Страница 183 из 250
Глава 50
– Слава богам! – сказал юноша лет шестнадцати ехавшему рядом с ним пожилому офицеру. – Дешт! Наконец-то, мы с вами отдохнём и очистимся от этой грязи! Зима, а грязь хуже осенней. Та хоть жидкая, а эта вязкая, как смола. У моего коня от усталости уже дрожат ноги.
– Мы с вами едем в середине отряда, поэтому и грязь, – пожал плечами офицер. – Задним приходится хуже. Меня вид этих стен радует не близостью отдыха, а тем, что я хоть на время буду избавлен от ответственности за эти возы.
– Вы напрасно беспокоитесь, Саргайл. Что может случиться с вашим серебром в королевстве под охраной тысячи всадников?
– К сожалению, ваша светлость, оно не моё, а многие из мальчишек, которые с нами едут, не были ни в одном бою. Здесь опасности нет, но в Сандоре всякое может случиться. Герцог Аликсан воюет не так, как принято, кто знает, что он выкинет в следующий раз? Давайте пробираться в голову отряда, теперь уже можно.
Когда они выехали вперёд, отряд уже подошёл к гостеприимно распахнутым воротам, в которых стояли городские стражники.
– Странно, что нас не встречает Залер, – сказал спутнику офицер и спросил караульщиков: – Парни, что с вашим капитаном?
– Ногу он подвернул, ваша милость! – ответил один из них. – Добро пожаловать в Дешт! К вашему приходу уже всё готово!
– Жаль, если так, – высказался по поводу травмы офицер. – Приятной службы! Поехали, герцог.
Они въехали в ворота и направились в центр города, к казармам гарнизона. Следом двинулись остальные, на ходу перестраиваясь для проезда по более узкой городской улице.
– Что-то я не вижу людей, – заметил герцог.
– Наверное, предупредили, чтобы не выходили из домов, – предположил офицер. – Когда в город входит много войск, так обычно и делают, чтобы не мешали. Мы заняли всю дорогу и даже тротуары, для горожан сейчас нет места. Вот летом на каждой крыше сидели бы мальчишки.
Когда добрались до помещений казарм, последние всадники проехали через арку ворот, и стражники быстро их закрыли, задвинули засов и для чего-то опустили решётку, после чего забрали из караулки арбалеты и побежали по лестницам на стену.
– Нас никто не встречает, – обеспокоенно сказал офицер. – И ворота в казармы закрыты. Такого ещё никогда не было. Не нравится мне это.
Словно в ответ на его слова распахнулись ворота, и из них на площадь перед казармами выбежали бойцы, образовавшие строй из двойной цепи пикинеров, за которыми располагались лучники. Из этого строя вышел невысокий, но крепкий юноша, который отвесил офицеру изящный поклон и насмешливо сказал:
– Добро пожаловать в Дешт, господа! Рад сообщить, что для вас война уже закончилась, и те, в ком есть хоть капля ума, немедленно сложат оружие. Гарантирую всем жизнь и возврат на родину и даже не потребую выкупа, вы привезли его с собой!
– Кто вы такой? – растерянно спросил офицер. – И что это значит? Неужели вы думаете, что нас напугают ваши лучники? У меня здесь тысяча мечей!
– Отвечаю по порядку, – сказал юноша. – Я герцог Серг Аликсан. Мои слова означают то, что вы захвачены в плен. А лучники... Оглянитесь назад.
Офицер оглянулся и побледнел: на крышах домов вдоль улицы, которую заняли его всадники, были видны бойцы, вооружённые луками и арбалетами.
– Можете устроить здесь бойню, – продолжил юноша. – Город занят моими людьми, ворота закрыты, и вам к ним не пробиться. Решайте быстрее. Если станете сопротивляться, только упростите мне жизнь тем, что не придётся с вами возиться, доставляя в Сандор. Итак, ваше решение?
– С вами хлопотно воевать, милорд, – пошутил Севорж, когда они были в дне пути от того, что осталось от Дешта. – Не столько воюешь, сколько занимаешься отправкой трофеев и пленных.
– Это был первый город, который я сжёг, – отозвался Сергей, оборачиваясь назад. – Надеюсь, что последний. Жаль, столько людей осталось без крова!
– А вы их не жалейте! – сказал генерал. – Их отцы и деды ходили к нам за добычей, а они сами решили забрать наши земли. Это разбойничий город, и построен он для набегов. Земля очень плохая и в лесах нет ничего путного, поэтому живут разбоем и контрабандой. Так что правильно мы их спалили. Пусть скажут спасибо за то, что не сгорели вместе с домами и вы дали время собрать скарб! Да и сотхемцам будет полезно посмотреть на своих беженцев. Может, сделают правильные выводы.
– Разрешите обратиться с просьбой, милорд? – спросил проводник, увидевший, что господа замолчали.
– Конечно, – ответил Сергей. – Что тебе, Олен?
– Дозвольте уйти с вашей армией. Меня здесь ничего не держит, а оставаться теперь опасно. Обязательно найдутся те, кто доложит сотхемцам, что я вам помогал. Они и так будут лютовать после ваших побед.
– Иди, я не возражаю. Можешь перебраться в провинцию, а можешь вступить в армию – решай сам.
– Ты какой-то уставший, – заметил Ланс.
Свита отстала, и он перешёл на ты.
– Так заметно? – спросил Сергей. – Я не просто устал, а устал от этой войны. Никогда не думал, что буду взвешивать человеческие жизни и приносить кого-то в жертву, потому что это целесообразно и поможет спасти жизни другим. Эти мальчишки-лесорубы...
– Полководцу на войне приходится заниматься этим постоянно, – заметил Ланс. – Хотя я тебя понимаю.
– Прибудем в Валенту, заберём Пармана и всех наших и уйдём. Мы и так многого достигли, даже лишили Мехала части подкреплений. Пусть теперь повоюют остальные, а мы от этого отдохнём. Интересно, как всё прошло у Альбера со вторым патрульным отрядом?
– Сделали так, как вы велели, – докладывал Парман Сергею пять дней спустя. – В отряде ничего не заподозрили, въехали в город и попали в ловушку. Застрелили трёх придурков, остальные оказались умнее и побросали оружие. Теперь они в Зельске, или уже на пути в Ордаг. Всё ценное я тоже отправил туда. Из местных в армию завербовались три сотни человек. Примерно сотня лучников, остальные не понаслышке знакомы с мечом. Мы никому не верили на слово, сами проверяли. Только... – он замялся, – у половины есть семьи, поэтому я дал разрешение их забрать. Уж больно хорошие солдаты, жалко было терять.
– Ты всё сделал правильно, – успокоил его Сергей. – Пока потеснятся, а к лету построим дома. Деньги для этого есть. Что ещё случилось?
– Перехватили пять обозов с оружием и продовольствием для армии Мехала. Всё оружие и половину продовольствия отправил в Зельск, а остальное раздал местным. После этого обозы больше не шлют и гонцов тоже не видно. Думаю, что в соседнем городе уже знают о том, что мы захватили Валенту и оседлали дорогу. Нужно, милорд, или наращивать силы, или всех отсюда выводить. Мехал не будет долго терпеть такую наглость.
– Вы правы, Альбер, – согласился Сергей. – Готовьтесь к походу, а выйдем завтра с утра. Сколько людей осталось в городе?
– Мало, милорд. Точно я вам не скажу, но вряд ли наберётся больше трёх тысяч. До войны их было раз в пять больше.
– Боюсь, что после наших подвигов Мехал может отыграться на горожанах. У нас пять сотен коней идут порожняком, поэтому кое-кого можно взять с собой.
– А кого, милорд? Я должен знать, чтобы объяснить людям.
– В первую очередь это женщины с детьми или беспризорные дети, а из мужчин можно брать кузнецов, оружейников, кожевников и строителей.
– И зачем тебе бабы с детьми? – спросил Ланс, когда они вышли от Пармана. – Просто пожалел, или есть какой-то план?
– Конечно, пожалел, – сказал Сергей, – но и планы имеются. У нас в новом городе уже пять тысяч холостых мужчин, и не всех устраивают весёлые дома. А для детей думаю построить школу, будут в ней учиться и жить. И учить их будут не только грамоте, но и бою, и многим другим полезным вещам. А лет через пять в моём распоряжении будет много умных и умелых людей, преданных мне и благодарных.