Д'ХарианскаяЭпопея.

Эйгон также пошел вслед за своим учителем, как Рис и Оркис с Мириам. Борос и Бельвас, как верные телохранители, последовали за своим императором.

На небольшой поляне, что была огорожена не только лесом, но и магическими письменами — не только теми, которые пользовался обычно Рал, но даже чародеев Кварта и жрецов Рглора — предстало занимательное зрелище. В центре поляны находилось полсотни обнаженных женских тел. Эйгон узнал их, это были Морд-Сит. Сейчас все эти пятьдесят девушек валирийской крови стояли на коленях и улыбались.

Таргариен знал, что произойдет и что будет делать его учитель.

На постаменте стояла большая чаша с кровью, собранной из девушек, он подошел к ней и одним резким движением правой руки рассек себе вену на левой. Кровь Рала стала стекать и смешиваться с кровью его Морд-Сит, что с улыбками взирали на то, что происходит.

При этом всем Даркен стал читать древние молитвы служителей Владыки Света, иногда заменяя некоторые слова на фразы из древневалирийского наречия. Затем, после третьей «молитвы», он прочел некое заклинание на языке, который никто из присутствующих не знал.

Кровь внезапно вспыхнула пламенем разных цветов, которое все же в итоге стало светло-желтым, как солнце, а затем стало потухать, под воздействием черной дымки, что впитывалась ею. А черная дымка шла от тех письмен, что были вокруг валириек.

Когда пламя потухло, Даркен взял кубок и преподносил каждой Морд-Сит, при этом проговаривая одну и ту же фразу на древневалирийском.

Он давал отпить лишь глоток от кубка, а затем давал сделать то же самое и с другой.

Когда же он закончил опаивать их всех, то встал возле постамента, где был кубок, и прочел уже другое заклинание, благодаря которому начались странные для глаз непосвященных метаморфозы. Кожа с девушек стала слазить, а открывшиеся взгляду мышцы начали гореть. Но при этом девушки не кричали в ужасе или от боли, а лишь улыбались.

Когда с них спала кожа, то перед небольшой группой разумных предстала действительно впечатляющая картина, как пятьдесят женских фигур превратились в живые факелы и уже парили над землей. Эйгон невольно вспомнил, что таких особ в древности, кажется, называли огненными элементалями.

— А теперь, дети мои, прошу, летите на Север за Стену и поразите своим гневом и силой, что получили, как можно больше Иных. Спасите саму жизнь, послужите дому Ралов в последний раз! — гордо проговорил Даркен.

— Слушаемся и повинуемся, Магистр Рал! — громко и хором произнесли они и в одно мгновение взлетели высоко в небо, а затем направились строго на север.

— А почему сразу не Короля Ночи? — спросил Окрис.

— У них на это не хватит сил. А вот на обычных Иных вполне. — пояснил спокойно Даркен. — Да и к тому же после смерти одного иного все, кого он обратил в своих упырей, рассыпаются, и во второй раз их даже Король Ночи не сможет поднять. Поэтому в любом случае они нам выиграют много времени и ослабят Короля Ночи, как и Великого Иного.

Больше вопросов к Ралу не было ни у кого.

И Эйгон Таргариен, и его мать Лианна Старк вошли в свой шатер, что был поставлен отдельно от всех. Эйгон тут же накинул полог тишины, чтобы никто не мог подслушивать. Он делал так всегда, на входе стояло двое его верных людей, и он точно знал, что ему с матерью никто не помешает.

Стоило им было только скинуть верхнюю одежду, как Лианна вцепилась в него руками и, притянув к себе, жарко поцеловала.

Они перешли черту, которую переходили его предки до этого сотни лет, еще два месяца назад. Это спровоцировала его же мать. Слишком было тоскливо молодой Лианне с юным телом и горячей кровью обходиться без ласки. К тому же у нее было много не выплеснутой ласки и любви к сыну, что поддавшись животным инстинктам их связь матери и сына переросла в нечто такое.

— Возьми меня, Эйгон. — прошептала ему в губы Лианна. — Возьми меня грубо прямо здесь!

— Мама!

— Возьми, я слишком долго не ощущала твое семя в себе. Ну же!

От такого тона своей матери Эйгон не выдержал и сорвал с нее платье в несколько взмахов руки. Теперь перед ним его мать предстала совершенно обнаженная и горячая к ласкам.

Она присела на колени перед ним и взялась за шнуровку его штанин. Когда они спали с него, перед ее глазами появился налитый член ее сына. Облизнувшись, она хищно посмотрела снизу вверх на Эйгона и лизнула головку, заставив тяжело вздохнуть его.

Немного поигравшись языком с его членом, Лианна не стала долго мучить своего сына, вобрала его всего в свой рот и начала активно двигать головой взад-вперед. Она сосала, заглатывая его полностью, а когда останавливалась, Эйгон брал её за голову и долбил, забивая свой член настолько глубоко, насколько мог. Но затем она стала массировать его яйца одной рукой, а второй играться со своей киской. Это завело ее сына, он отодвинул ее от себя, резко подхватил за руки и развернул к себе спиной, нагнул её раком прямо там, посредине шатра, и смочил её аккуратный девственный анус слюной. Средним пальцем он некоторое время разрабатывал ее задницу, а затем добавил второй и третий пальцы. Когда же посчитал, что уже достаточно, то резко завел свой член ей в задницу, до упора.

От непривычки она закричала и попыталась выскочить, но он крепко держал её за ее упругую задницу, резкими движениями вгонял член по самые яйца. Первое время ей было больно, но затем вскрики боли чередовались со стонами от наслаждения, а вскоре и вовсе осталось только наслаждение. Она отдавалась своей похоти без зазрения совести.

Скоро Эйгон обильно кончил в нее, не выходя из нее задницы.

Она распрямилась, ощущая все еще не опавший член своего сына в заднице, и схватив рукой его шевелюру, поцеловала Эйгона.

— М-м-м. Ты словно зверь сегодня.

— Я ведь Дракон. — улыбнулся Таргариен. — А мы самые опасные звери. И ты, как настоящая волчица, должна быть послушной сукой.

— Фу! Как грубо! А что же ты будешь делать с медведицей?

— А?

— Да-да, я заметила, как ты смотришь на Дейси Мормонт. Ты даже в последнюю нашу ночь меня назвал ее именем. Я не гневаюсь, ведь хочу внуков. Но все же меня немного задевает, что ты на моем месте представляешь ее.

— Впредь, когда мы вместе, для нас не будут существовать другие, мама. — заверил ее Эйгон и вновь приник к ее устам.

Он высунул уже вновь затвердевший член из ее задницы и толкнул ее на походную кровать.

— Сегодня я могу понести, так что будь осторожнее. — проговорила с улыбкой Лианна и раздвинула широко ноги.

— Я этого и хочу!

— Что?!

— У дракона Таргариенов три головы. Одна — это я, вторая — ты, а третьей станет Дейси. Ты родишь мне сына, который женится на своей сестре, которая у меня появится от Дейси. Я уже все решил.

— Прямо-таки все? — лукаво улыбнулась Лианна Старк.

— Да! — рыком ответил Эйгон и всунул ей в лоно свой член, начав грубо иметь…

Именно в тот день Эйгон зачал своего первого сына и наследника, одного из многих, которые у него появятся от одной только его матери.

Продолжение следует…