Страница 99 из 114
Бек усмехнулся.
— Скажи мне, что лежать рядом с Хэвенли прошлой ночью не было абсолютной пыткой, и это не привело тебя к границе твоего контроля. Продолжай, — подсказал он. — Я подожду, пока ты наберешься смелости рассказать мне эту наглую ложь.
— Так и было. Я сказал ”в теории".
— Ага. На самом деле, мы оба не сможем держаться от нее подальше неделями или месяцами… И точно так же, как и забота, которую мы ей оказываем, если мы прикасаемся к ней, мы должны делать это вместе.
Пара серьезных возражений пронеслась в мозгу Сета.
— Логически, я полагаю, ты прав. Но я все еще не знаю, как, черт возьми, я буду смотреть, как ты прикасаешься к ней.
— Как насчет моих рук на ней, пока ты накроешь ее рот своим, проглатывая ее стоны? — Бек бросил вызов. — Помнишь, прошлой ночью на кухне Рейн ты тянул Хэвенли за волосы и смотрел ей в глаза, в то время как я, черт возьми, почти провел губами по ее шее. Ты не возражал против того, что я делал, просто она была занята и возбуждена.
Сет замер и прокрутил этот момент в голове. Бек прав. На самом деле, даже тогда он думал, что они с добрым доктором, скорее всего, скоро будут трахать ее вместе. И это его совсем не беспокоило.
— Срань Господня, — пробормотал он.
— Точно. Если мы оба увидим ее обнаженной и кричащей от удовольствия, я сомневаюсь, что ты будешь думать о чем-то другом, — он вздохнул. — Подумай об этом, чувак. Мы слишком умны, чтобы не научиться чему-то у Хаммера и Лиама. Мы должны отбросить нашу мелочную ревность в сторону.
— Конечно, они были на одной волне. Они дружат уже десять лет. Они уже делили женщину раньше. Конечно, тот случай не закончился счастливо… но они знали друг друга лучше, чем кто-либо на планете. У нас с тобой этого нет.
— Мы не знаем, но дружба Лиама и Хаммера началась из-за женщины, верно? Я не говорю, что нам будет легко, но в данный момент у нас все в порядке. Правда в том, что если мы серьезно хотим помочь Хэвенли, то нам нужно сосредоточиться на ее чувствах, а не на наших. Если мы не сможем этого сделать, мы потеряем ее навсегда.
Да, Сет был там, когда Рейн угрожала уйти навсегда, если Лиам и Хаммер не перестанут рычать, как пара собак, дерущихся за нее, как будто она была сочной костью. Он все еще не совсем понимал, почему Хэвенли думала, что у нее не может быть будущего с ними, но он знал, что Зельда и розыгрыши с мертвым телом разозлили ее настолько, что она оделась и вышла за дверь.
— Ты делаешь обоснованные замечания. Но в какой-то момент я все равно могу тебя ударить.
— И я мог бы зашить тебе рот, пока ты спишь. Это может заставить меня почувствовать себя лучше на минуту или две, но это не сделает Хэвенли счастливой.
Блять. Бек прав. Снова. Тем не менее, это не заставило исчезнуть другое серьезное возражение Сета против этого уютного плана.
— Хорошо, послушай. Я не знаю, смогу ли я справиться с менажем. Вернувшись в Нью-Йорк, вскоре после того, как Лиам расстался со своей бывшей, мы с ним однажды ночью нашли эту сабу… и попробовали ее. Как я уже говорил тебе, я не фанат свингерской хрени. Это было чертовски неловко.
— Первая попытка Хаммера и Лиама была катастрофой, и они оба говорят, что это потому, что между ними была не та женщина.
— Джульетта была чертовски не в себе, определенно не подходила для них обоих.
— Может… ты не должен был подпускать случайную сабу между собой и своим ирландским приятелем. Может, было бы лучше, если бы у тебя был другой напарник, и если бы между нами была Хэвенли.
Умный ответ промелькнул у него в голове, но это не помогло бы разговору. Правда заключалась в том, что, если бы он не попробовал, он уже знал, что произойдет. Черт возьми, Хэвенли уже захлопнула дверь в их будущее три недели назад. С тех пор жизнь превратилась в дерьмо. Если он не хотел потерять ее, он должен сделать шаг вперед и завершить его. Он не мог утверждать, что любит ее, если отказывался даже попытаться дать ей то, в чем она нуждалась.
С другой стороны…
— Что, если ты прав, и секс будет приличным, и нам удастся не убить друг друга? А что, если ей понадобятся недели или месяцы, чтобы выбрать между нами? — Сет снова уставился на бескрайний океан, понимая, что нерешительность Хэвенли может уйти в бесконечность. — А что, если она никогда этого не сделает?
Наконец Бек замолчал, ничего не говоря в течение долгих минут.
— Логическая часть меня говорит, что мы делаем это по одному шагу за раз. Интуиция подсказывает, что она, возможно, никогда не будет готова к выбору, но я пока не могу осознать это. Мне приходит в голову одна вещь: она не влюбится в одного из нас, не говоря уже о том, чтобы выбрать кого-то, если мы не будем с ней самими собой.
Сет нахмурился:
— О чем ты говоришь? Ты солгал о чем-то, кроме Глории?
— Нет, но я не был до конца честен. Я намекнул, что веду такой образ жизни, но никогда в этом не признавался.
Сет потянул себя за затылок:
— Да, я, возможно, тоже не упомянул об этом. Я не хотел ее спугнуть.
— Точно. Итак… в какой-то момент нам придется признаться в этом. Потому что на самом деле я не знаю, сколько ванильного секса я смогу провести без веревок. А как насчет тебя?
— Да, наверное, не так уж много. — Он провел рукой по волосам. — Значит… когда ты повел ее на художественную выставку, она была увлечена этим?
Бек наклонился:
— Не просто увлечена. Она была чертовски возбуждена. Я наблюдал за ее лицом весь вечер. Я заносил в заметки каждую ее реакцию.
Сет попятился назад:
— Никакого отвращения? На что она реагировала?
— Ну, она интересуется множеством разных игр. Больше, чем я ожидал. Ролевая игра, для начала. Она также хочет, чтобы ею командовали и заставляли подчиняться. Она определенно вела себя так, как будто она не против, чтобы ей доставляли оральное удовольствие.
— Я могу поручиться за то, что она моя большая поклонница, — Сет ухмыльнулся.
Бек сверкнул глазами:
— Ты хочешь позлорадствовать или слушать?
Это заставило его рассмеяться.
— Продолжай.
— Ей нравится мысль о том, что она беспомощна и находится во власти своего Хозяина. Но бондаж, мой друг, будет ее лёгким наркотиком. Без сомнения.
Сет почувствовал, как улыбка расползается по его лицу:
— Ага.
— Я повязал чертову салфетку вокруг ее запястий за обедом, и она задыхалась и покраснела меньше чем за две минуты. Это было чертовски сладко.
— В моей голове проносится около миллиона идей обо всем, что я хотел бы с ней сделать.
— Держись, ковбой. У нас все еще есть две проблемы: во-первых, она не любит боль.
— Для меня это не проблема, так как я могу принять или оставить это, — Сет пожал плечами. — Но я знаю, что для тебя это проблема. Нам придется как-то разбираться. Вторая проблема?
— Я точно не могу понять, что это такое. Она хочет, чтобы ее одолели, или заставили, или… что-то в этом роде.
— Надеюсь, по обоюдному согласию.
— Я тоже так думаю, или она смогла бы платить за квартиру именно так, как хотел Санчес.
Сет медленно кивнул ему, его мысли изменились:
— Ты хочешь сказать, что у нашей маленькой невинности есть фантазии с острыми краями?
— О, да. Я думаю, что под этой милой внешностью скрывается очень грязная девчонка. Образы подчиненных, которых контролируют, подавляют и принуждают, заставляют её маленькие трусики намокнуть. Но это должно быть с кем-то, кому она абсолютно доверяет.
— Что ж, будь я проклят, — он потер руки. — Нет проблем. Саба в "Граффити" часто приставала ко мне за подобными остротами. Я буду рад попробовать такое с ней.
Бек выглядел немного менее взволнованным.
— Ты получаешь удовольствие от несогласия по обоюдному согласию?
— Я не против этого. Если это то, чего хочет Хэвенли, и мы договариваемся заранее, почему бы и нет? Ты же не осуждаешь меня, правда, садист?
— Нет, — но что-то на лице Бека промелькнуло. — Вопрос, который постоянно крутится у меня в голове, заключается в том, что она не хотела иметь ничего общего с Санчесом по очевидным причинам. Но Ривер? Она предложила ему себя. Конечно, чтобы сохранить контроль над своим телом. Но я продолжаю задаваться вопросом, прошла бы она через это, если бы он сказал ”да"?