Страница 20 из 114
Глава 6. Брат Риккардо или Deus Vult
— Брат Риккардо Серджио Конти, туркополье. Но вы можете обращаться ко мне как все — просто брат Риккардо.
Я ударил себя в грудь, отвечая на приветствие, и уважительно склонил голову. А сам в этот момент как мог стремительно обдумывал ситуацию. При первом знакомстве очень важно не только правильно подать себя, но и не ошибиться в статусе собеседника.
Седой тамплиер представился туркополье. Это предпоследняя — десятая — ступень в иерархии их ордена, ниже которой стоят лишь оруженосцы и служители. Но было бы грубой ошибкой считать эту должность незначительной. В военное время, как сейчас, туркополье командует не только наёмниками-туркополами из числа мирян, но и братьями-сержантами. Порой на эту должность назначают именно одного из сержантов, однако плащ стоящего напротив меня тамплиера был белым. Да и названное имя, и манера речи выдавали лицо благородного происхождения. Так что передо мной, скорее всего полноправный брат Ордена, рыцарь. Но не обязательно, так как если брат по каким-либо причинам хочет скрыть своё происхождение или титул, то из уважения к его достоинству кастелян имеет право выдать ему плащ белого цвета, даже если тот выбрал должность простого служителя. Конечно, подобное встречается крайне редко, но иногда всё-таки случается, — не стоит недооценивать популярности рыцарских орденов в среде знати. К тому же, порой здоровье или какой физический изъян или увечье препятствуют рыцарю продолжить своё служение на стезе воина. Впрочем, передо мной явно не такой случай. Да и кольчуга на стоящем напротив тамплиере длинная, с длинными рукавами и более густого плетения, чем на его спутнике, плюс кольчужные чулки, наручи и поножи… Слишком богато для всего лишь сержанта, а значит передо мной всё-таки рыцарь.
За короткие мгновения, пока я всё это мысленно обдумывал, остро пахнущий конским потом и кровью тамплиер устало обернулся и представил своего спутника.
— Брат Жан, сержант.
Я перевёл взгляд. Звание брата-сержанта, и прилагающийся к нему чёрный плащ с алым крестом, весьма высоко, хоть и даётся простолюдинам. Собственно это верхний предел для человека неблагородного происхождения, которого он может достичь в Ордене. Во внутренней иерархии Дома оно лишь на одну ступень уступает званию полноправного брата, то есть рыцаря.
Тоже сухой, жилистый, лицо выветренное, с потрескавшимися губами, глаза карие, волосы черные, вьющиеся, выгоревшие на солнце. Облачён в кольчугу редкого плетения, с короткими рукавами. Чулков нет, но это и понятно. Зато есть наручи и поножи, что у сержантов встречается далеко не всегда. Выглядит моложе своего спутника, но всё равно много старше меня, — лет тридцати, пожалуй. Вполне возможно, что это с ним мы виделись в бою, но точно не скажу — не разглядел.
Не задумываясь, повторяю удар сжатым кулаком в грудь, и склоняю голову уже перед ним, из уважения к его достоинству как монаха, как воина и как человека, старше меня самого. Представляюсь обоим.
— Хуан Родриго де Кристобаль, рыцарь, по праву войны и завоевания
Мой собеседник сначала приподнял брови, а потом как будто что-то понял, или вспомнил, и удивление в его глазах сменилось пониманием и одобрением.
— Право «железа и крови»? Давненько здешняя земля не слышала этих гордых слов из уст христианина. Что ж, полагаю, вы в своём праве, прекрасный брат, хотя это и не мне решать. Но первым делом я хотел бы поблагодарить вас за помощь нашим раненым. Признаться, о вашем мастерстве уже рассказывают небылицы. Не будь я лично свидетелем некоторых ранений, мог бы и не поверить, что человека можно поставить на ноги столь скоро. Я даже было подумал, что вы из госпитальеров, но теперь вижу, что ошибся.