Страница 5 из 15
Страшно признать, что все пережитые мучения были напрасными. Страшно представить, что всё-таки найдётся способ всё исправить. Обратить время вспять, уничтожить и создать мир заново, попросить у Бога ещё один шанс — неважно как. Страшно упустить шанс, если он всё-таки есть.
Страшная эта вещь — надежда. Столь же страшная, как и глупая вера в чудо. Жалкая, ничтожная попытка уйти от реальности.
Но у некоторых нет ничего, кроме этого. Некоторым просто больше не во что верить.
Наверное, это — рок. Наверное, это — судьба. И, наверное, она и правда есть, потому что лишь настоящее может быть таким жестоким.
—
— Да, — говорю я.
Выстрел.
Улыбка Ольги становится шире.
А затем она падает на землю с пулей в сердце.
Я наклоняюсь над ней и закрываю рукой глаза Кровавой леди. Затем делаю это же для Ядвиги, что лежит около неё.
Может быть, сейчас рядом лежат тиран и самозванка-бунтарка. Может быть — мать и дочь.
Но я не знаю этого, я стою посреди горящих машин и десятков убитых. Я не всеведущий бог, а спросить у других — не у кого. Нас осталось только двое — я и моя судьба. И если у неё и есть имя, то это имя одиночество. Цвета жестокости, пахнущее отчаяньем, горше самых горьких слёз.
И в этом мире иначе уже не будет.