Страница 62 из 78
Событие пятьдесят седьмое
Штирлиц после очередного удачно выполненного задания ехал на «Мерседесе» в Берлин. Он не знал, что война скоро закончится, и ему, как Герою Советского Союза, подарят «Запорожец» вне очереди.
Карл Энгельгардт приехал на машине не менее пафосной, чем Юлиан Семенов сосватал своему Штирлицу. Это был Opel Admiral. Огромная тёмно-синяя машина длиной почти пять с половиной метров и шириной метр восемьдесят. Про высоту и говорить страшно, четырёхдверный седан был с Брехта ростом, то есть, почти метр семьдесят. Что уж там сделали конструкторы в «Опеле» на заводе в Рюссельсхайме, но в это сверкающее лаком чудо поставили, наверное, на сегодня лучший движок в мире. Даже не «наверное», а наверняка. Там стоял рядный 6-цилиндровый двигатель с рабочим объёмом 3,6 литра, развивавший максимальную скорость 132 км/ч. Всего 3,6, когда и «Мерседес», и «Хорьх» обладают движками в два почти раза больше и выдают почти ту же мощность. Стоил он дорого – 6,5 тысяч рейхсмарок. Где мог такие деньжищи взять полицейский?
Криминальдиректор взгляд перехватил и ухмыльнулся.
– Не моя. Это служебный автомобиль моего шефа, он на лечении в Бадене, я пока исполняю его обязанности, ну и катаюсь на этом танке. Ладно, к делу, – полицейский вынул из машины солдатский вещевой мешок. Мешок звякнул железом.
– Гранаты? – Брехт протянул руку за мешком. Тяжёлый.
– Да, шесть гранат. Собирайтесь … Постойте, а кто поедет на …?
– Акцию. Но она же вечером? – не понял Иван Яковлевич, – Что-то изменилось?
– Ничего не изменилось. Всё стало в десять раз хуже, сегодня к семилетнему сыну моего помощника подошёл на улице подросток и со всей силы ударил по лицу. Понятно, что не просто так. У них есть подростки из приюта Святой Бригитты, что входят банду. С малолетства их втягивают. А руководство приюта, смотрит на это сквозь пальцы, те им и спортинвентарь покупают и даже тренера наняли. Всем хорошо, только пацаны становятся преступниками.
Брехт мотнул головой. Вот он оскал капитализма … Хрень, то же самое происходит и в СССР. Только бандиты и прочие урки, не покупают детским домам ничего, просто втягивают подростков в свой мир, из которого тем уже не выбраться. Очень пассивно борется власть в стране с преступностью. Всё ещё считает их социально близкими. Чего бы проще при обилии лагерей. Издал закон, что вторая ходка – пожизненно. И всё, все проблемы бы кончились. Ведь ни Сталин, ни Ежов, ни Абакумов, ни Меркулов, ни Берия не гуманисты, от слова совсем, тогда почему так не сделают? Не понимал Брехт. Так ведь и после них ничего не изменится, и с преступностью по-настоящему бороться не будут до самого 2021 года, когда Брехт погиб в той реальности.
– Поедет Ванька. Хуан. Я, по существу, и один бы справился, но гранаты нужно активировать почти одновременно, а сделать это одному невозможно.
– Понятно, что ж, вам виднее, я отвезу вас к бару и потом вернусь сюда. Пусть третий ваш товарищ собирает вещи. Я снял вам домик недалеко отсюда. Он даже ближе к дому генерала Манштейна. Снял на подставное лицо, но совершенно официально, так что можно не беспокоиться насчёт проверок.
– А если проверят паспорта?
– Он снят на имя Ганса Штибена – это ваш третий товарищ, вы пришли к нему в гости. Вот и всё. Там есть нюанс. Это другой Ганс Штибен. Но, надеюсь, так глубоко копать никто не будет, а простую случайную проверку документов вы выдержите.
– Хорошо, что ж, поехали.
Внутри машины пафосный вид этого танка на колёсах продолжался. Конечно, до дизайна «Мерседесов» или других дорогих машин 21 века далеко, так по-крестьянски немного выглядел «Опель», но сиденья мягкие, даже чересчур, красное дерево, хром. Всё как в лучших домах.
Район Бланкенбур, недалеко от центра Берлина опять встретил обилием машин, словно в другой мир попадаешь. Только что стоял на тихой сельской улочке, где один автомобиль раз в десять минут проезжает и вдруг сотни машин, и все пибикают и рычат на перегазовке, не ввели ещё запрет на звуковой сигнал.
Паб «Райх» или вернее бирштубе (Bierstube) «Райх» находился в небольшом и на удивление почти пустынном проулке. Проулок не большой, всего три дома с каждой стороны, а дальше уже видна следующая большая штрассе с потоком машин. Напротив небольшая стоянка для автомобилей, огороженная цепочками. Проулок не узкий, вполне себе метров в двадцать. Брусчатка чёрная на дороге и брусчатка, но серо-зелёная на тротуарах, так себе, наверное, удовольствие по таким тротуарам ходить, особенно женщинам на десятисантиметровой шпильке.
– Оба на! – присвистнул Иван Яковлевич. На стоянке у бирштубе «Райх» стоял точно такой же тёмно-зелёный кабриолет Mercedes-Benz 500K, как тот, что их катал по городу в первый день, и который Брехт решил себе купить и переправить в СССР.
– Это машина одного из этих двоих. Бандитов. Вон, видите, сидит за рулём громила, это его помощник и охранник – Ганс Бреннер. Зверь просто. Шеи людям сворачивает.
– Герр Энгельгардт, а можно я этот автомобиль себе заберу?
– Это как? – рассматривающий улицу полицейский повернулся с открытым ртом. Челюсть где-то на кожаном сидении лежала.
– Ну, план такой. Я подхожу перед самим действом с киданием гранат и убиваю этого громилу вашего, потом кидаю гранаты в бар, сажусь на «Мерседес» и еду к нашему новому дому. Там есть гараж, или забор нормальный, чтобы с улицы не видно было. Потом вы делаете мне документы на него. И мы едем на нём в Польшу, а оттуда в СССР. Визу откроете. Я хозяин завода по производству станков, например, Хуан и Федька мои помощники. Нет, Хуан мой племянник. Можно это устроить.
– Нда! – челюсть захлопнулась, – Неожиданный вы поворот нарисовали, товарищ Брехт. Нормальному человеку такое и в голову не придёт.
– Ерунда. Я не человек, Меня из Ада за жестокость выгнали.
– Ха – ха. Действительно смешно. Только почему через Польшу. Есть паром из Киля в Ленинград. Так проще.
– Нет. Мне нужно побывать в Польше. Там один человек на земле зажился, меня послали его в Ад переправить.
– В принципе нет проблем. Сделаем визу и в Польшу, и в СССР, – опять посмеялся Карл.
– Пойдёмте, посмотрим, что внутри, и я хоть попробую на вкус ваши знаменитые колбаски с пивом.