Страница 12 из 14
Тянущиеся в бесконечность огромные, во много ярусов улицы покинутого экуменополиса производили давящее впечатление. Источников света тут почти не было, где-то далеко-далеко вверху виднелась маленькая полоска звёздного неба, но она казалась настолько узкой и далёкой, что света от неё почти не было. Сами же улицы, периодически переходящие в исполинских размеров тоннели, были почти до непроходимого состояния завалены различным мусором. Тут было всё: какие-то едва идентифицируемые остатки машин и механизмов, обломки рухнувших с верхних этажей частей строений и, что попадалось чаще всего, огромные ворохи проводов всех мастей и размеров, издававшие негромкое электрическое жужжание, когда мимо них кто-то проходил.
Но если для нас всё это было в новинку, то феллины тут были дома. Похоже, темнота им не слишком мешала, и они уверено провели нас примерно ещё с полкилометра через мешанину мусора и руин и остановились на довольно большой чистой площадке, с одной стороны закрытой монолитной стеной и с двух других огороженной массой тех самых гудящих проводов, ну или чего-то похожего. Это место они, наверное, приметили заранее, и, дойдя до него, Сеф приказал всем слезать со скакунов, а Аухв направился в центр площадки и принялся там что-то колдовать. Я остался рядом с Сефом, с интересом смотря, что он будет делать дальше.
Тот, взглянув в едва видимое небо, немного покрутил головой и, оскалившись, кинув на меня взгляд, спросил:
– У тебя есть вопросы, зелёный друви?
– Да, мне интересны эти создания. – Я посмотрел на мирно стоящих и изредка переминающихся с ноги на ногу, совсем как настоящие животные, скакунов. – Никогда не видел таких раньше.
– Здесь они – основной транспорт, – ответил Сеф, поглаживая по голове одного из них, от чего мерцание между рогов у него стало другого цвета, а сам он тихонько загудел. – Они – это те, кто существует между такими, как мы, – он кивнул на остальную группу, стоящую вдалеке и о чём-то разговаривавшую между собой, – и тем, из чего состоит этот мир.
– Они механизмы? Вы их создаёте?
Сеф только покачал головой.
– Я не очень хорошо знаю о других мирах, не очень этим интересовался. Знаю только, что у вас там обычно такие, как мы, своими руками делают таких, как они, так?
– В смысле строят механизмы, а они им служат? – уточнил я. – Да, обычно так и есть.
– Ну а у меня в мире механизмы дают жизнь механизмам, и если ты способен их понять и принять, то можешь с ними договориться.
– Не очень понял, – честно признался я, от чего Сеф ещё раз улыбнулся своей клыкастой улыбкой. – А заряжаются они от чего?
– Заряжаются? – медленно повторил он. – Едят? Сейчас увидишь, как раз подошло время, – ответил он и указал лапой на стену из проводов. Проследив взглядом, куда он указывал, я сначала ничего необычного не увидел, однако чем темнее становилось, тем всё громче раздавалось электрическое жужжание, а затем вся стена начала неярко светиться бледно-белым сиянием с едва заметным голубоватым оттенком, и только после этого я понял, что это не мешанина проводов, а самые настоящие лианы и деревья.
То, что я принимал за старые провода, торчащие из выведенных из строя механизмов города, на самом деле оказалось деревьями, лианами и листьями, вот только полностью состоящими из электронных частей и механизмов. Листья вполне обычного вида, разве что огромные – размером с пару ладоней, но с тонкой, похожей на пластик каймой и полупрозрачной, словно стеклянной, плёнкой в сердцевине. Толстые перевитые лианы, которые при ближайшем рассмотрении оказались пучками причудливо и беспорядочно перепутанных проводов разной толщины и цветов, и стволы деревьев из мешанины деталей и механизмов.
Всё это выглядело как лес, но только механический. Старинное подобие биологической флоры, повторённой из механики и электроники. Она выглядела непривычно для меня, никогда не видевшего хоть чего-то подобного ни в одном из других пространств, где я побывал, но на этой планете, среди развалин и руин мира-города, смотрелась органично.
Сеф прищёлкнул когтями, и скакуны, послушно развернувшись к светящимся киберрастениям, подошли к ним и, раскрыв пасти, а они у них оказались в том же самом месте, что и у живых созданий из плоти и крови, а не из металла и пластика, начали с громких хрустом и треском срывать листья и жевать их.
Пока я с ошеломлением наблюдал за этой старинной пародией на живых существ в исполнении механизмов, Сеф, ловким движением ухватившись за лианы из проводов и оттолкнувшись от спины одного из невозмутимо хрустевших механическими листьями скакунов, забрался наверх примерно метра на три.
– Ага, как раз созрели, – довольно пробубнил он оттуда и, уцепившись ногами за один из толстых пучков кабелей-лиан, он как обезьяна раскачался, сорвал какие-то чёрные шары размером с футбольный мяч и кинул мне с криком: – Лови, Махс-с, только постарайся не уронить!
Я едва успел отойти от наблюдения за скакунами и акробатических этюдов нашего нанимателя, что чуть было не пропустил его бросок. К счастью, он, похоже, понимал, что я гораздо менее проворен, чем он, и сбросил свой тёмный шар мне в руки только после того, как я оказался готов. Поймав его, я едва удержал в руках, на ощупь это было и правда похоже на мяч, только безо всяких бороздок на поверхности, не чёрного, а скорее светло-серого цвета, и довольно увесистый, словно бы наполненный водой. Сеф, убедившись, что я ловлю, быстро перескочил чуть дальше и бросил мне в руки ещё парочку, таким образом он набрал двадцать или чуть больше мячей и только потом, так же легко, демонстрируя потрясающую и невозможную для человека гибкость и ловкость, оказался рядом.
– Что это? – спросил я, указывая на мячи.
– Мы называем их киифлор, – Сеф махнул лапой в сторону механорастений. – Много разных видов, и они растут тут повсюду. А это их плоды, – он указал на собранные нами мячи, – шраахс.
– Это можно есть? – с сомнением переспросил я.
Сеф на мой вопрос только шипяще рассмеялся и, подозвав одного из скакунов, с моей помощью погрузил на его спину нашу добычу, заявив, что я сейчас сам всё увижу, после чего направился к остальным.
Спустя ещё десяток минут лагерь был готов. Братья феллины быстро – явно сказывалась большая практика – надёргали из неярко светящихся электрических растений целую охапку огромных, почти в квадратный метр листов и соорудили из них лежанки. Ещё они натащили оттуда же несколько охапок проводов и, подпалив их, зажгли самый обычный костёр. Ну, ладно, не совсем обычный. Пламя было с немного непривычным голубоватым оттенком, и горящие провода пахли внезапно, к моему удивлению, вовсе не горелой изоляцией, а, скорее, чем-то вроде одеколона с ещё каким-то сладковатым неуловимым ароматом. Ну и в конце сотворения этого необычного привала они раздали всем нам по одному мячу, что Сеф собирал вместе со мной. Как оказалось, это и в самом деле были плоды. Разорвав толстую шкуру, внутри оказалась густая и тягучая жидкость насыщенного розового оттенка, которая живо напомнила мне йогурты, что в большом ассортименте продавались в магазинах моего родного мира. На вкус же это было похоже на жидкий, но тем не менее только что испечённый хлеб. Сок этих мячей, или, как их называли здесь, шраахсов, оказался очень питательными: выпив один из них полностью, я ощутил себя сытым и довольным, хотя и с тяжестью в животе, как от хорошего застолья, окончившегося перееданием.
На наши заинтересованные вопросы Сеф охотно ответил, что это дикий вид плодов, а вообще их существует множество с разными вкусами, и во всех племенах феллинов выращивают одомашненные сорта, и что при применении разных техник и магии можно разительно изменить вкус этого плода на огромное количество вариаций.
Сеф рассказывал довольно подробно и в красках, и довольно долго. Настолько, что у меня сложилось впечатление, что он, возможно, неосознанно, а может быть, и нет, оттягивал момент, когда ему зададут вопрос, касающийся нашего похода.
– Интересные вещи, вождь, – низкий и тяжёлый голос орка вклинился в речь Сефа, когда тот сделал небольшую паузу, описывая один из рецептов приготовления шраахса, – но, думаю, нам всем будет куда интереснее и полезнее узнать подробности предстоящего дела. Ведь так? – он вопросительно обвел остальных наёмников взглядом. Маг-драконид, скорчив в ответ полупрезрительное выражение на своей морде, тем не менее кивнул соглашаясь. Пара мохнатых монахов тоже согласно загудели, наверное, это у них выражало поддержку. А механический повелитель дронов вообще остался безучастен к вопросу, он сидел и старательно высасывал остатки сока из плода несколькими тонкими иглами, что уходили куда-то в складки его одеяния. Похоже, ему для того, чтобы усвоить местную пищу, требовалось больше времени, чем остальным. Ну а я же, тоже будучи не против узнать подробности того, что нам предстоит, просто кивнул.