Страница 76 из 77
Перемену между уроками теормага и алхимии мы пережидали на свежем воздухе — на солнышке, расположившись в одном из небольших парков между факультетскими замками.
Мы — это Хильда, Вилли, Анна, Эйла, Генрих, Эльмира… Ну и, соответственно — я сам, собственной персоной.
— Вас хоть куда-нибудь можно одних отпустить, чтобы вы при этом не вляпались ни в одну историю? — иронично осведомился Рейсс.
— А что, завидно? — немедленно огрызнулась Хильда. — Ну так в следующий раз не откалывайся от коллектива, чтобы не пропустить все веселье.
— Я подумаю об этом варианте, — преувеличенно серьезно покивал саксонец.
— А ты не думай — ты делай. Лучше сделать и сожалеть, чем сожалеть, потому что ничего не сделал, — философски заметила Вилли.
— Малая дело говорит! В переводе с культурного — не будь сычом, Рейсс, и в следующий раз не отлынивай от драки.
— Потому что, где мы — там всегда драка! — подхватила Мина.
— Да!!! — сестры вскинули сжатые кулаки вверх.
— И об этом я тоже поразмыслю, — невозмутимо произнес Генрих.
Эйла вздохнула.
— Какое же вы все такие бешеное… Беспокойное семейство, — быстро поправилась Валконен, а затем улыбнулась. — Впрочем, мне это по нраву.
— В темноте слепец — лучший проводник, — произнесла Эльмира, болтая ногами, сидя на скамейке. — Так пусть же в эру хаоса тебя поведет безумец.
— И вовсе я не двинутая, — моментально надулась Хильда. — Я, может, вообще глубокая и тонко чувствующая личность…
— Глубокая — это в смысле много еды помещается? — невинным тоном осведомилась Вилли.
— А в глаз?
— Протестую! Я им смотрю, он мне нужен.
— У тебя их все равно два.
— Удобно, правда?
— Так что, уже известно, кто на нас тогда напал? — как бы между прочим поинтересовалась Югай.
— Побойся бога, — хмыкнул я. — Два дня только прошло, вся Москва на ушах стоит — все ищут всех, подозревая во всем. И, по всей видимости, до конца расследования еще далеко.
— Еще бы, — поморщилась Валконен. — Стрельба и боевая магия, да в центре города, да по личным гостям князя… Его дружинники сейчас землю носом роют, перетряхивая весь город.
— А пленные? — спросила Хильда. — Ну, мы же не всех там прикончили… Вроде бы.
— Пока в госпитале, — я пожал плечами. — И пока им всего лишь пытаются не дать уйти на тот свет, прежде чем они скажут хоть что-то. Впрочем…
— Впрочем?.. — навострила уши Вилли.
— Не думаю, что эта ниточка приведет к кому-то или чему-то ценному. Всего лишь пешки, использованные вслепую. Просто рядовые исполнители. Вряд ли они видели или знали своего нанимателя, а даже если и видели, то не факт, что истинное лицо… Да и как-то это уже не столь интересно. Ну, лично мне во всяком случае.
— А что же тебе интересно с таком случае, Конрад? — спросила Эйла.
— Тот хост.
— А что там интересного? — удивилась Хильда. — Ну, хост и хост. Это вообще теперь не наше дело, а Конгрегации…
— Хост, которого не брала святая магия, — уточнила Югай.
— И что? Ну, может, это был очень сильный хост, или…
— …не хост вообще, — пробормотала Валконен.
— А такое воообще возможно? — спросил я.
Причем искренне спросил, хотя такая мысль и уже приходила мне в голову. Да уж… Век живи — век учись, а все одно неучем помрешь. Сколько всего повидал, а вот с таким и правда еще ни разу не сталкивался…
— Собственно, почему вы вообще решили, что это одержимый? — спросила Эйла, привычным движением поправляя очки на носу.
— Увидела бы такую рожу — не спрашивала бы даже, — насмешливо фыркнула Югай.
— Зубы — во! Когти — во! Глаза — во! — с жаром воскликнула Хильда, не забывая махать руками. Вероятно, для большнй убедительности.
— Ты ж сама не ее видела? — нахмурилась Валконен.
— Мне рассказывали!
— Кто?
— Достоверные источники!
— Ух ты, какие слова-то мы знаем… — приподнял бровь Рейсс. — Так все-таки — кто именно?
— А то вы, паразиты, не знаете — Конрад и Аня, естественно.
— Ах, если Конрад и Аня… Тогда — ладно, тогда — принимается.
— Только в следующий раз говори не глаза, а глазищи, — с максимально серьезным видом произнес я. — Внушительнее звучит.
— Пожалуй… — Хильда вполне искрене задцмалась, обдумывая новое слово для своего эпичного повествования, но почти сразу же возмутилась. — Да ты надо мной издеваешься, что ли?!
— Да нет же.
— Да да же!
— Нет, ну глаза у хоста были более-менее обычные… Разве что синим пламенем полыхали.
— Никогда не замечала в тебе склонности к поэтическим метафорам, братец, — хихикнула Вилли.
— Так потому что это и не метафора вовсе.
— Мистические глаза? — понимающе кивнула Эйла. — Но что это за Дар в таком случае…
— Мне тоже что-то на ум ничего не приходит, — призналась Вилли.
— А на меня вообще можете не смотреть, — заявила Хильда. — В нашем клане заучка — не я.
— Эй! — немедленно возмутилась младшая кузина. — А в глаз?
— Ха! Ну, попробуй, мелочь!
— Сила — это знаешь ли, не главный аргумент, сестрица.
— Во дает, козявка. А что же, если не сила, а?
— Ум. Хитрость. Скорость, — глубокомысленно изрекла Мина.
— Ага, ага… — сосредоточенно покивала Хильда. — Ты-то тут причем тогда?
— Нет, я тебя не стукну — я тебя укушу!
— Кстати, — Югай покрутила головой по сторонам. — А кто-нибудь видел сегодня нашу принцессу? Занятия с мантикорами у нас уже были, но что-то ее с самого утра невидно…
— И то верно, — озабоченно произнесла Хильда. — Мож, приболела, а? Или раны снова заболели… Лекари у нас тут, конечно, хорошие, но две пули в легких — это я вам скажу не хухры… О! А вот и наша потеря! Ольга, привет? Где была, чем маялась?
— Привет, — улыбнулась подошедшая к нам Романович. — Да так… Кое-какие дела с утра решала.
Вилли пристально уставилась на принцессу и даже открыла рот от удивления. Эйла тоже принялась внимательно рассматривать Ольгу, затем сняла свои очки, протерла платком и продолжила свое наблюдение. Да и остальные тоже от них не отставали, разве что Юсупова многозначительно улыбнулась.
— Ч-чего… — Романович даже немного смутилась от такого всеобщего внимания.
— Мои глаза ведь меня не обманывают? — произнесла Валконен. — И ведь не обманывают же.
— Твоя форма… — протянул я.
Вместо привычной бело-алой отторочки была тоже алая, но с золотым. И герб, факультетский герб на груди! Там была вовсе не геральдическая мантикора, лишь отдаленно напоминающая мантикору настоящую.
— Я вчера поговорила с ректором, и он решил, что после всего, что недавно произошло, так будет проще и лучше для всех, — улыбка Ольги стала сияющей.