Д'ХарианскаяЭпопея.

Она думала о самоубийстве, но почему-то, сама не зная почему, не делала этого.

И вот ее жизнь круто перевернулась в городе под названием Толос. Там она встретила юного парнишку, с необычной для нее внешностью и до боли знакомым взглядом, что напоминал ей Брауша, который ее о чем-то спрашивал. Она не горела болтать с этим дитя. Но он был в ней заинтересован. Ей было уже все равно, что с ней будет дальше.

Но, как и говорилось ранее, ее судьба круто изменилась. Мальчишка купил и ее, и громилу, что был в том же караване. А когда они втроем остались наедине, то тот использовал магию, то, что Мириам видела лишь однажды и мельком у одной старухи из их поселения в детстве. Он почти за мгновение исцелил громилу, затем дал ему имя и предложил служить ему как воин. А после, когда после недолгого размышления тот кивнул, Даркен обратил внимание и на нее. Стоило ему только приблизиться к ней и взять в ладони ее лицо, она тут же вспомнила ладони своего старшего сына, который уже умер. В тот же миг из уголков ее глаз полились слезы, которые она никак не могла остановить. Буря в ее сердце не останавливалась, пока Даркен не заговорил:

— Не стоит плакать. Я не знаю, что с тобой произошло, но всегда есть выход и смысл жить дальше. Тебя оскорбили и обесчестили дотракийцы? Они многим принесли бед и скорби. Это печально, и мне жаль, что ты кого-то потеряла тогда. И жаль, что без сомнения в прошлом воительница с опытом сейчас стоит на коленях и плачет от старых ран, не столько телесных, сколько душевных. Но я хочу тебе помочь, поверь! Стань вновь той воительницей, что была когда-то. Возьми в руки оружие, и даю тебе слово, что однажды ты сможешь отомстить тем, кто сделал это с тобой.

В тот момент в рыжей женщине вновь забурлили старые инстинкты: жажда крови и смерти. На мир смотрели уже не глаза рабыни из севера, а Мириам Огненной, как ее однажды прозвали.

И сейчас стоя недалеко от корабля, что уже пришвартовался, и дожидаясь своего господина, она приводила в порядок те два меча, что ей были даны. И размышляла над тем, когда же ей подвернется возможность убить первого дотракийца за последние полтора года? С каждым днем и разговором с Даркеном Ралом, которого она уже признала своим лордом, она все больше и больше ощущала ту ярость и гнев, что так и стремились вывести из себя, заставляя желать пойти путем поливания крови на свои клинки.

— Мириам! — окликнул ее радостный Рис, что вернулся совершенно один, но радостный.

— Да, Рис. — улыбнулась она ему тепло и совершенно искренне.

— Пошли, тебя там Даркен хочет видеть. Мы тебе подобрали хороший доспех. Нужно только мерки с тебя снять, чтобы его подогнали под тебя.

— Но я не нуждаюсь в доспехе, к тому же он дорогой и…

— Пошли! — он резко схватил ее за руку и потащил в город.

Мириам оставалось лишь подчиниться. При этом она улыбалась и вспоминала своего второго сына, который был таким же непоседой. У нее начинало складываться ощущение, будто она вновь обрела сыновей и даже дочь в лице угрюмой Ниссы, хотя та ни характером, ни внешностью не была похожа на ее малютку.

— Жизнь продолжается… — пробормотала рыжая воительница и ускорила ход.

Даркен Рал.

Этот город меня не разочаровал. Он и вправду оказался городом моряков, которые были не прочь служить другому городу, хозяину или правителю. Главное — это плата и удовлетворение их низменных благ.

Пока что я ограничился лишь двадцатью моряками и еще десятком наемников из Вестероса. Наемники довольно смышленые и опытные, судя по их виду. Служили когда-то, а вернее до недавних пор, в армии короля Эйриса II Безумного. Но поскольку его уже убил его собственный гвардеец — Джейме Ланистер, а наследников законных нет в живых (об Эйгоне никому почти не известно), далеко не все хотят присягать новому правителю Роберту Баратеону как их королю. Множество благородных лордов, да и простых межевых рыцарей и даже солдат, что не нашли себя там, отправились либо же на Стену, либо же на промысел наемника. Этот десяток был как раз таки из межевых рыцарей и ветеранов, которые ушли с ними на восток. Сегодня был первый день их пребывания в Элирии. Но я не поскупился и решил все же их нанять за высокую цену.

Также после этого я сходил в некоторые лавки, что продавали редкие травы и свитки. Особенно меня заинтересовала карта Вестероса и Эссоса. У меня была карта, что я приобрел в Толосе, но она довольно древняя, а здесь нашел две новые, ну, относительно. Ведь мне они нужны для одного ритуала поиска.

И напоследок я зашел в оружейные лавки, где решил найти Боросу и Мириам доспехи или их аналоги. Боросу ничего не подошло, кроме шлема. Нужно будет ковать ему чуть позже доспех. С Мириам было проще. Нашелся доспех, что был готов наполовину. Мерки сняли довольно быстро, и полный доспех будет готов примерно через четыре дня. Так что мы немного задержимся здесь.

И как только я зашел в свою каюту, то приступил к ритуалу.

Расстелил на столе карту Вестероса и стал разравнивать ее, ведь именно оттуда мне приходили сигналы от моих поисковых заклинаний моих родителей. Старый способ из моего мира здесь оказался не действенным. Хотя большинство заклинаний и принципов совпадают в плане магии, но все же определенные различия есть. Поэтому я прибег к более древнему и забытому методу, правда, конкретики он не даст. Только местонахождение на данный момент.

Разровняв карту, я начертил несколько пентаграмм вокруг нее и зажег восемь свечей.

Кинжалом вспорол себе вену на левой руке, дал стечь моей крови в специально приготовленную чашу. Зачаровал, и после этого вылил половину на карту. Кровь через пару мгновений сгустилась в один алый шарик, который покатился в определенное место. Этим самым местом, где обитала «моя мать», был Морской Рубеж.

Как же забавно получается. Выходит, я наполовину Веларион? Этот древний валирийский род был в частом родстве с Таргариенами, он соблюдал традиции своих предков, и инцест для них был так же в порядке вещей. Интересно, кто же из женщин этого острова моя мать? Особенно я не вдавался в генеалогию и родство в Вестеросе, но теперь думаю, мне стоит это сделать.

— Что ж, а теперь «отец»…

Второй сформировавшийся шарик покатился в Дорн. Довольно интересный расклад. Сейчас, правда, он находится на берегу Дорнийского моря, поэтому трудно сказать из какого дома или места мой папаша. Хотя, зная истории о дорнийцах, я вполне могу быть тем же бастардом, как бы противно это не звучало. Да и к тому же меня немного напрягает история моего рождения и то, как я оказался в Толосе?

Почему ребенок благородной девы из древнего рода оказался в городе, что расположен в Заливе Работорговцев Эссоса? К тому же мелким попрошайкой! Меня привлекают сложные задачки, но эта задача меня начинает раздражать и даже оскорблять.

Если они решили, что я им буду обузой, или же они недобросовестные родители, то когда я приду в Вестерос, я взыщу с них их долг.

Но пока отложим этот вопрос в дальний ящик. Нужно проверить мою «почту». Новые донесения это всегда хорошо, к тому же кажется, я знаю, как занять Вольные Города и Браавос, чтобы те не лезли со своими наемниками дальше на восток. Нужно просто кое-кого подкупить и кое-кого немного шантажировать. И вспыхнет новая война в Спорных землях между Миром, Лисом и Тирошом. Пентос, судя по всему, подключится так же на стороне Мира, а Браавос будет играть своими интересами по обеим сторонам конфликта, хотя их здесь будет три. Жаль, Квохор слишком далеко от них и не заинтересован в войне, как тот же Волантис.

К слову, я узнал довольно полезную информацию.

В мире хоть и утратили секрет изготовления валирийской стали, но есть три мастера в Эссосе, что знают, как перековывать этот материал. И двое сейчас проживают как раз таки в Квохоре, и один — в Волантисе.