Страница 3 из 7
Где-то в глубине дома хлопнула дверь, и Алексис вместе с Руби подпрыгнули от испуга. Алексис тихонько рассмеялась.
– Господи, – сказала она, перевернувшись на живот и пощекотав пухлую ножку девочки. – Громковато было, ты не находишь?
Малышка застенчиво улыбнулась, обнажив недавно прорезавшиеся передние зубки, и сердце Алексис снова сжалось. Хоть Руби и была точной копией матери, ее улыбка напоминала улыбку Рауля.
– Когда ты вырастешь, ты разобьешь не одно сердце, маленькая мисс.
Девочка посмотрела за спину Алексис и поморщилась, ее нижняя губа задрожала, а глаза наполнились слезами.
– Маленькая, что случилось?
Алексис села, пересадила девочку на колени и погладила ее по спине, чтобы успокоить. Она почувствовала покалывание в затылке и поняла, что они в комнате не одни. Она повернула голову и увидела Рауля, стоявшего в дверном проеме. Его обычно загорелое лицо было белее снега.
– Почему она плачет? – спросил он громко и жестко.
Руби заплакала еще сильнее.
– Рауль, с тобой все в порядке? – мягко спросила Алексис, поднимаясь вместе с Руби.
Его взгляд был прикован к девочке, которая продолжала плакать, спрятав личико на груди Алексис.
– Я в порядке, – соврал он. – Почему она так сильно плачет?
– Мне кажется, она тебя немного боится, к тому же это место для нее незнакомо, и она скучает по Катерине.
– Прошу тебя, успокой ее, – сказал Рауль, напрягшись.
– Я делаю все возможное, – ответила Алексис, печально улыбнувшись. – Но ты не мог бы говорить чуть мягче, когда она рядом.
– А может, ей лучше находиться в детской, когда я в доме? – спросил он раздраженно.
– Скажи, что ты пошутил. Это ведь и ее дом, – вспылила Алексис.
Он перевел взгляд с Руби на Алексис:
– Я не шучу.
Он развернулся, собираясь выйти из комнаты, когда Алексис твердо прошептала:
– Даже не вздумай уходить. Ради всего святого, Рауль, она твоя дочь, а ты ведешь себя так, как будто она незваная гостья.
– Я сразу предупредил тебя, что не хочу, чтобы она здесь появлялась. Твоя обязанность следить за ребенком и за тем, чтобы наши пути не пересекались. Я ясно выразился?
Алексис не узнавала мужчину, стоявшего перед ней. Нет, внешне это был тот же Рауль Бенуа, с которым она познакомилась незадолго до его бракосочетания с Бри. Господи, ее тело так же покрывалось мурашками, когда он находился рядом. Почему же он с таким упорством пытается дистанцироваться от дочери?
– Алексис, тебя понятно? – переспросил он. – Успокой ребенка, и быстрее.
Может, он и хотел казаться безразличным, но плач малышки причинял ему боль.
– Отлично, подержи ее, а я принесу бутылочку. Ее надо покормить.
Рауль отступил на шаг в недоумении:
– Кто здесь няня – ты или я?
– Конечно я. Но я подумала, что ты мог бы немного присмотреть за Руби, пока я готовлю ужин.
– Алексис, я нанял тебя, чтобы ты занималась Руби, – сказал он и поспешно вышел из комнаты.
Руби отняла головку от груди Алексис и осторожно осмотрелась. Убедившись, что ее отца нет поблизости, она со знанием дела засунула пальчик в рот.
– Что ж, все идет не совсем так, как я ожидала, – обратилась Алексис к девочке. – Я думала, твоя бабуля преувеличивала, когда говорила, что папочке нет до тебя дела.
Алексис поцеловала Руби в макушку и понесла на кухню. Намочив бумажное полотенце, она вытерла заплаканное личико девочки.
Алексис посадила Руби в высокий детский стульчик и дала ей печенье, чтобы немного занять, пока сама изучала записи Катерины. Так, Руби все еще спала два раза в день, на ночь ей нужно было давать полную бутылочку детской смеси, чтобы она не просыпалась до утра.
Все было предельно четко. Алексис вздохнула и посмотрела на малышку. Ну как можно не любить такую кроху! Если бы она собственными ушами не слышала, как сдержанно Рауль отзывается о девочке, она бы ни за что не поверила, что отец может быть так холоден со своей дочерью.
Размышления Алексис прервал плач Руби. Она уже зевала и терла глазки испачканными печеньем кулачками. Алексис накормила малышку равиоли, затем вымыла ей ручки и умыла личико.
– По-моему, дорогая, половина твоего ужина только что осталась в раковине, – посмеялась Алексис. Она быстро вытерла личико Руби полотенцем и понесла ее в детскую.
Искупав девочку и сменив ей подгузник, Алексис надела на ребенка симпатичную пижамку и положила в кроватку. Она переживала, что Руби будет чувствовать себя неуютно на новом месте и начнет капризничать, но девочка уснула, едва ее головка коснулась подушки. Алексис включила радионяню. Она оставила одну рацию на столике рядом с кроваткой, пристегнула вторую к ремню на джинсах и вышла из детской.
В коридоре Алексис застыла в неуверенности: что делать дальше? Следует ли ей найти Рауля и потребовать объяснить его поведение и отношение к дочери, или же вести себя так, словно ничего не произошло? Алексис уже было собралась пойти и найти Рауля и поговорить с ним, но, вспомнив, как он ее встретил несколько часов назад, решила не осложнять и без того натянутые отношения и направилась к себе в комнату.
Дверь в гардеробную была открыта, и Алексис вошла внутрь. На одной стороне висели только плечики для одежды, на другой – женские платья. В воздухе все еще витал аромат любимых духов Бри. Алексис стало невыносимо жаль упрямого мужчину, который до сих пор не смог заставить себя убрать вещи умершей жены. Она вышла из гардеробной и закрыла дверь. Затем подошла к комоду у противоположной стены и проверила ящики. Они были пусты. Алексис разложила вещи и убрала чемодан в гардеробную.
Стук в дверь застал ее врасплох.
– Войдите! – крикнула она, и Рауль вошел в комнату.
Ее тело тут же дрожью отозвалось на его близость. Она жадно пробежалась взглядом по его телу, впитывая каждую деталь. Она до сих пор не верила, что перед ней тот же самый мужчина, с которым она познакомилась год назад. Хотя это ведь действительно другой человек. Он прошел через ад, напомнила она себе, и ей нужно быть с ним помягче, не судить слишком строго.
И несмотря на то что ее чувства к нему в течение этого дня менялись со скоростью калейдоскопа, одно оставалось неизменным: она его хотела.
– Я только собирался убедиться, что у тебя все в порядке, – сказал он, стараясь не смотреть ей в глаза.
Если честно, Алексис не знала, что на это ответить, поэтому только кивнула.
– Малышка уснула? С ней все в порядке?
– Да, я уложила ее недавно. Катерина сказала мне, что Руби спит до половины седьмого – семи, если ее не будить, так что, думаю, до утра она тебя не потревожит.
– Ты уверена, что с ней все в порядке? Ты здесь, она в детской.
– У меня есть вот это, – ответила Алексис, указав на радионяню у себя на поясе. – Как только она проснется, я обязательно услышу.
– А ты уверена, что эта штука работает?
– Ну, она была в упаковке, когда я ее нашла. Я поменяла батарейки, не волнуйся.
Рауль вздрогнул, и у Алексис ушло несколько секунд, чтобы понять причину этого. Конечно же они с Бри готовились к появлению малышки и покупали все необходимые вещи. Очевидно, Бри была последним человеком, прикасавшимся к рации.
– Все равно лучше купить новые батарейки. Замени эти, как только я куплю новые.
Алексис уже готова была вытянуться по стойке «смирно» и отдать ему честь, но подумала, что шутка будет неуместной. Все-таки он проявил хоть какую-то заботу. Хотя можно было бы обойтись без генеральских замашек.
– Что-нибудь еще? Знаешь, я могу приготовить для нас ужин. Руби уже поела, поэтому я могла бы быстренько что-нибудь сообразить. Присоединишься?
– Нет! – почти прокричал Рауль. – Не утруждай себя.
– Мне не трудно. Я могу готовить для нас. Если хочешь, я оставлю твою порцию в микроволновке.
Его плечи опустились, и он был готов согласиться, но внезапно передумал и сказал:
– Спасибо, нет.
– Ну, если передумаешь – присоединяйся. Мы сможем поболтать, расскажем друг другу последние новости. А может, ты присоединишься к нам за завтраком? Руби должна узнать тебя поближе. Тебе это тоже не помешает.