Страница 13 из 114
Сарацины изрядно ловки в отступлении и если хоть чуть промедлить, то их будет уже не догнать. Вот только стоит ли мне терять на это время? Рыцарскому коню вообще-то тяжело соревноваться в скорости с местными лёгкими скакунами. Даже с учётом того, что ускакать от Глэйса и им будет не просто. Но проверять это я не стану. Не такой уж и продолжительный бой высосал почти все силы. Слишком серьёзно пришлось напрячься. Это со стороны кажется, что махать мечом легко. Если пару раз взмахнуть — конечно, легко. А если пару сотен раз? А если в некоторые из ударов вкладывать всю силу? А если при этом вертеться как уж на сковородке, скованным седлом с высокой спинкой? А если перед этим провести пол дня в седле в кольчуге? Хорошо ещё, что вес тела в доспехе несёт на себе конь. Но нелепо сравнивать возможности всадника и пехотинца. Разница очевидна и огромна.
На месте особенно крупного завала из конских и человеческих тел осталась стоять залитая с ног до головы кровью длинноволосая фигура, в которой я с изумлением опознал Мэрион. Пешая, без своей кобылы, шлем куда-то делся, сбили, наверное, вся какая-то помятая, но вроде как целая, только злющая. Прямо у меня на глазах попыталась поймать за узду удирающего коня без всадника, но тот шарахнулся в сторону. Альвийка дёрнулась вдогон, запнулась о чьё-то тело, чуть не грохнулась, нагнулась, потянула что-то невидимое с земли, и запустила вслед жеребцу, досадливо выкрикнув грязное ругательство, которое не красит даму. Шлем, похоже. И ведь даже попала, чертовка. Впрочем, жертва её произвола лишь ускорилась.
Я подвёл к ней Глэйса и тяжело спешился.
Мэрион бросила взгляд на меня, на знамя позади себя, где уцелевшие воины уже кого-то вязали, на удирающих всадников и радостно преследующих их туркополов, глубоко вдохнула, вязко сплюнула, наклонилась, маскируя от посторонних манипуляции с исчезнувшим и проявившимся уже чистым клинком, бросила его в ножны и устало опустилась на круп мёртвого коня, переводя дыхание.
Некоторое время мы просто молчали.
— Как ты?
Та неохотно подняла подбородок и с лёгким неудовольствием ответила.
— Тяжелее, чем думала. Непривычная манера боя, да и нарушать маскировку не хотелось. Кроме того, ты ведь ранее запретил без крайней нужды применять напоказ магию. Так что мне пришлось ускориться, чтобы справиться, а этот навык быстро сжигает силы.
— Извини.
Я оглядел её с головы до ног. Судя по увиденному, о тяжёлом ранении речь не шла. К тому же, потеряв столько крови, обычный человек просто бы не выжил, и я не думаю, что альвы в этом плане сильно отличаются от нас. Хотя извазюкалась, конечно, знатно.
Альвийка прищурилась и дерзко раздвинула губы в усмешке.
— Нравлюсь?
— Нравишься, — я спокойно кивнул. — Как отмываться будешь?
— Да, это проблема, — озадачилась девушка. — Сейчас ещё мухи налетят… Ненавижу мух.
Я перевёл взгляд в сторону, осматриваясь и давая ей возможность ещё чуть отдохнуть.
— Как остальные?
— Знамя стоит, как видишь. Я думала, что твой пацан в обморок грохнется с перепугу. Ан нет. Учти, что за храбрость Система ничего не начисляет. Награду за такие вещи она оставляет на усмотрение местных богов и командиров.
— Ангелов, а не богов, — поправил её я.
— Хоть демонами назови, — устало отозвалась та.
— Что с остальными?
— А я знаю? Что ты ко мне прицепился? Пойди да посмотри. Эй, подожди! Девчонка цела, только её с коня сшибли, но затоптать не должны были.
Я остановился, разворачиваясь.
— Поможешь с ранеными?
— Не-а, на людей и коней мой навык почти не действует.
— У меня «святое исцеление», но энергии маловато.
— Ах да, ты же можешь обмениваться энергией почти без потерь при передаче.
— Только получать, — уточнил я, ожидая, что альвийка опять потребует чего-нибудь взамен. Но та лишь закряхтела и, опёршись о протянутую мною руку, встала.
— У меня ещё кое-что осталось. И твой накопитель в навершии можно использовать, я его потом заряжу. Не веришь что ли? Да и перстень у тебя есть, хотя, что там той энергии… Ну, чего замер? Пошли. В таком деле, чем раньше начнёшь, тем лучше.
— Спасибо, Мэрион, — я на миг задержал её ладонь в своей, прежде чем отпустить. — Буду должен.
— Хорошо-о-о… — жарко прошептала она в ответ томным голосом и, оттолкнув мою руку, довольно рассмеялась.
— Молодчина, Итен, — поприветствовал я оруженосца. — Владей ты оружием, как подобает, и я прямо сейчас посвятил бы тебя в рыцари.
Тот расплылся в счастливой улыбке. Ещё бы, такие слова сродни обещанию. Его предыдущий хозяин был странствующим рыцарем, подавшимся в Святую Землю с целью пропасть из поля зрения недоброжелателей, как я подозреваю. А может — замолить грехи или в надежде заработать. А Итен — простой деревенский мальчишка, которого тот взял личным слугой, считай оруженосцем, потому, что никто из дворян не доверил бы странствующему рыцарю, примкнувшему к компании наёмников, своего отпрыска. И какое-то время дела паренька шли сравнительно неплохо, пока его господина не убили в стычке. А он сам, будучи на тот момент всего лишь подростком, попал в плен, и поскольку благородным не был, то выкупать его никто, разумеется, не собирался. И сложилась бы его судьба довольно безрадостно, не пересекись наши пути. Невероятная удача для юноши, лишь немногим младше меня самого, ведь встретить в арабских землях свободного христианского рыцаря почти невозможно. А уж чтобы тот дал себя уговорить взять безродного в личные оруженосцы… К слову, бесталанным Итен не был, хотя упущенное (из-за плена) на обучение время в обычных обстоятельствах поставило бы крест на его мечтах, не смотря ни на какое везение и природные способности.
По поведению слуги судят о хозяине, а по оруженосцу — о его рыцаре. Так что мне пришлось раскошелиться не только на экипировку. Восемнадцатилетний парень получил от меня коня, посвящение в