Страница 65 из 78
Событие шестидесятое
Один грибник заблудился в лесу. День бредёт по лесу, другой,
на третий день он натыкается на другого грибника.
– Ура, наконец-то, а то три дня уж как заблудился!
– Ну и чему радуешься?! Я уже месяц как заблудился!
Лежали, как тюлени, на кроватях под двумя одеялами и мёрзли. Тогда не тюлени. Тюлени они – собаки на льдинах лежат и не мёрзнут, жиром толстым покрыты под кожей. Свиньи просто. А тут жира нет ни грамма, кубики, вон на животе явственно видны. Потому и согреться проблема. А ещё приходится на животе лежать. Беда. А всё из-за неподготовленности акции по устранению бандитов каких-то мелкотравчатых, а если бы ещё чуть, на долю секунды, задержались, то и вообще бы хана и кто бы тогда разбирался с Гудерианом и Манштейном. Повезло. Частично. Осколок не до конца выбитого стекла прилетел и впился Ивану Яковлевичу в одно интересное место. Пропорол и плащ, и брючину, и трусину, и кожу на правом полушарии спинного мозга. Весь «Мерседес» в крови. Федька Леший его отмывал вчера целый час. Хорошо кожаные сидения, с тряпками вообще кердык, пришлось бы перетягивать заново. Хроноаборигены до того отстали от прогресса, что даже чехлы на автомобили ещё не выдумали. Ну, ладно русские, тем не до жиру, но даже немцы и то до чехлов не допёрли. Серость. Нужно будет Дворжецкого настропалить по приезду в Спасск-Дальний, пусть разработает и сошьёт чехлы на сиденья. В СССР спросом не будут пользоваться, а вот в Америку продавать … Опять через китайцев, контрабандой? Посадят. Рано или поздно. Эх, какая хорошая идея на корню пропала.
Взрывной волной их с Ванькой уронило в лужу, а через долю секунды, когда полковник старался собой Хуана прикрыть и прилетел осколок оконного стекла, пропорол одежду и впился в задницу. Брехт его вытащил, практически боли не ощущая, так пощипывало. Вскочил, выдернул за шкирку из приличной лужи Ваньку, и они побежали дальше к зелёному «Мерседесу». И по дороге Брехта паника одолела. Вспомнил, что хотел же завести автомобиль. Забыл. Твою же налево! И что теперь делать? А если ключи не в замке, если они у бандерлога в кармане или, вообще, он их в руке держал, и когда пуля ему разрывала левое предсердие или правый желудочек, он ведь руками взмахнул, и как в американских фильмах – ключ пролетел в воздухе десяток метров и провалился в решётку ливнёвки. Ну, хотя Брехт на той дороге ливнёвки не заметил. Так это же не значит, что её там нет. Что гласит закон Мерфи? Третий кажется: «Из всех возможных неприятностей произойдёт именно та, ущерб от которой больше». Куда уж больше, без «Мерседеса» за десять тысяч остаться.
Добежали до чуда зелёного, Иван Яковлевич, обогнув тушку, а нет – тушу, открыл дверцу и с радость обнаружил ключ в замке. Ну, а то паниковал. Не работают законы Мерфи против попаданцев. Ванька, как идиот, полез следом. Работают что ли?
– Куда???!!! В другую дверь! Как там? Секундо дверь. Segunda puerta. - не зря учил язык. Вот, хоть раз пригодился. Хуан перестал толкать его в порезанный зад и побежал огибать машину.
Кроме Мерфи было полно других умников, которые свои законы выдумывали. Там есть такой «Бритва Хэнлона» называется – «Никогда не объясняйте злым умыслом то, что вполне можно объяснить глупостью». Ванька споткнулся о труп бандита и грохнулся, боднув колесо головой. И завопил. Всё, стресс у ребёнка. Раскидали трупы по дороге, понимаешь. Води потом по психиатрам. «А теперь Хуан Прьето нам расскажет о себе. Поприветствуем Хуана». Пришлось вылезать, поднимать барахтающуюся тушку и вести к дверке со своей стороны. Не стал огибать машину, просто забросил пацана на заднее сиденье, наклонив переднее, и сам, наконец, уселся на своё, чуть недодумали всё же немцы, пожалели на четыре двери ручек, две двери сделали. Ну, немцы – рачительные. Уселся на мягкую кожу сиденья, и тут пятая точка стала о себе напоминать. Больно сидеть. Скособочился полковник, вздохнул, к Гекате опять мысленно обратившись: «Ну, вывози, родимая!» и повернул ключ в зажигании. Мотор не завёлся. Нет, это у ГАЗ-АА он заводится. А тут движок степенно по-немецки заурчал своими пятью литрами и стосильной мощой. Вещь!!! Чудо зелёное! Брехт отпустил сцепление, и «Мерседес» повёз их по пустынным улицам вечернего Берлина домой.
Сто лошадок прямо чувствовались под капотом. Зверь. Чуть сильнее на газ даванул, и мерин, заржав, ломанулся вперёд. Пришлось дать себе мысленно оплеуху и сбавить скорость. Не нужно внимание привлекать ни к себе, ни к машине. Маршрут отступления на карте Берлина был прорисован, но… Всегда есть но, одно дело на карте рисовать и совсем другое ехать по пустынному почти тёмному городу, фонари, где горят, где нет. Разве окна домов светятся. Дождик моросит, окно лобовое заливая. Хорошо, хоть дворники есть. И это не советская машина, у которой дворник нужно рукой изнутри кабины приводить в движение. В зелёном чуде всё по уму. Дворники работали, как им и положено. Датчика дождя не было и пришлось все рычажки подёргать, и кнопки нажимать. Нашёлся выключатель. Видимость так себе, по брезентовой крыше капли сильнее забарабанили – дождь усилился. Умудрился, таки, Иван Яковлевич не туда свернуть. Поздно понял, когда на бульвар Унтер-ден-Линден знакомый выехал. То есть вообще чуть не в противоположную сторону заехал, нужно было на юг, а он на северо-запад свернул. Остановился под столбом и стал новый маршрут по карте прокладывать. Потом ещё раз заблудился, но узнал улицу с цветочным магазином фроляйн Гертруды и вовремя сориентировался. За оградой под дождём стоял, нахохлившись, как маленький воробушек, долговязый и худой, как привидение, Федька Леший. Ждал. Волновался.