Страница 8 из 13
В этот момент сердце Азры пело. Сын вырос. Стал мужчиной, отцом… В этом была гордость матери.
А семья, жена – это ничего. Первый раз не сложилось, она другую ему сосватает.
– Мама, папа, – раздался надломленный голос Эсмы. – Я поеду с ними. Я чувствую себя виноватой перед Мирай, потому не брошу моего племянника. Заменю ему мать.
Азра прищурилась. Ага, как же, заменит. Тварь какая. Тело сестры еще не остыло, а она уже метит занять ее место! Азра помнит подлую сущность Эсмы. Помнит каждое брошенное слово в свой адрес.
Но госпожа Азра никогда не смогла бы стать хозяйкой особняка, если бы не продумывала все наперед! Вот и теперь у нее был компромат против Эсмы. Азра знала, кто в действительности взял у Хакана, двоюродного брата Кадира, пистолет. И знала, что именно Эсма сама себе выстрелила в ногу, чтобы подставить Лейсан. А Лейсан стала незаживающей, кровоточащей раной на сердце Кадира, чтоб её! Ведь схоронили, плиту сверху положили, Зифа все глаза выплакала, а сын, как привязанный, ходит к могиле девки и последнее счастье проливает на ее плиту.
Приготовления к отъезду оказались хлопотными. Семья Доган устроила поминки в столице. Потом сопроводили их до родного уезда. Тут уже проводы организовала Азра, не давая никому вмешиваться и помогать.
И только потом Мирай предали земле.
Азра с неудовольствием отметила, как Кадир отделился от процессии и подошел к другой, весьма скромной. Теперь уже Азра знала, что кормилица хоронит своего младенца, но это слишком личное внимание сына к чужой семье Азре не понравилось. Надо будет узнать про них всё. Кто такие и откуда.
В особняке царила суета. Госпожа позволила Зифе нанять еще двух помощниц, но сколько не нанимай, ничего старая экономка уже не успевала. Зифа ходила какая-то странная, настороженная, от каждого слова Азры вздрагивала. Переработала, что ли?
– Ты заболела? – в лоб спросила Азра свою экономку.
– Нет, госпожа.
– А чего тогда трясешься?
Зифа замотала головой и тут же зарыдала, а потом завыла и сползла по стене на ступеньки. Азра закатила глаза, призывая терпение.
– Вот что. Если тебе нужен выходной, бери и отдохни. А завтра вернешься к работе.
– Спасибо, госпожа! – Зифа в благодарности приложила кисть Азры к губам, тяжело поднялась и неровной походкой стала спускаться вниз.
Азра снова покачала головой. Замену надо искать Зифе, никто в этом особняке, к сожалению, не молодеет.
Следующим утром Доган уехали, оставив Эсму в доме Азры. Кадир проводил тестя с тещей и сразу же сел в машину, чтобы привести кормилицу.
Особняк снова наполнился шумом и голосами. Одновременно с Кадиром вернулась Зифа, бодрая и полная сил, звонким голосом разгоняющая помощниц по делам.
Госпожа Азра вышла из спальни и села на диван, призывая помощницу позвать Эсму с ребенком. Та, как пиявка, вцепилась в младенца, почти не выпуская его из рук.
С холла поднялся Кадир, ведя за руку тощую бледную девку, того же типажа, что и его Лейсан. Они его как магнитом притягивали.
Азра поморщилась. Родословную можно не узнавать, по лицу видно, что ни рода, ни племени нет. Она похлопала по дивану рядом с собой. Девушка засмущалась, отнимая руку у Кадира и взглядом как будто спрашивая разрешения. Это хорошо. Послушная.
Она подошла к хозяйке, приклонила колено и попросила дозволения взять ее руку. Азра протянула кисть, принимая почтение.
Что ж, воспитанная, тоже неплохо.
– Садись. Расскажи мне, как давно ты кормишь грудью, сколько молока сцеживаешь? Насыщался ли ребенок? У моего внука очень хороший аппетит!
С нежной улыбкой девушка поинтересовалась:
– А каким именем нарекли вашего внука?
– Берк, – ответила Азра, довольная, что кормилица поинтересовалась именем. – А как тебя звать?
– Айша, госпожа.
– Хорошее имя.
– Мама, если позволишь, я схожу за сыном, принесу его.
– Эсма сейчас спуститься и принесет Берка. Я распорядилась.
Кадир кивнул, явно расстраиваясь необходимостью сталкиваться с Эсмой. Ничего, скоро ее заменит эта чудесная воспитанная девушка. Если внук примет ее!
Не успела она расспросить Айшу о здоровье и питании, как вошла Эсма, внося плачущего малыша.
– Почему он плачет? – нахмурился Кадир, забирая сына.
– А я знаю? Может, голодный. Он не хочет смесь, выплевывает.
– М-можно?..
Айша встала и сразу подошла к Кадиру, протягивая руки.
– Малышка, – тон девушки изменился, но в следующую же секунду она обняла ребенка и тихо заплакала, укачивая притихшего внука.
– Тише, Айша, все хорошо… Ты привыкнешь, боль уйдет, – Кадир утешал Айшу, придерживая ее за плечи. – Вы нужны друг другу. Видишь, как он разглядывает тебя?
Айша несмело улыбнулась, снова склонившись над внуком.
– Может, он хочет молочка? Я бы могла покормить…
Кормилица обернулась за разрешением к Азре. Та кивнула. Что ж, если внук перестанет надрывать горло сутки напролет, то уже дело сделано. Но тут вмешалась Эсма.
– Вот так запросто? Вы разрешите какой-то девке с улицы кормить моего племянника?
– Что ты говоришь! – возмутился Кадир, но Азра прервала.
– Эсма, уйди. Ты ночь не спала, укачивала малыша, теперь о нем позаботятся. А ты отдохни.
– Но как можно непонятную девку… – не унималась Эсма.
– В больнице Айша сдала все необходимые анализы. Она здорова. Успокойся и, как мама сказала, пойди отдохни, – уже спокойнее ответил Кадир.
Эсма вздернула нос и покинула гостиную.
– Пойдем, я покажу тебе, где детская и где приготовлена комната для вас с сестрой.
– С сестрой? – вмешалась Айша. – Я думала, что они переедут семьей, но в особняке жить будет только кормилица.
– Нет, мама. Айша будет жить в особняке с сестрой, чтобы не уставать и меняться с ней.
– Хорошо. Пусть с сестрой, – махнула рукой Азра.
В этом доме все с ног на голову встало, но еще будет время разобраться.
Кадир позвал снизу девушку:
– Ясмин, поднимайтесь, ваша комната будет на третьем этаже, рядом с детской сына.
Азра безучастно смотрела, как другая светленькая девушка поднимается по ступеням, бросает настороженный взгляд на хозяйку и почтительно произносит:
– Госпожа.
Вот тогда что-то с сердцем Азры случилось. Оно пустилось вскачь, заставляя схватиться за грудь и просипеть:
– Зиф-фа! Таблетки!
– Зифа! У мамы приступ! Быстрее неси таблетки и вызывай врача!
Ясмин с довольной улыбкой наблюдала за суетой вокруг госпожи.
– Пойдем, – произнесла она настороженной Айше. – Я знаю, где здесь детская.
Ясмин испугалась. Если Азра узнала ее, если догадается, кого привез в дом Кадир, то уничтожит и Ясмин, и всю её семью.
Она сидела в детской, не в состоянии унять биение сердца. Все получилось не так, как она планировала. В больнице Ясмин научилась контролировать свои порывы к Кадиру, научилась прятать любовь.
В особняк же она хотела вернуться королевой. Сильной и непреклонной женщиной, а не запуганной серой мышкой.
Но прошлое давило, и в момент, когда госпожа Азра вскрикнула, Ясмин прострелило. А теперь она сидит и дрожит, ждет приговора.
Но она же обещала быть с Азрой такой же хитрой и изворотливой. С гадюками нельзя расслабляться. Вон, даже Эсма тут как тут. Меньше всего Ясмин ожидала увидеть в особняке сообщницу Азры.
Теперь Ясмин подмечала и осторожный взгляд Эсмы в сторону Кадира, и неприятие того родственницы жены, недоверие и настороженность Азры к Эсме.
Ясмин теперь видела гораздо больше, чем до «смерти» Лейсан.
Со своим воскрешением ей еще предстояло решить ряд проблем. С жильем для мамы помог Кадир, как и обещал. Мама поверить не могла, что будет жить в просторном крепком доме с толстыми стенами и большими окнами, в хорошем районе, рядом с обеспеченными горожанами.
Труднее пришлось с тётушкой. Ту вызвала мама Зиля, привела в дом и позвала Айшу. Сообщила о потере и пригласила на похороны. Потом стала рассказывать про предательство госпожи Азры, но тётя Зифа, которая всю жизнь проработала экономкой при особняке, отказывалась слушать и верить.