Страница 3 из 17
– Господин де Ложье был большим любителем евангелия от Матфея, – насмешливо произнёс белоглазый. – Как он часто говаривал при жизни: «Не то оскверняет, что входит в уста»!
– Ты его убил? – спросил Алексей, инстинктивно сделав шаг назад.
– Да, – ответил белоглазый, кивнув, – но это ненадолго.
– Помнишь про особые целебные свойства ада? Скоро падре оживёт, хе-хе-хе! – проговорил Авалон прямо в ухо своему «протежэ».
Алексей посмотрел на шпагу, торчащую из глазницы железной девы, и на ещё одно приспособления того же рода, которое было открыто и, казалось, только и ждёт очередного грешника!
– Не, не, не, я не хочу! – забормотал Алексей. – Авалон, Авалон, погоди, не оставляй меня тут! У тебя ведь есть ещё приятели, правда? А? Давай, посмотрим всех!
– Есть-то, оно, конечно, есть, – проговорил Авалон, задумчиво проведя когтём по стене, – да не у всех есть места. Грешников много, бесов мало, сам понимаешь, но, в принципе выбор есть… всё, всё, сори! – воскликнул он, увидев недовольный взгляд приятеля, и отдёрнул руку. – Прости, друг, дурная привычка! – и добавил: – Алексей пока не хочет к тебе, так что извиняй старина. Мы посмотрим всех, а потом, может, вернёмся!
Авалон попрощался с белоглазым и направился к выходу, потянув Алексея за собой, пока тот мысленно переводил дух, радуясь, что ему удалось избежать участи падре де Ложье. Бес, «услышав» мысли перепуганной души спросил:
– Какого хрена ты ещё ожидал? Ты в аду, понимаешь? И да, здесь плохо, мягко говоря. И сколько раз вас смертных об этом предупреждают, пока вы небо коптите? Да толку-то… впрочем, нам же лучше, ха-ха! Пойдём, есть у меня ещё вариант один.
Авалон полетел к следующему приятелю, у которого можно было оставить грешную душу до скончания века. Алексей плёлся следом, окончательно приуныв, и всё же, в глубине души, до сих пор надеясь на пробуждение. Крылатый проводник вёл душу, вверенную ему высшими силами, через некое подобие рынка, на котором одни черти продавали предметы экзекуции, души грешников, сырое мясо и всякие-разные приблуды, очень нужные прислужникам зла для комфортной жизни в аду. Алексей особо не обращал внимания на ассортимент местных торговцев и шагал за Авалоном, опустив голову, занятую печальными мыслями о собственной участи.
«Интересно, чем они здесь расплачиваются? Деньги-то в аду не нужны…» – мелькнуло у него в голове.
Рогатый «цензор», который был в курсе каждой мысли подопечного, тут же ответил:
– Ты прав, деньги в аду не нужны. Вон видишь пару вёдер у того прилавка? – спросил бес, кивая в сторону торговца, разложившего десятки орудий для пыток. – Давай подойдём поближе и вдохнём поглубже…
Авалон подлетел к прилавку и вдохнул полной грудью. Алексей последовал его примеру и почувствовал удивительный запах, по сравнению с которым самые лучшие земные ароматы казались вонью с помойки! Какие шанели, диоры с хьюгами, вот же, вот оно счастье, пьянящее и возносящее на вершину блаженства!
– Что… что это такое?! – воскликнул Алексей и впервые улыбнулся с тех пор, как попал в ад.
– Нравится? – спросил Авалон, усмехаясь. – Ещё бы, это же говно сатаны!
Услышав столь неожиданный факт, Алексей отошёл на пару шагов от вёдер с местной «валютой» – маска блаженства и улыбка идиота тут же исчезли, уступив место гримасе отвращения. В ту же секунду у прилавка появился бес с длинными рогами, который схватил оба ведра и убрал за прилавок, недовольно пробурчав: «А-ну пошли вон, мерзавцы!»
– На хрена оно надо?! – воскликнул Алексей. – Гадость какая!
– Много ты понимаешь, дурень! – проговорил Авалон назидательно. – Чем больше говна сатаны впитает в себя адское создание, тем сильнее оно станет! Верховные демоны им вообще насквозь пропитались… Берёшь и втираешь в лоб! – бес зачерпнул рукой воображаемую «валюту» преисподней и начал втирать круговыми движениями. – Ладно, пойдём. На тебя оно всё равно не сработает, но понюхать – имеешь право!
Бес гнусно захихикал и полетел дальше. Алексей шёл за ним, потихоньку приходя в себя от услышанного.
«Не всё золото, что блестит, и не всё благовония, что пахнет как амброзия…» – подумал он с досадой.
Авалон, услышавший и эту мысль, обернулся и закивал, глумливо улыбаясь и сверкая зелёными глазищами. Наконец они покинули рынок и продолжили путь по улочкам адского города.
Только сейчас Алексей заметил, что почему-то совсем не чувствует усталости, хоть и прошёл пешком весьма приличное расстояние. Правда, ему очень хотелось курить! Мысль о сигаретах в очередной раз посетила многострадальную душу, которую вели на заклание.
– Не, не, не, сигарет не будет, – проговорил Авалон, не оборачиваясь.
– Почему? У вас тут никто не курит? – спросил Алексей с досадой. – В жизни б не подумал, что бесы – «зожники»…
– Мы не «зожники», – ответил Авалон, – просто эту штуку придумали специально для вас, а нам на них абсолютно насрать… кстати, мы пришли!
Бес показал на покосившийся одноэтажный дом с заколоченными окнами и опустился на крыльцо, сложив крылышки за спиной. Алексей подошел ближе к массивной деревянной двери, за которой его ждала зловещая судьба. Авалон постучался и через пару мгновений на пороге появился хозяин – полная копия Авалона, которая отличалась от последнего лишь цветом глаз, мерцавших синим светом. После непродолжительного диалога на бесовской тарабарщине, хозяин позвал гостей в дом.
– Вообще, мне не до тебя, – проговорил он, оглядев Алексея с головы до ног, – но дочка давно выпрашивает новую игрушку, так что давай, дуй в подвал!
Все трое вошли в дом. В коридоре была широкая лестница, которая вела на один этаж ниже и заканчивалась у дубовой деревянной двери, запиравшейся на проржавевший железный засов. Из подвала доносился детский голос, напевавший известную песенку про улыбку, от которой непременно станет светлее, прямо как от электрической лампочки, и глухие звуки – Алексею показалось, будто бы кто-то стонет…
Синеглазый бес открыл дверь и тихонько втолкнул в подвал новую «игрушку», которая поскользнулась на последней ступеньке и упала, больно ударив седалище о каменный пол. Авалон ехидно захихикал:
– Под ноги смотри, говорю же! – и спросил: – Ну, как тебе твой новый дом?
Алексей, выругавшись, поднялся на ноги, оглядываясь по сторонам. Посреди подвала находился стол, за которым сидел связанный человек, вертевшийся, словно уж на сковородке, во рту несчастного торчал кляп из разноцветных тряпок.
«Господи, что у него во рту?! Детские носочки что ли?!» – подумал Алексей, чувствуя, как по спине начинают ползать мурашки.
На столе пылал жаром раскаленный самовар, из которого маленькая бесовка разливала лаву по фарфоровым чашечкам. Согласно законам физики, химии и здравого смысла, от посуды должно было остаться лишь воспоминание, но все они в аду не стоили и ломаного гроша – законы эти…
В углу на огне бурлил котёл, из которого попытался выбраться человек – увидев пару рук, уцепившихся за край, бесовка поставила чашку на стол, схватила вилы, лежавшие на полу и как следует ткнула несчастного, который к тому времени уже наполовину вылез!