Фрилансер. Абсолютный хищник

— Абсолютный хищник… — весело потянул Себастьян. — Да, мне всегда в тебе это нравилось, чико. В скромности тебя заподозрить всегда было трудно.

— На самом деле, Себастьян, — продолжал я, снова «не заметив» выпада, — в здоровом обществе такой хищник может быть всего один. И это — государство.

Тёрн. Как бы Дерек ни тормозил, карты раздавать надо. Десять треф. Две пары!

— Миллион, — произнёс я, подумав.

— Подтверждаю, — согласился задумчивый Себастьян. Очень задумчивый. Размышлял, как втоптать меня в грязь с этой новой для него теорией. Спасибо, Лёха, за прочистку мозгов. Век тебя пивом поить буду.

— Государство… — потянул Феррейра. — Мы все знаем, Шимановский, что оно беззубо. Оно не способно устанавливать правила. Причём, заметь, я говорю не про наше, а про ЛЮБОЕ государство! — выделил он это слово, сверкая глазами. И судя по эмоциональному фону в зале, с ним были согласны если не все, то почти. — Всегда. В любой отрезок времени. Любое государство. Оно всегда слишком слабо, и порядок в любом государстве поддерживают… Достойные люди. Избранные. Которые и решают, кому по каким законам жить. Даже в лживых так называемых свободных и демократических странах так было, не то, что в наше спокойное рассудительное время.

— Не спорю! — согласился я. Ривер. На стол легла дама пик. Так и есть, две пары. У Себастьяна же… Чёрт, семь к трём — пара, не более. — У меня осталось четыре миллиона. — Подвинул фишки. — С какой-то мелочью. Сеньор крупье, на все, но, как договаривались, на сумму.

Себастьян криво улыбнулся.

— А как же заначки? Новые сумки с золотом? Или в Альфе бандиты кончились?

Пауза.

— Или в долг у партнёров? Сеньор Кампос, кажется, ваш протеже проигрался, — повернулся сын Аполлона к дону Виктору.

Тот стоял невозмутимо и всё также показно равнодушно сверлил нас глазами. И тут хладнокровия не потерял.

— Я так не думаю, сеньор Феррейра. Моё мнение, Хуан как раз на коне. Ему просто не хватает ликвидности.

— И вы раздумываете, дать ли ему в долг ещё? — усмешка. «Ты всего лишь бандюк, просто авторитетный».

Но на зрительную подначку какого-то сосунка опытный прожженный хефе не повёлся.

— Нет. Раздумываю, сколько потяну такой ликвидности. Я ведь тоже не всемогущ, и, как у любого бизнесмена, все мои свободные деньги в проектах.

— А вот я не бизнесмен. — На нашей сцене появилось новое действующее лицо. Новое-старое, ибо мы перед игрой перебросились с ним парой слов. — Сеньор крупье, могу я предложить двадцать миллионов для сеньора Шимановского?

— Сеньор… Торнадо, — узнал его Дерек. — Мигель Торнадо. Давненько вы к нам не заглядывали!

То есть чел не просто небедный. Он — постоянный клиент казино в «Пуэнте-де-Барко». Круто, чо!

— Да уж, — согласился гонщик без правил… Обнимающий за плечо одной рукой Катарину. — Но сегодня чемпионат, и в фаворитах воспитанник моей старой подруги по команде. На это стоит посмотреть!

Нет, никакой ревности я не чувствовал. Катарина не моя, мы просто трахались. А даже если бы и были чувства к ней, их стоило задавить — это кошка, которая всегда сама по себе, приручать таких бесполезно. Только договариваться, что мы в своё время и сделали, и я договор буду блюсти, раз обещал.

…Она не просто мой куратор. Она — психолог. И очень неплохой. Это с одной стороны. Зато с другой сеньор Торнадо явно не из тех, кого какая бы то ни было красавица может окрутить на настолько большие вложения в пустоту. Значит… Дать денег — его собственная инициатива?

— Сеньор Торнадо, вы понимаете, что заведение не несёт ответственности за сеньора Шимановского, и ничего никому не гарантирует? — застращал Дерек, чтобы потом не было претензий. Их скорее всего не будет, но челу нужно перестраховаться.

— Конечно, сеньор крупье. — На лице гонщика играл азарт. Он, наверное, уже давно не летает в атмосфере. Но адреналиновую ломку не избыть, она нужна таким, как он, как воздух. И казино — самый дешёвый способ адреналин получить. Причём цимес, получить не просто играя на рулетке, как фраер, а крупно вложившись в сторону конфликта, включаясь в игру сильных мира сего, а наша битва позиционируется всеми как бой между Феррейра и Веласкесами — оттого и ажиотаж с трансляцией.

— Даже сеньор Кампос признал, что у сеньора Шимановского не очень с ликвидностью, — не сдавался Дерек.

— Это казино, мистер Хьюстон, — парировал тип и расплылся в победной улыбке. — Тут принято делать ставки. И я ставлю двадцать миллионов на сеньора Шимановского.

Зал охнул. С этой стороны вопрос никто не рассматривал. «Ставка на участника дуэли»… Ай да Торнадо! Ай да сукин сын! Гул по залу был немного возмущённый, но в основном — восхищённый. Что ж, под таким ракурсом мне может и куда больше помощи прилететь, чем надеюсь.

— Так уверены в сём юном сеньоре, что готовы делать ставку в никуда? — сощурился хозяин этого «дна океана», но показал помощнику с поддоном, мол, забери у сеньора чек. — Ибо на рулетке работает теория вероятности. Тут же, как мне подсказывают мои глаза, бой ведёт чистая психология, предсказать которую не специалистам можно только наугад.

Боже, как же он прав! Я с сеньором мысленно согласился.

— «Наугад» — тоже имеет степень вероятности, — довольно оскалился Мигель. — Пятьдесят на пятьдесят. Или ставка сыграет, или нет. Я не знаю сеньора Шимановского, — покачал он головой, — но моя подруга в него верит. А я доверяю членам своей команды.

— Прошу прощения… — Дерек напрягся. — Лока Идальга? — Наконец, узнал и Катарину.

— Да, сеньор крупье. — Та присела в реверансе, как девочка на королевском балу. — Ох уж эта наша молодость! Золотые годы!..

— Я был фанатом «Пика Судеб», — признался Хьюстон. — Но состав «Моторов Омеги» не забыл, помню. Как и ваши финты на трассе под Флорианополисом. Да, вы правы, какие были годы! — Картинный вздох на публику.

Помощник передал ему чек, и Дерек, изучив его, выдал вердикт, обратившись к парням, приносящим фишки:

— Двадцать миллионов для сеньора Шимановского от ассоциации гонщиков без правил!

Снова небольшой гул в зале, одобряющий, удивлённый, который быстро стих. В меня верят — это главное. Верят совершенно чужие люди, не имеющие никакой выгоды ни от моей победы, ни от поражения. И это нельзя по#ерить просто так, слившись. Слово за мной.

…Я вернулся к игре. Две пары. С мутным нечто у Феррейра… А, была не была: