Страница 96 из 122
– Как ты взлетел! – с удивлением сказал отец, когда я рассказал о своём назначении. – Ещё нет двадцати, а уже имеешь право на чин генерал-майора. А почему Вера такая грустная?
– Она не грустная, а задумчивая, – засмеялся я. – Никогда не думал, когда начинал учить её кун-фу, что она сама когда-нибудь будет учить тому же самому великую княгиню и будущую императрицу. Когда-нибудь расскажет внукам, что с неё в семьях высшего дворянства вошло в моду обучать девиц драке. Я, скажет, возила носом по ковру саму императрицу!
– А ведь действительно, – очнулась от раздумий жена. – Это ты во всём виноват! Побить тебя, что ли?
– Если ты это сделаешь, побегу к сыновьям императора, – в шутку пригрозил я. – Продемонстрирую синяки и скажу, кто их посадил. Думаю, они после этого быстро передумают учить бою своих жён, а ты так и останешься обычной статс-дамой.
– Так ты не шутил? – дошло до отца. – Как же так? Ведь это же не дамское дело...
– Я сначала тоже обалдел, – кивнул я. – Совсем так же, как ты сейчас, а потом подумал: почему бы и нет? В моей второй реальности принцессы и не таким занимались, только это было лет на тридцать-сорок позже.
– Всё равно это неправильно, – вздохнул отец. – Есть привычный круг занятий для девиц их положения, и о вашей борьбе будут говорить с неодобрением.
– Пускай, – равнодушно сказал я. – Для тех, кто с неодобрением отзывается об императоре и его решениях, существует ваш департамент, вот вы ими и займётесь, а Вера только выполняет свои придворные обязанности.
– Странное время, – задумался отец. – Сколько всего случилось в империи и во всём мире! А ведь началось с тебя!
– Династию сменили бы и без меня, – возразил я. – И к созданию Франко-Германской империи не имею отношения. Ну посоветовал кое-что императору, но до этого додумались бы и без моих советов. И к появлению японской принцессы я непричастен, думал, что мы будем с ними воевать. Я своим появлением многое здесь поменяю, но года через три-четыре, раньше не получится.
Этот разговор состоялся вечером, когда задержавшийся на службе отец пришёл домой, а до этого я обежал несколько учреждений, включая и родное теперь для меня министерство иностранных дел, и оформил кучу бумаг. Осталось заказать мундир, но это было не к спеху. Можно было ходить в камергерском или просто в цивильной одежде.
На следующий день, как и было предписано, направился к императорскому кабинету минут за десять до назначенного срока. Вера осталась дома, потому что её занятия были назначены на более позднее время. Наша судьба изменилась в очередной раз, и теперь предстояло оценить, к худу или к добру эти перемены.