Страница 4 из 11
– Как скажете, – едва слышно отозвалась я.
– Почему вас уволили?
– Я ушла по собственному желанию.
– А точнее?
Я молчала, уткнувшись взглядом в свои руки. Мне было так стыдно, как будто я совершила что-то нехорошее.
Он откинулся назад, и в его глазах я заметила торжество. На губах играла победоносная улыбка.
– Вы знаете, почему вас не берут на работу, Анна?
– Нет. Ума не приложу. – Кажется, эти слова я не проговорила, а прошептала. Но почему-то господин Покровский прекрасно расслышал мой шепот.
– На вашем резюме черная метка. Это значит, что в нашем городе никто не возьмет вас на работу. И я хочу знать: что такого вы совершили на прежней должности? Вы украли деньги компании? Допустили какой-то серьезный финансовый просчет?
Его глаза пригвождали меня к спинке дивана, и мне казалось, что я вот-вот задохнусь от напряжения.
– Ничего! – в отчаянии вскрикнула я. – Мой шеф хотел, чтобы я легла в его постель, только и всего! Он поставил меня перед выбором: увольнение или его персона!
– Вы выбрали увольнение? – На его губах заиграла усмешка, а в глазах плескался хищный огонь.
– Да!
– Что ж, вот вам и ответ на ваш вопрос. Бывший работодатель постарался сообщить во все агентства о вашей нехорошей репутации.
– И что же мне теперь делать?
– Переезжать в другой город.
– Это невозможно.
– Ладно, предположим, вы останетесь. Устроитесь в какое-нибудь неприметное кафе официанткой, чтобы хоть как-то сводить концы с концами, и будете тянуть на себе свой быт и счета.
– Официанткой?! – оскорблено вспыхнула я. – У меня высшее экономическое образование!
– Больше вас никто не решится взять на работу. Предыдущий работодатель об этом позаботился.
Он откинулся назад, сцепил пальцы рук, и по жесткой линии губ пробежала легкая полуулыбка.
– Меня не пугают метки на резюме, Анна. В этом городе я устанавливаю правила игры. А еще я основываюсь на интуиции. И, кажется, вы мне идеально подходите…
Несколько мгновений он смотрел мне в глаза, а потом скомандовал:
– Распустите волосы.
– Что? – вздрогнула я.
– Распустите волосы. Я хочу на них посмотреть.
Окончательно растерявшись, я дрожащими руками распустила тщательно собранный с утра пучок, и длинные пряди карамельно-рыжего оттенка рассыпались густой волной по плечам.
Покровский поднялся и подошел ко мне сзади. Осторожно провел рукой по моим волосам. Положил ладони мне на плечи, и я ощутила пылающую тяжесть в тех местах, к которым он прикоснулся.
Пламя в камине, осенний пейзаж за окном, его умелые руки… я никак не могла избавиться от наваждения. В его прикосновении к моим волосам было что-то интимное, магическое, и это что-то заставляло меня сидеть с застывшей прямой спиной и почти не дышать.
– Но у меня есть особое требование к помощнице. Именно поэтому я плачу так много денег, – раздался за моей спиной мягкий голос Покровского.
Я растерянно подняла на него глаза. Хотела задать вопрос, но в горле пересохло.
– Я предпочитаю, чтобы моя помощница одновременно была моей любовницей, – обжег шею его шепот.
Я вздрогнула, резко сбросила его руки и отодвинулась в угол дивана. В глазах вспыхнуло отчаяние.
– Ничего особенного, – твердо произнес он, нависая надо мной всей своей величественной фигурой. – Поймите, я очень занятой человек. Мне некогда искать подружку на выходные, а без секса жизнь кажется пресной и лишенной всех радостей. Контракт предполагает, что вы на несколько месяцев станете моей женщиной. Никакой личной жизни – только я. Если ничего не получится, через месяц мы с вами расстанемся. Вы получите свои деньги, а я займусь поиском новой помощницы. Если получится – контракт ваш.
Мне казалось, меня заморозили или ударили по голове чем-то тяжелым. Язык не слушался, он просто прилип к небу и не двигался. Щеки пылали ярче пламени в камине.
Жанна принесла кофе, угощения, расставила это все перед нами на небольшом передвижном столике, а я так и сидела, уставившись на огонь.
– Если вам страшно, скажу сразу: у меня нет никаких запретных комнат. – Он тихо рассмеялся и придвинул мне чашку ароматного «Эспрессо». – Особенно тех, о которых пишут в ваших женских романах. Мы просто будем заниматься сексом.
Его взгляд вспыхнул пламенем, которое мгновенно добралось до моего сердца. Оно опалило душу, и я почувствовала, как гулко стучит кровь в висках. Щеки пылали, и я никак не могла решить, от чего – от стыда, или от его властного обаяния.
– А почему вы уверены, что я – именно та женщина, которая будет вас вдохновлять? – Я попыталась произнести это уверенно, но вышло жалко.
– Не знаю. Но мне нравится аромат ваших духов, цвет ваших глаз, ваши волосы и ваша фигура. Мы бы могли провести эксперимент.
– А как же… моя дочка? Я не смогу с ней видеться?
– Сможете. У вас будет обычный рабочий график. Если надо будет остаться на ночь или задержаться, я буду предупреждать вас заранее.
– Нет, я … я не смогу. Поймите, я привыкла работать… Быть вашей любовницей – это… меня воспитывали, что это плохо…
– Анна, когда в вашей жизни в последний раз был секс?
– Что?! – окончательно стушевалась я.
– Вы бьетесь одна уже год. Разве вы не пытались построить свою личную жизнь заново?
– Нет. Вся моя жизнь – работа, дом и дочка. Даже на сон не всегда времени хватает. О какой личной жизни вы говорите?
Он усмехнулся.
– Выпейте кофе, Анна. Вы слишком разволновались. Нервную систему надо беречь.
– Разве у вас мало претенденток? – придвигая к себе чашку кофе, глухо поинтересовалась я.
– Много. Но зеленые глаза и роскошные рыжие волосы в сочетании с приятным ароматом дорогих духов есть только у вас. Вы идеально вписываетесь в мой кабинет.
– Мне жаль, но я не смогу. Извините, что потратила ваше время.
Не помню, как я выбежала из бизнес-центра. На ходу запахивала пальто, садилась за руль своей машины и запиралась на все имеющиеся замки. Меня трясло так сильно, что стучали зубы.
Глава 3
Итак, я – полная неудачница. Написала еще одно письмо мужу Валере, теперь уже серьезно заявляя о том, что если он не ответит, то в понедельник я пойду подавать документы на развод.
Остаток дня проплакала у экрана ноутбука, просматривая вакансии. Нет, ничего подходящего не было. Из трех компаний пришел отказ, и я начала понимать: Покровский прав. На моем резюме поставили метку. Будь проклят мой бывший босс! Ушлый управленец знал, как сделать так, чтобы я оказалась на самом дне.
К пяти часам вечера приготовила ужин и побежала за Евой в садик.
Погода ухудшилась. Срывался мокрый снег вперемешку с дождем. Противный ветер порывами бил в лицо, и я уже пожалела, что не взяла машину.
Телефон завибрировал вызовом. Взглянула на экран и насторожилась. Мой бывший босс. Что надо этому старому подлецу?
– Аннушка, здравствуй! – весело проговорил знакомый голос. – Ну, как ты там поживаешь после увольнения? Вернуться не хочешь?
Это было очень унизительно, но в моей душе вспыхнула надежда. Вдруг все же можно повернуть время вспять и снова стать начальником отдела продаж?
– А у меня есть возможность?
В моем голосе прозвенела отчаянная надежда. Мой бывший босс ее уловил и властно усмехнулся. Сразу стало противно – от своего отчаяния, от уязвимости, от его гадского хамства.
– Возможность исправить ошибки есть всегда, милая Анна. Отработаешь повинность на выходных у меня в загородном доме, и у тебя снова появится шанс вернуться в наш отдел. Конечно, начать придется с самой низшей должности, а дальше все будет зависеть от твоей покладистости.
В его голосе слышалось торжество, и я дрожала всем телом – не от холода, нет, а от отвращения и унижения.
– Что ты молчишь, Анечка? У тебя ведь нет другого выхода. Никто не возьмет тебя на работу, пока не исправишь свою ошибку. Мой кабинет для тебя всегда открыт. Можем начать с завтрашнего дня. Скажем, в 7.30. На первый раз тридцати минут нам с тобой будет достаточно.