Страница 7 из 17
– Что же в следующий раз ему придется иметь дело не со слабой девушкой, а со мной и нашими адвокатами, – запальчиво произнес граф Мерсер, однако в голосе отца Аэрин уловила неуверенные нотки. И она понимала своего родителя. Герцог Сайлс был судьей и палачом в одном лице. Вынесенный им приговор не оспаривался даже королем. И если он решит усложнить им жизнь, то их семье никто не поможет.
– Отец я хочу уйти, – попросила девушка.
– Но ее величество еще не приехала, – возразил отец. – Нельзя уходить с бала до ухода их величеств. Это будет грубым нарушением этикета и оскорблением королевской четы.
– Хорошо, отец, – сказала Аэрин. Ведьма взяла со стола бокал с шампанским и встала в угол, рассматривая зал. Девушка заметила, что после вальса с некромантом, к ней не подошел ни один молодой человек, чтобы пригласить ее на танец. Она словно в мгновение ока стала невидимкой для всех мужчин в этом зале. И за это она должна была быть благодарна одному некроманту.
Валиант стоял в другом конце зала и рассматривал ведьму, с которой он так недавно танцевал. Ярость и ненависть клокотали в груди, грозясь сжечь его. Эта дрянь веселится и развлекается на балах, а Роберт гниет в могиле. Когда он танцевал с ней, то еле сдержался, чтобы не сжать ее грациозную шею ладонями и смотреть, как жизнь капля за каплей покидает это прекрасное тело. Но смерть станет слишком легким наказанием для этой ведьмы. Она должна мучиться и вместе с ней должна страдать и ее семья. Он не знал, как подобраться к Аэрин Мерсер, но она своим колдовством дала ему отличную возможность поквитаться за брата. И Валиант – герцог Сайлс ни за что не упустит этой возможности, поэтому он снова, раз за разом, следил за девушкой и задавал себе один и тот же вопрос. Мог ли Роберт полюбить эту бестию? И сам же отвечал на свой вопрос. Да, мог. Было в этой ведьмочке нечто притягательное и загадочное. Несмотря на ненависть к ведьмам, Валиант должен был признать, что таких девушек, как графиня Аэрин Мерсер мужчины не пропускали. Девушка была яркой, необузданной, сильной и храброй на грани безумия. Валианта, благодаря его дару, боялись все, как мужчины, так и женщины. Стоило ему взглянуть на них своими черными, наполненными тьмой глазами и они склонялись перед ним. Все, но только не эта ведьма. Во время танца она смело смотрела ему в глаза и кажется, даже наслаждалась его тьмой. Во всяком случае, страха к себе, он в девушки не почувствовал. Неуверенность, смятение, но не страх. И желание, это чувство он ни с чем не спутает. Эта ведьма его хотела. А какая она красивая. Эти пухлые губы, которые хочется смять поцелуем. А высокая грудь, к которой так и тянется рука. И эти глаза, которые очаровывают своим бесстрашием. Герцог почувствовал, как по телу растекается горячая волна вожделения. Не одна ведьма почувствовала желание. Герцог Сайлс тоже ощутил это чувство. И мужчина тут же обозлился на себя. Эта дрянь виновата в смерти Роберта, а его при взгляде на нее, переполняет желание. Может быть, она и его зачаровала каким-нибудь своим зельем. Герцог разозлился, но теперь направил свою злость на девушку. Он обещал ей, что они еще встретятся, а палач инквизиции никогда не бросает слов на ветер. Чем скорее он разберется с этой девицей, тем скорее сможет двигаться дальше. В этот момент заиграли фанфары и в бальную залу вступили король и королева. Бал в честь дня рождения королевы официально начался. Звучала музыка, слуги сновали по всему бальному залу, обнося гостей шампанским и закусками. Повсюду слышался смех и веселые разговоры. Веселились все, кроме одиноко стоящей в углу ведьмы. Девушка следила глазами за танцующими парами, но сама не принимала участия в веселье. Лишь одному мужчине она не отказала – мужу своей сестры, но танцевала девушка нехотя, механически переставляя ноги. Затем она с вежливой улыбкой отказывала всем, кто подходил к ней и приглашал танцевать. От многочисленных свеч, многие из которых были ароматизированными, и от бессмысленных разговоров у Аэрин разболелась голова и она вышла на балкон, чтобы вдохнуть немного свежего воздуха. Девушка стояла возле парапета и смотрела в ярко освещенный сад, по которому прогуливались парочки, ищущие уединения или просто вышедшие, как и она, глотнуть свежего воздуха.
– А вот и ведьмочка, которая приглянулась нашему герцогу, – услышала она развязные мужские голоса. Повернувшись, девушка увидела трех довольно пьяных молодых мужчин, которые, стоя от нее в нескольких шагах, похотливо ее рассматривали. Она с легкостью прочитала их намерения, которые были слишком явно написаны на их лицах.
– Убирайтесь, – прошипела девушка. – Иначе пожалеете, – Аэрин не боялась. Ее сил хватит на этих олухов. – Я не хочу портить праздник ее величеству, но если понадобиться, то с легкостью раскатаю вас тонким слоем по этому полу. Уж на трех ублюдков вроде вас, у меня сил хватит. Даже с избытком.
– А эта ведьма ругается так, как не умеет даже шлюха в борделе. Интересно, а с некромантом в постели ты также выражаешься, – сказал один из молодых людей. Аэрин огляделась. Когда не нужно, вокруг всегда много народу, но когда возникает необходимость, то рядом, как всегда, никого нет.
– Как видно вы чаще общаетесь со шлюхами, раз забыли, как надо разговаривать с высокородной леди, – сказала ведьма, вызывая заклинанием огненный клинок. – И вам я не достанусь. Уж лучше некромант, чем такое отребье как вы.
– Ах ты дрянь, – крикнул один из мужчин. – С некромантом проклятым спишь, а нами брезгуешь, – один из мужчин бросился на нее, но девушка отскочила и тот, перелетев через низкие перила, свалился вниз. Второго нападавшего ведьма ранила огненным клинком. Когда она замахнулась на третьего нападавшего, ее запястье была перехвачено сильной мужской рукой. Словно стальные тиски сжали ее руку, выворачивая и заставляя бросить клинок. Девушка вскрикнула от боли, и клинок исчез, оставляя удушающий запах гари. А на запястье ведьмы появились черные отметины от подавляющей магии некроманта.
– Вас ни на минуту нельзя оставить одну, – зазвучал в ухе спокойный, холодный голос. – Вас опасно пускать в приличное общество, графиня. Только за один вечер вы покалечили троих мужчин.
– Это не мужчины. Это выродки, которым не место среди приличных людей, – зло выплюнула ведьма. Она дернулась в руках некроманта и зашипела от боли. Плечо пронзило неимоверной болью. Его магия подавляла ее силы, запечатывая магию ведьмы в ее теле.
– Я хотел отложить наш разговор, но видимо придется заняться вами прямо сейчас, – проговорил некромант. – Не переживайте, ваша семья будет уведомлена, что вы проведете несколько дней в моем управлении.
– Вы накажете меня, но отпустите их? – спросила девушка.
– Поверьте леди, хотя после того, что я слышал вас трудно так называть. Так вот, эти трое тоже получат свою порцию наказания, – сказал Валиант. – Но вы будете первой, – он отпустил ее руку, позволив девушке выпрямиться. Ведьма встала, гордо вскинув подбородок. Если палач надеется, что она будет умолять его отпустить ее, то его ждет жестокое разочарование. Аэрин Мерсер никому и никогда не позволит запугивать себя. В этот момент на балкон высыпали гости вечера. Магия, которую применила Аэрин, не осталась незамеченной и сейчас на нее смотрели со смесью страха, жалости и сожаления. Вперед выступил его величество. Девушка увидела встревоженные лица отца, матери и сестры и недовольное лицо барона. Этот мужчина явно был недоволен, что из-за Аэрин его имя было втянуто в скандал с применением магии во время дня рождения королевы.
– Герцог, что здесь происходит? – в голосе короля послышалась холодная ярость. Конечно, бал по случаю дня рождения его любимой супруги был омрачен использованием магии. Валиант поклонился. Аэрин присела в глубоком реверансе, выражая покорность и почтение перед королем и королевой.
– Ваши величества, прошу прощения за этот досадный инцидент, – выпрямляясь, ответил Валиант. Он посмотрел на гостей и под его взглядом балкон мгновенно опустел. – Девушка позволила себе использовать магию.