Страница 4 из 15
– Но не лупить же ее за это наотмашь, сбивая с ног, – я пыталась говорить спокойно и вкрадчиво, чтобы донести до Макса, что такое поведение недопустимо, что я его не одобряю в впредь не приемлю.
Впредь ли, подумала я тогда. Или он уже преступил черту, подняв руку на девушку? Пусть даже на незнакомую, пусть даже на ту, которая пыталась меня обидеть.
У Макса были недостатки, с которыми я почти смирилась. Но этот его поступок, не говорил ли он о том, что я снова выбрала совершенно не того человека? Да, он пытался защитить меня, но таким жутким бесчеловечным способом. Это его животное начало, зашкаливающие феромоны которые так притягивали к нему как к мужчине – все это могло обернуться очень даже неприглядной картиной в будущем, если закрыть глаза на сегодняшний случай.
Я надвинула на лицо очки, чтобы скрыть глаза, стремительно наполняющиеся слезами.
Макс тоже был на взводе. Это радовало. Значит, он и сам немного в шоке от своего поступка. Он метался в надежде замести следы. Ведь эта «дрянь» наверняка вызовет полицию, а на улице кругом камеры.
Я целый день думала про камеры, с опаской поглядывала на Макса, но в конце дня мы даже зашли в открытое кафе, чтобы отметить вторую годовщину нашего знакомства. Не хотелось портить друг другу настроение в один из последних теплых осенних вечеров.
На следующий день я проснулась и как всегда по привычке открыла Инстаграм. Все было красным от уведомлений: отметки, репосты, комментарии, заполненный директ. Наконец-то появились активность и внимание к моей персоне, о которых я так давно мечтала, но внутри все похолодело.
Случилось самое страшное. Видео стало вирусным. Меня узнали. Именно меня, а не Макса, у которого в давно погребенном в небытии аккаунте было не больше десяти подписчиков.
Я всегда так отчаянно пыталась привлечь внимание к своей книге, к своей личности, как к творческой единице, но отклик был совсем мизерным, несоотносимым с усилиями, которые я вкладывала в блог. Заключив договор с издательством, я наконец воспряла. Почувствовала, что больше не одинока в стремлении прославить свою книгу, что у меня появился надежный союзник. Возможности, которые давало сотрудничество с крупным издательством было легко упустить, расслабившись и пустив продажи на самотек, поэтому я активного готовилась к продажам книги, старательно развивала свой блог и надеялась, что в один день все-таки проснусь знаменитой.
И вот этот день настал. Теле- и интернет- новостные источники пестрили заголовками: «Нет насилию», «Жестокое избиение средь бела дня в центре Москвы», «Бойня в День города», «На каждую силу найдется более серьезная сила».
Я посмотрела на безмятежно спящего Макса. И мне почему-то стало жаль его. О степени незавидности собственного положения я пока не подозревала. С ощущением сдавленности в горле я начала смотреть сообщения, просматривать отметки на видео. На записи Макс выглядел просто огромным по сравнению с хрупкой официанткой. Я тоже выглядела мелкой, лицо размыто, но как-то умудрились узнать. Слишком старательно я выпячивала свою личность. И вот. Более ранние новости писали про двоих неизвестных с ребенком. Чуть позже пошли упоминании о блогере Кире Найт @kira_night – начинающей писательнице и ее спутнике Максиме Шевцове – сотруднике МЧС России. Новые заголовки: «МЧС на мыло», «Интеллигенция и быдло – горючая смесь».
В то утро мы занимались любовью как ни в чем ни бывало, но внутри у меня образовалась пустота. Перед глазами стоял вчерашний шлепок по лицу и казалось, что Макс стал совсем чужим, что все это время прятал свою истинную сущность.
Макса уволили из МЧС в тот же день. По заявлению официантки даже завели уголовное дело. Я поддержала его как смогла, свидетельствовала в его пользу, с оговоркой, что не одобряю рукоприкладство и можно было решить вопрос без него. Но и заострила внимание на дерзком поведении «потерпевшей» по отношению ко мне и к ребенку.
Настораживало, что Макс особо не раскаивался, говорил, что официантка сама напросилась. По крайней мере, когда этот разговор поднимался в кругу близких знакомых. Я настойчиво пыталась объяснить своему мужчине, что таким поведением он ставит под удар меня. У той девушки могли оказаться защитники с не менее развитой мускулатурой. Муж, отец, парень, старший брат. И если они решат отыграться, то под удар попадет не он, а я. Макс только махал на меня и говорил, что во мне говорят издержки профессии (пока еще хобби) в виде богатой фантазии.
В соцсетях нарастала травля. Я позакрывала все аккаунты, многих заблокировала. Все ждали, что я как минимум покаюсь, якобы я понятия не имела с кем связалась и тоже являюсь жертвой абьюзивных отношений, но ни в коем случае не пособницей этой неоправданной жестокости. Жертвам абьюза прощают все. Но я ею не была. Я молчала. Ни оправдывать, ни очернять Макса еще больше публично я не собиралась. Никому не было дела до моего творчества, все забыли, что Кира Найт это вообще-то писательница, книга которой скоро выйдет в «Арго» – главном издательстве страны.
Через три дня мне пришло письмо от издательства с уведомлением о расторжении договора: «Мы заботимся о репутации редакции и наших авторов, поэтому в свете недавних событий нами было принято решение расторгнуть договор на книгу «Восход».
«Какого черта?» – взбесилась я про себя, – «Совсем недавно вы выпустили книгу бывшего заключенного, который десять лет отсидел за участие в групповом изнасиловании и убийство!»
Потом меня накрыло отчаяние. Я настрочила редактору письмо с просьбой не торопиться с таким решением. Даже опустилась до того, что пыталась убедить ее, что черный пиар это тоже пиар, что я придумаю, как обернуть его себе на пользу. Уверяла, что к моменту выхода книги эта история забудется. Молила о последнем шансе.
Редактор написала, что было бы неплохо, если б я хотя бы объявила публично о расставании с тираном и осудила его поступок. Но я не видела в Максе тирана и уж тем более не хотела ничего такого выставлять на публику. Но и любви к нему я как будто больше не испытывала. Его глупый необдуманный поступок вышел боком нам обоим. Я не судила его на людях, но между нами выросла невидимая, но очень хорошо ощутимая преграда.
Я сошлась с ним когда-то, увидев доброго заботливого человека. Да, не особо перспективного, но тем сильнее стимул всего добиться самой, не полагаясь на кого-то. Со временем я начала обращать внимание на его повышенную вспыльчивость, но она ни разу не была направлена на меня. Получается, что я закрывала глаза на эту черту? Нет. Я всегда в таких случаях смотрела на него с осуждением и замечала, что тут можно было бы и сдержаться. Со мной Макс всегда был нежен, непоколебимо уверен в моей красоте и регулярно поднимал мою самооценку. Мне казалось, этого достаточно, чтобы любить человека и быть с ним. Да к тому же, мне и не нужен был мужчина добренький ко всему миру. Но не зря говорят, что то, на что закрываешь глаза в начале отношений, зачастую становиться причиной из разрыва.
Еще какое-то время мы плыли по течению. Для меня стало очевидно, что я изначально поддалась внутренним компромиссам, чего делать, скорее всего, не стоило. Настал день, когда произошло событие, которое развеяло сомнения по этому поводу.
Это был один из последних ясных сухих дней прошлой осени, и я выбежала на утреннюю воскресную пробежку. Не то чтобы я была на короткой ноге со спортом, просто прочитала где-то, что физическая активность помогает справляться со стрессом. Не где-то конечно, а на странице фитнес-блогера, которая обещала развеять тоску с помощью комплекса физических упражнений, который можно было у нее приобрести вкупе с кураторством. Но я не была готова к какому-либо воздействию на меня извне, да и денег лишних не было, и решила, что пробежка не хуже должна справиться со стрессом и поднять настроение. Кровь так же разгоняется, да и вообще уже пора выходить из затянувшейся депрессии.
В ушах у меня звучала аудиокнига, и я не сразу заметила бритоголовую троицу, которая направлялась ко мне. Они как-будто выросли из-под земли. Так неожиданно, что я резко остановилась и даже попятилась. Огляделась. В парке больше никого. Это определит исход, с уверенностью подумала я. Глядя на лица этих троих, я почему-то ясно понимала, что к чему. Непоколебимые всадники возмездия. Как это я так безошибочно просчитала, что отдуваться за всю эту историю придется мне? Они меня убьют прям здесь или покалечат. Если б появились случайные прохожие (желательно не старушенции или забулдыги), то меня, возможно, просто напугали б. Но поскольку никого – точно убьют.