Страница 15 из 17
Со всех сторон посыпались заклинания разной степени мощности. Малфой спрятался за широкой спиной Гойла (Крэбб сгорел в собственном Адском Пламени год назад и теперь горел в аду) и исподтишка вырубал гриффиндорцев одного за другим. На шум прибежал великан Грохх и стал крушить замок, желая уничтожить нарушителей покоя. На поле битвы выбежала Джайна Праудмур и стала метать фаерболы, поджаривая сраки сракоборцев. Тем временем Грохх проломил стену и ворвался в Большой зал, но тут заколдованный потолок не выдержал и обрушился великану на голову.
— Грошик, плохой мальчик! — запыхавшись, прибежал Хагрид.
Численное превосходство Высирателей Жизни давало о себе знать, и слизеринцы постепенно отступали. Но только не Срако Малфой.
— Авада Кедавра! — собрав всю свою магическую мощь, выкрикнул он и убил первокурсницу Джавелин Байрактар. Ава… Ава… Мне не хватает маны! — заплакал обессиленный Малфой и сдался.
Высиратели жизни победили, но победа досталась им дорогой ценой. Жертв было даже больше, чем год назад при битве за Хогвартс. Церемонию вручения дипломов пришлось перенести из Большого зала в нетронутое и заросшее паутиной подземелье Слизерина.
И вот выпускники уже встали с дипломами в ряд: отдельно гриффиндорцы, когтевранцы и пуффендуйцы.
— Но это ещё не всё, — сказала профессор Макгонагалл. — В Хогвартсе существует старинная традиция… Защищайтесь! Экспеллиармус!
Другие преподаватели последовали примеру директрисы, и в выпускников полетели Обезоруживающие заклятия, вырывающие дипломы из рук. Выпускники, не уберёгшие свой документ об окончании Хогвартса, автоматически оставались на второй год.
— Я себе немного по-другому представляла защиту диплома, — прошептала Гермиона из укрытия и сунула пергамент с печатью директора в бюстгальтер под мантией.
Полчаса спустя Гарри, Рон, Гермиона и Джинни уже смеялись над этой традицией. Четвёрке друзей удалось защитить диплом, и они уже паковали чемоданы.
— Ну и кто куда пойдёт работать? — спросил Гарри уже в карете, едущей к станции Хогсмид. — Зло уничтожено, так что мракоборцы никому не нужны. Впрочем, я не прочь стать дракоборцем, когда Малфой наконец выйдет из Азкабана.
— Мне профессор Макгонагалл намекнула, что Драко благодаря многочисленным связям выйдет на свободу раньше, чем мы думаем. Более того, факультет Слизерин скоро вернут на место, без него никак, — поделилась информацией Гермиона.
На станции Хогсмид друзья не стали садиться в поезд, а сразу трансгрессировали в «Нору», так и не узнав, как Питер Петтигрю очутился в своё время в Гриффиндоре.
========== Глава 34. Мамина гордость ==========
Поезд «Хогвартс-экспресс» ехал на юг. Рундил Уозлик сидел в отдельном купе повышенного комфорта, и продавщица сладостей лично следила, чтобы VIP-пассажиру было удобно.
— Выбери мне только съедобные конфеты «Берти Боттс», остальные сожри сама, — распорядился первокурсник.
— Как прикажете, мистер Уозлик, — сказала продавщица и принялась обнюхивать каждую конфету. — Эта со вкусом ананаса, держите, сэр. Эта со вкусом рябчика, угощайтесь. Эта со вкусом сладкого хлеба — боюсь, это мне…
— Почему это? — удивился Рундил.
— Так некоторые маглы называют своё говно, сэр.
— Говно, говоришь? Что ж, приятного аппетита.
Бедная женщина сунула конфету в рот и стала жевать её, скривившись от отвращения.
— Ну и как говно, вкусно?
— Как земля, сэр.
Пожалуй, Рундил Уозлик был единственным учеником в поезде без татуировки Высирателей Жизни. Остальные уже жалели, что поддались массовому психозу перед битвой со сракоборцами, и проклинали Гарри Поттера. Сидевшие в одном купе Бобби Короткопупс, Робби Шотботтом, Габриэль Делакур, Нюниус Чмони, Вилли Край и Эмма Эмо и вовсе желали, чтобы Мальчик-Который-Выжил стал Мальчиком-Который-Сдох.
Вот и Лондон. Ученики со всех вагонов дружно высыпали на платформу 9¾, где их уже ждали родители и прочие близкие родственники.
— Крошка Ру! Иди ко мне, мой маленький! — засюсюкала одна из матерей. Все обернулись посмотреть на маменькина сынка, к которому она обращалась, но он не спешил показываться на глаза.
— Мальчик, ты не видел моего ангелочка Крошку Ру? — обратилась женщина к незнакомому второкурснику. — Он такой лапочка, сам беленький, а волосики чёрненькие.
— Руперт! — едва сдерживая смех, обратился он к другу. — Это, случайно, не твоя мама?
— Не-ет! — перепуганно ответил Руперт. — Слава богу, я сирота.
В это время выпускник Дин Томас консультировался с Рундилом Уозликом по поводу работы в Министерстве магии.
— Ладно, Томас, за 200 галеонов я помогу тебе устроиться, — пообещал Рундил, взяв мешочек с золотом.
— Крошка Ру, вот ты где! — наконец-то отыскала миссис Уозлик своё чадо. — Плохой мальчик! Разве можно брать у дяди взятку? Сейчас же верни ему деньги и извинись!
— Ну ма-ам!
— Не мамкай! — рявкнула мать Рундила и силой отобрала у него мешочек с галеонами, отдав его Дину. — Я курочку принесла твою любимую, сядь покушай!
— Я в поезде поел, не хочу!
— Я тебе дам «не хочу»! Ешь давай! — приказала миссис Уозлик и сунула куриную ножку сыну в рот. — И жуй хорошенько, не глотай кусками! Хочешь молочка, сынок?
— Но не здесь же, люди смотрят! — запротестовал Рундил.
— Глупости, кому ты нужен, никто на тебя не смотрит. Давай, сыночек, покушай сисю, — ласково сказала женщина и достала правую грудь из-под одежды. Босс-молокосос послушно прильнул к матери и смачно зачавкал. Его авторитет в глазах окружающих падал быстрее, чем курс зимбабвийского доллара.
========== Глава 35. Невилл вознаграждён ==========
Невилл сидел дома и любовался своей коллекцией карточек знаменитых волшебников. Теперь он знал, что Августа Долгопупс приходилась ему не бабушкой, а лишь матерью бывшего мужа матери, поэтому она не имела морального права воспитывать сына бывшей жены сына. Суровая пожилая дама переключилась на Фрэнка, который ещё в январе признался целителям, что он здоров, и был выписан из больницы, лишь бы держаться подальше от подлой изменщицы Алисы.
— Фрэнк! — рявкнула его мать. — Да оставь ты в покое свои рога! Это очень сильное колдунство, против которого нет контрзаклятия!
Но Фрэнк с ветвистыми рогами, как у оленя, не желал успокаиваться и продолжал метаться из комнаты в комнату, то и дело задевая рогами потолок и стены.
— Пап… Я хотел сказать, мистер Долгопупс, не расстраивайтесь вы так, у вас хотя бы какая-то жена была… — решил подбодрить его Невилл, но вместо этого расстроился сам. В отличие от Гарри с Джинни и Рона с Гермионой, он до сих пор был девственником. Густо покраснев, Невилл выскочил на улицу, и порыв ветра, вызванный роялем в кустах неподалёку, доставил ему газету «Ежедневный пророк» прямо в руки. В ней сообщалось, что бывшие слизеринцы готовят нападение на Хогвартс.
— 2 мая 1998 года. Можем повторить! — торжественно объявил Невилл, но никто его не слышал. Слегка смутившись, он трансгрессировал у ворот Хогвартса. Долгопупс неуклюже, но решительно перелез через ворота и побежал на помощь старым школьным товарищам. Однако выяснилось, что он опоздал на какую-то пару недель, и львиная (а также орлиная и барсучья) доля учеников уже разъехалась по домам. Правда, некоторые школьники всё же остались на территории Хогвартса, но они находились в братской могиле рядом с белой гробницей Альбуса Дамблдора. Скомкав и выбросив бесполезную старую газету, Невилл уныло побрёл в сторону Хогсмида. Погрузившись в собственные мысли, он и сам не заметил, как зашёл в паб «Три метлы» и заказал стакан минеральной воды.
— Привет, я подсяду? — подошла к его столику журналистка Рита Скитер и села, не дождавшись ответа. — Парень, ты чё такой загруженный?
— Э-э-э… — растерялся Невилл, но Прытко Пишущее Перо из сумочки Скитер будто прочитало его мысли и уже вовсю бегало по пергаменту.
Рита Скитер возбуждённо схватила написанное и пробежала глазами по строчкам. Закончив чтение, журналистка слегка порозовела и улыбнулась.