Страница 11 из 14
Не менее интересными были и мои – на ближайшее время – спутники. О братьях феллинах из уважаемого рода Мяаксорф я уже упомянул, ну а нанятые ими наёмники тоже были один примечательнее другого.
Например, маг, рослый, но худощавый субъект, как оказалось, драконид. Ну, то есть чешуйки на всё тело, хвост, вытянутая морда – типичный дракон, но только на двух ногах и ростом примерно с меня. Он восседал на одном из скакунов, что-то записывая в небольшую книжечку, извлечённую из глубин своего поношенного плаща, периодически закрывая глаза и делая пассы своим посохом, потом прислушивался к результатам и снова писал. Судя по внешнему виду, дела у него шли не очень хорошо: поношенная, хотя ещё и крепкая, одежда, минимум украшений, во всяком случае на виду. Когда-то красивый, но сейчас порядком побитый и потёртый посох и, как я уже говорил, общая худощавость и потасканность. В школах магии я разбирался довольно слабо, потому что на мне она или не работала вовсе, или работала как попало. Сам же я никакими магическими умениями не владел, ну а то, чем владел, к магии отношения не имело. Ну, ладно, магическая поддержка – это хорошо, правда, будет ли от неё толк в этом странном техногенном мире, большой вопрос.
За ним ехал ещё один примечательный субъект. Тот самый худой и ещё более тонкий и хрупкий на вид наёмник, окружённый роем дронов. То, что я мельком взглянув на него принял за тряпки, на самом деле оказалось частью самого наёмника. Его тело почти полностью состояло из металла, на котором плотью была только часть лица, рук и несколько кусков ноги. Лицо закрыто чем-то, на мой взгляд, похожим на голографическую маску, зато вполне человеческий рот и сломанный и свёрнутый влево нос, а ещё вся оставшаяся у него кожа покрыта мелкими шрамами, имела неестественный оттенок и была больше похожая на пергамент. Явно выходец из какого-то техногенного мира. Возможно, ему окружающий мир был куда как привычнее, чем нам. Его дроны, летающие с негромким гулом вокруг, были в основном шарообразными или вытянутой сигарообразной формы. Они постоянно взлетали с его неподвижного тела и кружились рядом, уносились во все стороны, возвращаясь спустя пару минут, или взмывали вверх, пропадая из виду. Ну а то, что я принял за тряпки, оказалось то ли сенсорными панелями, то ли солнечными батареями. Как только он уселся на своего скакуна и мы двинулись, все они, до этого прилегавшие к телу, развернулись и, трепеща совсем не в такт едва ощущаемому тут ветерку, выпрямились, засверкав своими блестящими поверхностями. Сам же наёмник стал от этого похож на странное механическое растение с сверкающимим листьями, на которое откуда-то снизу дует ветерок, отчего эти листья трепещут. Ну а дроны, вьющиеся рядом, были своим поведением и негромким гудением похожи на пчёл у цветка. В общем, тоже довольно странный товарищ. У Сефа, признаю, получилось собрать к себе на помощь очень причудливых личностей, на вид так точно.
За мной на своих скакунах ехала ещё пара субъектов, тех самых, в плащах с капюшонами. Правда, магами они уж точно не были. Когда они их сняли, то я увидел крепких, но довольно низкорослых существ с поросшими длинным, рыжим и прямым мехом лицами, отдалённо похожих на людей, но с более вытянутыми и скорее обезьяньими чертами. Глаза одного из них были закрыты повязкой, второй же, с ярко-голубыми глазами, постоянно оглядывался на своего напарника и смотрел по сторонам. Их одежды, как мне показалось, были скорее церемониальными, но довольно поношенными и перевитыми множеством тонких и толстых ремней, на которых были приделаны крепления для ещё большего количества сумочек, предметов или оружия. Их было настолько много, что в точности рассмотреть саму одежду было затруднительно. Ну и накинутые поверх всего этого просторные плащи с глубокими капюшонами тоже мешали обзору. На мой взгляд они были похожи на каких-нибудь пилигримов или монахов, что, бывало, целыми толпами бродили по мирам, ища просветления, богов, демонов или ещё что-то, к чему толкала их вера. Их расу я не помнил и, кажется, никогда не видел, но среди бесконечности миров это было не особо удивительно: постоянно находилось что-то такое, чего я не знал, не видел или о чём даже не подозревал. Наверное, это-то и было самое привлекательное в моём положении: бесконечность новых впечатлений и постоянная возможность узнать или увидеть что-то новое.
Ну и последней парой и, пожалуй, самой выделяющейся на фоне прочих, как размерами, так и контрастом друг с другом, был тот самый оркоид и эльфийка, что чуть было не опоздали к нашему переходу в этот мир.
Представителей и той и другой расы я встречал немало, и в самых разных видах и вариантах. Этот орк был настоящим гигантом: выше двух метров роста и с широченными плечами, вооружённый двухлезвийной секирой соответствующего ему размера и облачённый в пластинчатую броню, покрытую угловатыми рунами. Его тёмная, почти чёрная от загара кожа была покрыта множеством самых разнообразных шрамов и рубцов настолько густо, что скорее её можно было назвать шкурой. Своим огромным телом он едва помещался на спине скакуна, и казалось, что тонкие металлические ноги биомеханического создания не выдержат такого веса, однако то невозмутимо тащило его, как и его собратья – прочих наездников, безо всякого труда. При взгляде на орка, всё в его виде говорило о том, что он воин, прошедший огонь и воду, выживший в сотнях боёв, и только массивный, сияющий прозрачным бледно-голубым светом на его мизинце перстень выбивался из этого образа.
Зато изящный, без украшений ошейник на шее едущей на следующим за ним скакуне эльфийки, сияющий тем же едва заметным светом, был, судя по исполнению, сделан тем же мастером, что и кольцо. И я знал, что это, встречал в некоторых мирах. Ошейник раба. Тот, на ком была эта штука, терял всякую волю и возможность хоть как-то сопротивляться воле хозяина, того, на ком был надет перстень. Владелец этого артефакта мог бы отдать любой приказ, и раб бы выполнил его, просто не мог не выполнить, даже сходя с ума или погибая, у него просто не было выбора. Мерзкая дрянь, я не любил рабства, хотя и часто видел его в разных мирах. Но, как это обычно и бывает, моё желание не видеть чего-то никак не влияло на реальность: торговля разумными существами была и процветала во множестве миров.
Эльфийка была полной противоположностью своему хозяину. Стройная и изящная, обряженная в искусно выполненную кирасу, не боевую, а скорее церемониальную, где внешний вид был важен куда выше, чем защитные свойства. По её внешнему виду нельзя было сказать, что её руки держали хоть какое-то оружие, а если так, то непонятно, почему она хоть и в лёгкой, но всё же броне.
И зачем он потащил её с собой на такое замороченное задание? В хабах разного вида бойцов нанимали обычно для какой-нибудь войны или охраны. Иногда для заказных убийств, или даже как гладиаторов для развлечения местных элит и иерархий. Но чтобы вот так, спасать да ещё и бросать вызов местным божествам? Даже мельком узнав о нем, я понимал, что для обычного наёмника и искателя приключений, бродящего по чужим мирам, просто вернуться из такого похода живым будет уже немалым достижением.
Вопросы, вопросы.
Мои размышления прервал Сеф. Он на своём идущем впереди скакуне встал в полный рост и, обернувшись к нам, прокричал, что мы почти прибыли к берегу. Там мы переночуем и завтра отправимся дальше, заявил он. Пока я размышлял, наш небольшой караван действительно приблизился к строениям, ограничивающим зеркальные воды этого неглубокого моря. Впереди в сумерках уже заходящего светила начало вздыматься множество строений всё чаще и чаще, а затем и вовсе перешли в сплошную стену из металла, пластика и торчащих то тут, то там огромных связок проводов. Прошла ещё пара часов, и когда местное светило уже исчезло за горизонтом, скрытое шпилями зданий и висящих в небе циклопических структур, мы наконец ступили на землю, а точнее, на какой-то материал, из которого состояли местные улицы.
Глава 5. Странная команда
Темнота здесь сгущалась быстро. Возможно, так мне показалось из-за каких-то неизвестных особенностей планеты, но, скорее всего, из-за застройки. Когда всё, что ты видишь до горизонта, это различные строения, состоящие преимущественно из небоскрёбов, то солнце исчезает с небосклона очень быстро.