Страница 14 из 57
— Причастность Вариации была подтверждена, сэр? — рискнула я.
— Нет, но я предпочитаю принять все необходимые меры предосторожности. У двух жертв обнаружены крайне нетипичные следы давления на горле. Это наша единственная зацепка на данный момент.
Майор просканировал мое лицо, затем лицо Алека.
Что он искал?
— Надеюсь, что это соглашение гарантирует быстрый успех нашей миссии. — Майор начал вышагивать, скрестив руки за спиной. — Давайте еще раз пройдемся по нашим возможным подозреваемым.
— Я думала, что мы не знаем ничего убедительного об убийце, раз уж он начал убивать людей, — сказала я.
— В основном это правда. Как ты, возможно, знаешь, профайлеры все еще пытаются сузить список возможных подозреваемых. Они сказали мне, что убийца почти наверняка мужчина и, вероятно, знал всех четырех жертв.
Это не помогло. Ливингстон был маленьким городком; все так или иначе знали друг друга.
— Изучение Кейт миссис Чемберс показало, что она не замешана, как и тетя Мэдисон Сесилия или лучшая подруга Мэдисон, Ана. Что касается остальных ее друзей и членов семьи, то все они подозреваются, пока не доказано обратное — особенно с мужчинами.
— Почему только мужчины? Я думал, что у девушек нет признаков... — Алек неловко взглянул на меня. — ...Сексуального домогательства?
— Нет, признаков нет. Мы не имеем дело с сексуальным преступником.
— Так почему подозреваемые только мужчины?
— Для того, чтобы задушить кого-то, требуется значительная сила, а серийные убийцы, как правило, мужчины. Я не говорю, что ты не должна следить за девушками в жизни Мэдисон, но не хочу, чтобы ты тратила силы на маловероятных подозреваемых. Убийца мог ходить в школу вместе с Мэдисон или быть как-то связан со школой. В конце концов, одна из жертв работала в школе, а другая была старшеклассницей.
Мистер Чен и Кристен Синч.
— Что насчет первой жертвы? Она была как-то связана со школой? — спросил Алек.
— Нет, она была педиатром в больнице Святой Елизаветы. Единственная возможная связь это то, что она, вероятно, лечила большинство учеников Ливингстона с тех пор, как они были детьми, — сказала я.
Было страшно, в какой темноте мы находились. Убийцей мог быть кто угодно. Пока единственной связью была буква «А», вырезанная на коже жертв.
— У Мэдисон такая же метка, как и у других жертв?
— Да, над грудной клеткой, как и у других убитых. — Майор прочистил горло и остановился за своим рабочим креслом, схватившись руками за спинку. — Думаю, тебе следует внимательно следить за парнем Мэдисон, Тесса. Он может быть единственным, кто знал, что на самом деле происходило в последние несколько месяцев ее жизни.
— Парень? — недоверчиво спросил Алек. — Ты не можешь ожидать, что Тесса продолжит чьи-то романтические отношения.
Я посмотрела на него. Он ревновал?
— Ей и не придется. Как выяснилось, Мэдисон порвала с ним за несколько недель до нападения. Это ставит его на первое место в нашем списке подозреваемых.
— Но какой мотив у него может быть для других убийств?
— Мы не уверены в этом. Но, возможно, он убивал их без причины, и когда Мэдисон порвала с ним, он выбрал ее в качестве следующей жертвы.
— Но почему буква «А»? — спросила я.
— Это тебе предстоит выяснить. Миссия начнется через два часа. Приготовься.
Мои глаза метнулись к глазам Майора.
— Так скоро?
— Мэдисон умерла полчаса назад. Врачи и аппараты будут поддерживать в Чемберсах веру в то, что она жива. Но у нас есть только столько времени, пока не появятся первые признаки смерти.
Я ошеломленно кивнула. Почему я ничего не чувствовала? Разве я не должна была знать, когда она умрет? В конце концов, ее ДНК теперь является частью меня. Это все, что осталось от нее.
— Прочитай бумаги и будь готова через час, Тесса, — сказал Майор, прежде чем перевести взгляд на Алека. — Я бы хотел поговорить с тобой.
Что они хотели обсудить без меня?
Ноги сами вынесли меня из кабинета, но мое тело было словно заключено в пузырь. Я едва слышала разговоры снаружи, смех из общей комнаты и музыку, доносившуюся откуда-то из коридора.
Холли замерла, когда я вошла в нашу комнату.
— Я должна уже уезжать, — смогла выговорить я.
Мои ноги, все тело онемело. После известия о смерти Мэдисон мне казалось, что и из меня ушла жизнь.
— Как долго тебя не будет?
— Я не знаю. Сколько потребуется.
Холли просто обняла меня, в который раз не говоря ни слова.
Я прижалась лицом к окну машины, вспоминая вечер более чем трехлетней давности, когда впервые села на это же место по дороге в штаб-квартиру. С тех пор многое изменилось.
Моя кожа задрожала, и я почувствовала, что Майор наблюдает за мной.
Машина остановилась. Я потянулась к двери, но слова Майора остановили меня.
— Я знаю, что между тобой и Алеком что-то происходит. Я уже поговорил с ним об этом. Не позволяй этому поставить под угрозу миссию.
— Ничего не происходит... — я остановила себя.
Это была бы ложь, а некоторые люди говорили, что Майор может учуять враньё. Это одна из нелепых историй, которые люди рассказывали о Майоре, потому что на самом деле не знали, на что он способен.
Мы вышли из машины. Мои ноги были как желе, пока я шла в больницу. Теснота в груди нарастала с каждым шагом, когда я приближалась к палате Мэдисон. Из конца коридора доносились голоса, и мои мышцы начали дрожать.
Я споткнулась, и Майор схватил меня за руку.
— Веди себя естественно, — сказал он под дых. — Они уже должны были уйти.
Мы шли по коридору, приближаясь к родителям Мэдисон, действуя так, будто у нас имелась какая-то веская причина находиться здесь, кроме как скрывать смерть их дочери.
Я заняла себя разглядыванием клетчатого узора на полу, но, когда мы проходили мимо палаты Мэдисон, мои глаза нашли их: Рональда и Линду Чемберс. Линда выглядела старше, чем на фотографиях, которые я видела, более белая, бледная, ее светлые волосы собраны в беспорядочный хвост. Рональд выглядел худее, а седые пряди в волосах на висках разрастались. Они прижались друг к другу, слушая, как врачи изрыгают ложь. Я не могла слышать слов врачей, но знала, что все, что они им говорили, было далеко от правды.
Хуже всего было то, что их лица светились надеждой, когда врачи говорили с ними. Они думали, что их дочь поправится, что они вернут ее обратно; они не знали, что всего несколько часов назад они потеряли ее навсегда.
Внезапно меня наполнило чувство решимости. Я найду монстра, который забрал у них дочь. Даже если я не смогу вернуть Линде и Рональду Чемберс их дочь, я смогу хотя бы попытаться восстановить справедливость. Мы повернули за угол, и они исчезли из виду.
Хоук прислонился к стене в нескольких шагах от нас. Увидев нас, он выпрямился. Майор отпустил мою руку. Я даже не заметила, что он тащил меня за собой.
— Почему они все еще там?
Хмурый взгляд Майора заставил мужчину отпрянуть.
— Мне жаль, сэр. Они должны уйти в любой момент.
— Лучше бы они это сделали.
Майор начал вышагивать, а я занялась тем, что считала его шаги. Ноги у него были не длинные, но походка делала его высоким. Хоук заглянул за угол, затем повернулся к нам и быстро кивнул.
Мы вернулись в палату Мэдисон, во рту у меня пересохло. Хоук прошел вперед и открыл дверь. Майор жестом пригласил меня войти. Теперь пути назад не было.
Глава 7
Тишина аппаратов поразила меня.
Никаких гудков.
Никаких вдохов.
Я пожалела, что у меня нет с собой Айпода; хоть что-нибудь, чтобы заглушить тишину в палате. Мэдисон лежала на кровати. Ничего не изменилось, кроме отсутствия сердцебиения и неподвижности грудной клетки.