Страница 6 из 10
С этими фантазиями про Льва там просто потоп, и подушечки пальцев легко скользят по губкам, растирая смазку по горошине и малым складочкам. Я запрокидываю голову назад. Вновь вызываю в воображении образ Льва. Мои движения усиливаются. Одной рукой я закрываю себе рот, потому что ощущения настолько яркие, фееричные, что боюсь стонать в голос, а второй… нет, это уже не моя рука. Это Лев во мне. Он совершает сильные глубокие движения. Член его крупный, рельефный. У такого мужчины просто не может быть другого. Но он осторожен, чтобы не навредить мне.
Лев тяжёлый, но я с удовольствием ощущаю эту тяжесть на себе, словно меня обнимает огромный ласковый медведь. Внизу напряжение и сладостное распирание. Он заполоняет меня собой полностью, кожа к коже, без остатка. Без единого миллиметра, без единого шанса. Его чистые глубокие движения усиливаются, убыстряются. Он закрывает мне ладонью рот, чтобы не орала на весь подвал, и очень во-время, потому что я, сотрясаясь на волне экстаза уже себя не контролирую. Я выгибаюсь дугой на кровати, подгибаю пальчики ног в попытках поймать те самые призрачные отголоски только что пережитого острого наслаждения.
В изнеможении расслабляюсь. Глаза закрываются. После такого мощного сброса эмоционального напряжения, я практически мгновенно засыпаю. С блаженной улыбкой на губах и с мыслями о Льве. Обнимаю одеяло покрепче, представляя себя защищенной, спасенной в его теплых, надежных объятиях.
Глава 6
Лев появляется в моем подвале, когда я уже совсем теряю надежду увидеть его еще раз. Он спускается вниз по ступеням, а Бычара молча открывает ему дверь моей клетки. Я сажусь на кровати, улыбаюсь ему.
– Привет, Алин, пошли! – протягивает он свою широченную ладонь.
Я дотрагиваюсь до него ледяными, дрожащими пальцами.
– Куда? – смотрю на него во все глаза.
Какой же он большой, надежный и самоуверенный. В хорошем смысле, уверенный в себе, как и должен настоящий мужчина!
– Я тебе кое-что обещал, и обязан это исполнить.
Ему нравится мое удивление. А у меня на лице не просто удивление, я будто бы живого деда Мороза увидела!
– Ашотджан… разрешил? – все еще не верится мне.
– Я договорился с ним, Алин, давай не терять время!
Лев перехватывает мои пальцы поудобнее, притягивает меня к себе.
– Ты сможешь идти, или мне лучше понести тебя?
– Нет, – пугаюсь я. – Сама пойду.
– Хорошо, – усмехается Лев.
Босыми ногами я нащупываю пластиковые резиновые тапочки. Лев смотрит на все это не отводя глаз. Я встаю. Моя белая полупрозрачная ночнушка едва ли достигает коленей. Лев внимательно оглядывает меня с головы до ног и хмурится. Не нравится ему такой вид. Мне больно и неприятно от этого, но сделать я ничего не могу.
– У тебя нет другого… кхм… платья? – как можно корректнее выражается он.
– Нет. – виновато опускаю взгляд, ненавидя в этот момент этот чертов балахон, практически саван, который болтается на моей исхудавшей фигуре, как мешок от картошки. И коленки выпирают из-под подола. И ноги в отвратительных тапках. Как же мне стыдно! Лев скорее всего думает обо мне с презрением, а я… представляла себе еще что он может меня возжелать! Меня. Ага! Искалеченную, изуродованную, бесправную рабыню. Такую только представлять в мужских эротических фантазиях, да!
– Тебе не дают другой одежды? – всё допытывается мужчина.
– Мне дают белье на смену, грязное тут же уносят. В клетке ничего не оставляют…
В подвале зябко. Особенно прохладно ступням в ледяной резине. Я подгибаю пальчики на ногах, и в это момент Лев переводит взгляд на них.
– Бл*ть! – ревет он и обрушивает мощный удар кулака о клетку.
Мы с Бычарой синхронно вздрагиваем. Звук в пустом подвальном помещении, усиленный эхом многократно имеет эффект разорвавшейся бомбы. Решетки клетки ходят ходуном, Бычара хватается за пистолет в кобуре, а я прижимаю руки к животу, стараясь на инстинктах прикрыть, сохранить самое дорогое, что осталось у меня в этой жизни, моего ребеночка.
Лев опирается на клетку, на то место, по которому лупанул кулаком. Опускает голову вниз, тяжело дышит. А потом, справившись с собой, решительно расстегивает кожаную куртку и закутывает меня в нее. Она настолько огромная, что туда бы без помехи поместились трое таких как я, а еще она очень теплая, и от нее умопомрачительно пахнет свежим вкусным парфюмом Льва и им самим.
– Пойдем! – уверенно он берет меня за руку и выводит из клетки.
Мне не верится, что я сейчас выхожу из этого ада, что вскоре, всего через пару ступеней, я наконец вдохну свежий воздух, напитанный чистейшим кислородом, а не затхлую вонь подвала, а потом пойду не на каторжную работу, нет, а в клинику поеду, с самым потрясающим из мужчин на свете, с тем, о ком думаю постоянно и представляю в своих самых жарких, самых запретных фантазиях!
Лев уверенно ступает вперед, ведя меня за собой за руку. Какой же он высокий! А спина в одной лишь футболке бугрится раскаченными мускулами, рельеф которых отчетливо виден даже из-под хлопка! Я так засматриваюсь на его мощную шею, на короткий стриженый затылок, в который мне отчаянно хочется зарыться носом и дышать, вдыхать, наслаждаться его умопомрачительным запахом… в общем я оступаюсь, но рука его не дает мне упасть. Он разворачивается и молниеносно берет меня на руки, как маленькую, а я затихаю на его груди и дышу этим чистым запахом морской свежести, мужественного мускуса и надежности. И я не хочу, чтобы это заканчивалось… Боже, как я этого не хочу!
Глава 7
Лев выносит меня на свет, а у меня глаза слепятся от солнца. День ясный, но прохладный, и мои голые ноги моментально покрываются встопорщенной кожей.
– У тебя мурашки, – замечает Лев.
А потом проводит пальцами по восставшим пупырышкам, пытаясь их пригладить, а у меня моментально все внутри простреливает сладким разрядом тока, заставляя напрячься низ живота. И соски тоже каменеют моментально, готовые порвать, расцарапать своей резиновой твердостью тонкую ткань ночнушки. Хорошо, что Лев надел на меня свою куртку и не видит всего творящегося со мной безобразия.
Еще не дойдя до огромного шикарного нового черного джипа, он щелкает брелоком сигнализации. Автомобиль, как большой породистый важный пес приветствует своего хозяина. Лев открывает переднюю дверь и усаживает меня в теплый, нагретый весенним солнцем, салон.
Господи! Когда я в последний раз ездила на автомобиле? Наверно, в прошлой жизни. Хотя так оно и есть.
А как пахнет в этом салоне! И я даже сейчас не о дорогом автопарфюме что расположился на приборной доске веду речь, не об аромате новой настоящей кожи, в которую затянуты удобные сиденья автомобиля, я сейчас о свободе! О да! Так, именно так пахнет моя свобода. Нагретой солнцем теплой кожей пахнет. Пахнет им самим, моим спасителем, сшибает его энергетикой и харизмой!
Лев убеждается, что села я нормально, захлопывает дверь. Обходит автомобиль, усаживается на водительское кресло.
– Пристегнись, – улыбается он мне.
Я ерзаю в поисках ремня, нахожу крепление и никак не могу справиться с ним. Тогда Лев тянется ко мне, на секунду оказывается сверху, немного прижав своей огромной массой, вжав меня в сидения. В нос бьет уже полюбившийся, столь обожаемый мною чистый мускус, так что голова идет кругом. Его губы оказываются так близко, что вытяни я свои, то могла бы попробовать их на вкус. Мозг моментально подсовывает жаркие картины моих фантазий с ним, и я заливаюсь краской. Но не только. Внизу все так же стремительно намокает. Блин, ну что такое? Он всего лишь пристегнул меня ремнем безопасности, а я уже вся потекла, хоть выжимай… Как самка озабоченная какая-то… Никогда в жизни, ни на одного мужчину, у меня еще не было столь мощной и столь однозначной реакции.
Лев наконец-таки справляется с ремнем безопасности и возвращается на свое сидение.
– Ты завтракала? – спрашивает он с нотками заботы в низком баритоне голоса.