в забвении.
Несколько минут мы стояли и просто пялились в густую листву, уже ощутив взгляды на наши застывшие спины. Александр снова должен был подействовать первым, но лишь обошёлся вопросом.
– У кого-нибудь хотя бы ножик есть?
9
Мы двигались наугад, нас вёл Виктор, самый физически подкованный. Александр замыкал наш строй, и я плёлся в середине, то неудачно наступая на пятки Виктору, то слишком отставая и доставляя неудобства Александру. В жаре под пальмами я потел и постоянно сбрасывал пот с намокших бровей. Под ногами то и дело путались лианы и тонкие, но прочные корни. Я не запинался, но часто задирал колени чуть ли не по пояс, чтоб не свалиться лицом вниз. Тропа еле проглядывалась, но казалась хоть каким-то способом идти дальше и запоминать, откуда мы вообще двинулись. Впереди всё время виднелся пик небольшой горы, к нему и пролегал путь.
Ножа ни у кого не оказалось, и Виктор рвал перед собой листья и ломал ветки, если те уж слишком настырно пытались ударить по щекам. Я изо всех сил старался отодвигать листву от постепенно сбавлявшего темп Александра. Он был самым старшим из нас и уже хрипел, а его шаги делались всё медленнее и короче.
– Нам нужен привал, – объявил я, проявив заботу о горделивом Александре, уже заметно отставшем от меня и Виктора. Сам Виктор прошёл ещё несколько шагов, прежде чем вздохнул и остановился, ударив кулаком по тоненькой пальме рядом с собой.
– Там осталось немного. С горы посмотрим, с чем вообще имеем дело, – голос Виктора совсем высох, и его полушёпот было трудно различать посреди шуршания травы под ногами Александра. Он уже достиг меня и привалился плечом к дереву. Под кронами мы с ним вдвоём спрятались от палящего солнца.
Казалось, облака над нами кружились как пенка в кипящем молоке. У меня давило во лбу, и я терялся в мыслях. Виктор прав – нам скорее нужно выполнить хотя бы одну часть сегодняшнего плана, но Александр уже свалился на землю и еле сводил концы с концами, дыша как после изнурительной пробежки. Мы ушли максимум на километр от лагеря, и я нервно искал протоптанную нами тропу, но не находил её. Лишь два моих ориентира, – Виктор и Александр, вставшие в одну линию, – помогли вспомнить вектор движения. Пик горы медленно прятался в листьях пальм, страшно его совсем упустить из виду.
Меня одолевала паника. Я подошёл к Виктору и встал рядом. От него несло по́том и уверенностью в себе. Мы минуты три ещё дали Александру и двинулись дальше. Уже выйдя на каменистое плато, мы сделали полноценный привал. Перед нами открылась каменная опушка. Посреди – маленький разрыв в земле, уходящий вниз, в темноту. Туда свалились камешки от моей поступи и пропали, тихо звякая с удаляющимся эхом.
– Тут подземные пещеры. Не упасть бы, – Александр вглядывался из-под очков в разлом, оставляя между собой и краем слишком мало расстояния, чтобы я не ощутил страх за всё ещё постороннего для меня человека. – Ступайте аккуратнее, таких ещё тут может быть много. Провалишься, и не достать уже.
Гору отсюда видно лучше. Какая-то пародия даже на гору, лишь холм с острым пиком, но он, кажется, является самой высокой точкой на острове. Надеюсь, с неё мы увидим всё, за чем шли через густые изнуряющие джунгли. Виктор нарезал круги вокруг меня с Александром. Он будто акула – не мог находиться без движения, желая каждый раз давать мышцам нагрузку. Вены на его висках вспухли, и он ускорял шаг, пустившись чуть ли не в трусцу.
– Витя, ты как? – Александр привстал и обратился к нашему товарищу. Тот всё ещё ходил кругами, но уже сбавил темп.
– Я? Никак. Извините, я нехорошо себя чувствую.
Виктор сделал ещё несколько шагов и упал лицом вниз со всей высоты своего роста. Мы рванули к нему и тут же перевернули кверху. Солнце осветило рассечённый лоб, но крови не выступило. Желтоватый череп выглянул наружу, и меня затошнило от этого вида. Я отклонился назад, рыгая пустым желудком.
Александр хлопал Виктора по щекам. Тот тихо стонал, но не открывал глаз, начиная трястись всем телом. Виктора вырвало чем-то белым, и он начал задыхаться. Александр повернул его тело на бок и проследил за тем, чтоб голова Виктора не поднималась. Я лишь наблюдал, не веря в происходящее.
Его рвало и рвало. Тонкая склизкая струйка текла к разлому в камнях, блестя и переливаясь разными цветами. В моих глазах помутнело, и я чихнул, закрывшись рукой. На ладони проблеснули белые капли, такие же, какие были на лице уже изрядно побледневшего Виктора.
Я подскочил на ноги и бросился к горе. Что мной двигало? Я и сам не знал. Земля начинала подниматься вверх, и вскоре я помогал себе руками, чтобы продолжать путь. Трава закончилась, теперь одни камни, и я срывал с пальцев кожу, лишь бы не упасть и не начать всё сначала. Солнце жгло мокрую под рубахой спину. Я дышал и видел, как слюна у меня тянулась от губы до земли, будто паутина, путающаяся в руках и ногах. Я хрипел и двигал всеми конечностями, чтобы побыстрее забраться выше. Оказавшись на пике, чуть не свалился на ту сторону, набрав уже немалую скорость. Я лёг животом на верхушку, вдыхая пыль от потревоженных камней горы.
Внизу слышался голос Александра. Возможно, он звал меня, возможно, это просто крик. А ещё может быть я бредил и думал лишь, что слышу кого-то. Я поднял голову и не поверил глазам. Наш лагерь так близко от горы, будто мы и не отходили от него. Тут же выяснилось, что остров не больше футбольного поля, а мы же так долго шли сюда! Нет, это обман зрения, такого не может быть!
Внизу Александр всё ещё держал Виктора, уже двигающегося самостоятельно. Они метрах в пятнадцати от меня, а мне показалось, что я покорил Эверест. Я внезапно проникся ненавистью к этому острову. Отсюда он выглядел игрушечным, пластмассовым, собранным руками небрежного ребёнка. Это оскорбительно, это унизительно, я плюнул себе под ноги, пустив и соплей вместе с этим жестом. Иди ты нахуй, остров, со своими пальмами и песком без камней!
Я поспешно спустился и привалился животом к земле. Рядом сидели Виктор и Александр. Они качались из стороны в сторону и издавали какие-то звуки, мыча из-за закрытых губ.
«Сука! Ты где вообще, нормально?! Я вот стоял там, а ты ждал, когда я принесу его. По-твоему, так поступают хорошие специалисты? Я тебе покажу, как издеваться надо мной, осёл, тебе дам знать, когда всё закончу и напишу СМС. Дождёшься, милый. Смотри, что там, в пробирке! Скорее позови начальника, этого просто не может быть! Я заберу это себе!»