Страница 63 из 78
Событие пятьдесят восьмое
Плох тот генерал, который не мечтает стать памятником.
Карл уехал перевозить Федьку Лешего с вещами в новый дом, а Брехт с Ванькой зашли в бирштубе. Народу почти не было. День. Работают люди. Несколько человек сидели по отдельности за столиками, и только у дальнего столика под фикусом сидела компания. Брехт оглядел бар. От двери до того столика метров двадцать. Придётся кидать гранаты со всей силы. Да ещё потолок довольно низкий. Можно и не добросить. А если с другой стороны? Фикус стоял у окна. Окно не очень большое в полутора мерах от земли. И от него до того столика всего метров пять, да даже и меньше. Идеальный вариант. Нужно только найти это окно на улице. Если они вошли со стороны проулка, а окно на другой стороне бара, то получается, что это уже противоположная стена дома. Во дворе.
Сейчас выходить не стоило, зачем привлекать к себе лишнее внимание. И садиться рядом с дойче-бандито-гангстерито, тоже не нужно. Кто-нибудь жив останется (случайно, по недоразумению. По-маленькому выйдет, а получится после взрыва по-большому.) и запомнит непривычных и необычных посетителей. С пацанами тут нет никого.
Потому уселись за свободный столик недалеко от двери и сообщили подошедшему официанту, а нет, тут кельнер или гарсон, что будут две порции пряных колбасок с любым гарниром и кружку тёмного пива, а юноше, холодного лимонада. Принесли довольно быстро. Вкусно. На гарнир подали отварную мелкую картошку, после обжаренную в масле до золотистой корочки. Так можно бандитом работать, сидеть в таком бирштубе, попивать пивко, потом пройтись по нескольким притонам. Покувыркаться … Нет, ну их, ещё какую заразу схватишь, просто пройтись, собрать денюжку и снова в бар – отмечать неплохой заработок. Рисковая, правда, профессия. Вот, сегодня их вольготной жизни придёт конец. Да, чего уж и не вольготной тоже. Просто придёт конец, а впахивали бы на заводе имени Круппа и всё бы у них было в ёлочку, даже в армию бы не забрили, кто-то же должен делать пушки.
Пиво было даже лучше колбасок. Как они его так делают, гады? Почему наши не могут?! Может, потом через Дворжецкого выписать нормального чешского или баварского пивовара. Десятки тысяч иностранных специалистов сейчас поднимать промышленность в СССР приехали, одним больше, одним меньше. Так и нужно будет сделать.
Поели, попили, компания за дальним столиком разговаривала всё громче и громче. И ведь по-немецки, что характерно. Пора уходить, а то вдруг камрадов на подвиги потянет. И всё дело сорвётся. Иван Яковлевич подозвал кельнера и попросил счёт. Счёта не дали. «С бумагой в стране напряжёнка». Просто сообщил молодой человек, с прыщами на шее и подбородке, что с них четыре рейхсмарки. Не дорого. Жаль, что сюда больше не получится заглянуть. На ремонт же закроют. Мозги от потолка отскребать будут. Шпателем.
Вышли на ветер. Погода утром испортилась. Дождя нет, но ветрено и пасмурно. Прошли с Ванькой вдоль дома и попытались выйти к тому окну с фикусом. Индейская народная изба – фиг вам называется. Вход во двор перегорожен решёткой на большой амбарный замок запертой. Бутафория, конечно. Любой ногатый и рукатый человек перелезет. Метра два всего в высоту и острых пик ядом кураре смазанных не наблюдается. Против инвалидов строили. Хотя, Германия же – дисциплинированные немцы. Висит замок и стоит решётка, значит, нечего там делать.
На глазах у прохожих и тем более того здоровяка, что так и сидел в зелёном вожделенном «Мерседесе» перелезать и осматриваться не стали. Придут вечером. Прохожих нет. Брехт завалит охранника, заведёт автомобиль, и они с Ванькой переберутся через решётку. Это ваш план мистер Фикс? Да, это мой план.
Прошли с Хуаном вертящим головой на все четыре стороны до конца проулка – переулка. То же самое. Поток машин. Вернулись, и как раз подъехал Энгельгардт. Загрузились с опель-адмирал и покатили в свой новый дом. И, правда, недалеко от дома генерала Манштейна. И прямо рядом совсем с домом фроляйн Гертруды, до которого вчера Брехт её после кофе проводил. Ну, облико морали. Разрешила в щёчку на прощанье «милому Отто» чмокнуть её. И сама дотянулась до скулы. Да и ладно, не на что особо и не рассчитывал. Так, приятно посидели попили лёгкого кисленького винца и поели … Наверное, это были «цыплята табака». Гертруда заказывала, а Брехт головой крутил, публику в ресторане рассматривая. Напыщенные все. Строго в галстуках мужчины. Брехт тоже приоделся, выглядел не хуже остальных. Были люди и в военной форме, в том числе и довольно пожилые, полковники, майоры, с кайзеровскими орденами, разрешёнными Гитлером. Нда был бы товарищ Брехт в своей форме со всеми орденами. Вот бы фурор произвёл. Целый панцирь из серебра на груди.
В новом доме Федька Леший, он же Франческо Дель Боско, наводил порядок. Дом большой – три приличных комнаты, две из которых спальни и одна общая гостиная с камином, куда без него. Была и кухня с большой на три конфорки печью. Прямо целая лаборатория с кучей медной надраенной посуды на стенах бутылками и банками разными на полках. Часть банок даже заполнена чем-то, Иван Яковлевич одну взял. Там был перец, судя по запаху и потому, что после вдыхание чихнул раз пять. Едрёный.
– Можно жить. – Констатировал полковник, прочихавшись. Рядом с печью небольшая поленница дров и около камина берёзовые чурбачки лежали. И во дворе дома у стены гаража вообще большая поленница «колотых чурками» берёзовых дров. Гараж пустой и большой. Туда тёмно-зелёное чудо немецкого автопрома легко влезет.
– Довольны? Сто пятьдесят марок за месяц. В Берлине жильё дорогое. – Криминал директор если ожидал охов, то и не дождался их. Тут противоположная проблема. Как тысячную купюру разменять.
А теперь если удастся приватизировать бандитский Мерседес, то и некуда девать такие деньжищи. Разве потом наведаться на тот блошиный рынок рядом с антикварным магазином, фарфором перед дорогой домой затариться. Дворжецкий миски-то делает в артели одной, но это не Мейсеновский фарфор. Далеко, да даже не Лиможский фарфор. Спасский.
– Герр Энгельгардт, гранаты – это хорошо. Мы их сегодня применим, но это мы вашу проблему решаем. У меня готов план устранения генерал-лейтенанта Манштейна. Нужно ещё несколько гранат. Да и для того, чтобы сегодня всё получилось, нужен пистолет. Надёжный и не очень большой. «Вальтер» подойдёт.
Карл спокойно открыл портфель и вынул оттуда именно то, о чём Брехт и думал. Вальтер «Armee Pistole» образца 1936 года, почти такой, как он отдал Вильгельму Бруммеру. Пора его, кстати, навестить. Адрес его берлинский есть. Пусть помогает в устранении господина «Отца танковых войск Германии». Нужно ведь за Гудерианом слежку организовать, чтобы понять, где его лучше всего отправить догонять Эриха Манштейна. Устроить им встречу в верхах.