Страница 179 из 250
Глава 49
– Почему бьют тревогу, Завор? – Граф Март Стадж в одном халате выбежал из спальни, где приятно проводил время с недавно доставленной девушкой.
– Сейчас узнаю, ваше сиятельство! – сказал слуга, открыл дверь в коридор и исчез.
Раньше чем он вернулся, в комнату вбежал один из пяти сотников графа шевалье Клауд.
– Беда, командир! – крикнул он. – На патрульный отряд барона Эктора напали сандорцы!
– Спокойней, сотник! – одёрнул его граф. – Где идёт бой и сколько сил у неприятеля?
– Шагов триста от стен, а врагов раза в три больше, чем всадников у барона. Если не поможем, их быстро перебьют!
– Пока я оденусь, проверьте готовность гарнизона. Мы не пойдём на выручку. Нам и в обороне трудно держаться против такого числа врагов, а выйти за стены – это безумие. Но надо впустить солдат барона, если они смогут выйти из боя и оторваться от противника. Прикажите караулу на воротах следить за боем. Если прискачут солдаты барона, пусть пропустят и сразу закроют ворота. И пошлите им в усиление два десятка бойцов с арбалетами. Если погоня будет наседать нашим на пятки, отсекут стрельбой.
Клауд выбежал, а вместо него в комнате появился слуга.
– Я уже всё знаю! – оборвал его граф. – Помоги одеться и закрепить доспехи.
Стадж быстро оделся, закрепил броню и вскоре поднимался по лестнице на крепостную стену.
– Что у вас? – спросил он десятника.
– Наших ополовинили, ваше сиятельство! – ответил тот.
Собравшиеся на стене солдаты разразились радостными криками.
– Из-за чего они орут? – спросил граф. – Разберитесь и доложите!
– Многим удалось вырваться из западни! – ответил десятник после пробежки на стену и обратно.
Больше сотни всадников вышли из боя и неслись к городским воротам. Немногие остались прикрыть их отход и гибли один за другим. Наконец сандорцы опрокинули их и бросились вдогонку за беглецами.
– Не успеют догнать! – злорадно сказал десятник. – Ворота закроют, а их попотчуем болтами!
Внезапно от ворот донёсся шум боя, который стал быстро приближаться. Видимо, ворота остались открытыми, потому что подскакавшие сандорцы не скапливались у стены, а врывались в город, быстро истребляя его защитников. Многие всадники спешились и открывали убийственно точную стрельбу из луков. Сандорцы быстро и почти без потерь захватили весь город, за исключением городской стены, где за зубцами прятались воины Сотхема во главе с графом. Время от времени кто-нибудь из них пытался стрелять в неприятеля, но это было рискованно. Лучники быстро выбивали смельчаков, не давая им нанести сколь-нибудь существенный урон. Вскоре стрельба с обеих сторон прекратилась.
– Солдаты и офицеры короля Мехала! Мы полностью захватили Валенту! – крикнул один из сандорцев. – Я барон Альбер Парман от имени герцога обещаю всем сдавшимся жизнь. После войны мы постараемся вернуть вас на родину. Город с внешней стороны патрулируется нашими бойцами, а сейчас поставим посты и внутри. И долго вы просидите на холоде и без еды? На раздумья даю две свечи времени. Тех, кто не сдастся по истечение этого срока, не будем брать в плен!
– Что будем делать, ваше сиятельство? – спросил десятник укрывшегося за соседним зубцом графа. – Он прав: долго мы здесь не высидим, да и болтов почти не осталось. Они наверняка перебили отряд барона Эктора, а следующий подойдёт только через три дня. За это время мы здесь околеем. Да и чем нам помогут патрульные?
– Не стреляйте! – крикнул граф. – Мы решили сдаться!.. Бесчестно использовать такие уловки! – возмущался он уже позже, встретившись с Сергеем. – Извольте воевать по-благородному!
– Да ну? – рассмеялся в ответ герцог. – А вы поступаете благородно? Ваш Мехал заранее предупредил нас о войне? Нет, он ударил исподтишка, не дав нам времени подготовиться к его приходу, а потом отыгрался на мирных жителях, сжигая население целых городов! Скажите спасибо за то, что вас взяли в плен. Если после войны ваш король или родственники внесут выкуп, вернётесь домой. А война – это не благородный поединок, на ней нет правил!
– У нас тоже есть недовольные тем, что мы обманули сотхемцев, – сказал Парман, когда увели графа.
– Вы слышали мои слова? Вот и передайте их недовольным. Если бы мы сражались благородно, то потратили бы на осаду Валенты не меньше недели и потеряли бы самое малое человек триста. А за это время нас обязательно обнаружил бы один из патрулей и сообщил в другие города. Если бы мы после этого захватили Валенту, на этом успехи и закончились бы. У нас нет таких сил, да и глупо вести себя благородно с теми, кому незнакомо благородство. Предупредите, что в дальнейшем за подобные разговоры буду с позором изгонять из армии.
– Я понял, милорд. Не скажете, что будем делать дальше?
– Нужно снять с пленных куртки и одеть их во что-нибудь другое. Всех допросим и пообещаем заплатить за нужные нам сведения. Через два дня в город должен войти ещё один патрульный отряд. Желательно, чтобы его бойцы ничего не заподозрили до самых казарм, тогда их можно захватить без боя. Потом отправим караваны с оружием и доспехами в Зельск и перегоним туда же пленных. Нужно поговорить с горожанами. Наверняка среди них есть опытные мечники и стрелки из лука. У нас много трофейного оружия и лишних лошадей, и подкрепление не помешает. А дальнейшие действия будут во многом зависеть от того, что мы узнаем у пленных.
Никто из пленных не сказал ничего интересного, и только когда первый караван покинул город, Сергею доложили, что один солдат хочет сообщить нечто важное лично ему.
– Я знаю о том, что может быть вам очень полезно, – сказал он герцогу, – но у меня, милорд, есть условия. Я думаю, что ваши пленные не будут просто так сидеть где-нибудь в тёплых домах и вкусно питаться. Скорее всего, их заставят отрабатывать свой хлеб в поте лица. Так вот, я хочу этого избежать. Освободите меня и заплатите, как обещали, а я расскажу всё, что знаю. Родни у меня в Сотхеме нет, нет вообще ничего такого, из-за чего стоило бы возвращаться, поэтому думаю остаться у вас.
– И что же это за сведения, за которые я должен платить? – спросил Сергей. – Не бойся, если скажешь что-то важное, тебя освободят и хорошо заплатят. Свободу получишь уже в моей провинции, но держать будут отдельно от остальных.
– Король Мехал обещал армии, что выплата вознаграждения будет регулярной и пока держит слово. Раз в месяц из Сотхема под большой охраной выходит денежный обоз, который везёт жалование тем, кто не согласился на выплаты семье или отсрочку.
– А зачем вам деньги на войне? – удивился Сергей. – Вас и так обеспечивают всем необходимым, а женщинам побеждённых никто не платит.
– Всё так, милорд, – согласился солдат, – только с жалованием есть сложности. У меня нет семьи, которой можно оставить деньги, да и не все доверяют родичам. Можно открыть счёт в каком-нибудь торговом доме, чтобы казначейство переводило жалование туда. Кое-кто так и делает, но я не хочу связываться с купцами. Не знаю, как ваши, а наши не всегда отдают деньги по первому требованию. Был бы я благородных кровей, а так... Вот и выходит, что таким, как я, лучше складывать серебро в заплечный мешок. К сожалению, его не так много, чтобы он оттянул плечи. Грабить пленных у нас не принято, а если возьмут после смерти, то мне это будет неважно.
– И много вас таких? – спросил Сергей.
– Не скажу за всю армию, а в нашем гарнизоне было человек пятьдесят, – ответил солдат. – С этим обозом кое-кому из офицеров привозят золото. Деньги заказывают те, кто играет на них в солу. Есть у нас такая игра.
– Значит, примерно каждый десятый, – прикинул Сергей. – И охота Мехалу гонять из-за вас эти обозы?
– Так оплата оговаривается при найме, милорд, – возразил солдат. – Если бы мне не платили сразу, а пообещали отдать как-нибудь потом, я не нанимался бы в армию. Идти из-за одной добычи... Она бывает только при наступлении, да и то не всегда можно найти ценные вещи, которые можно унести с собой. А в этом походе наш король не дал порыться в домах, по его приказу всё сожгли. Сколько добра сгорело!