Страница 6 из 86
— Сашка, — тормознул меня дед, не дав гостя проводить, — пепельницу в мусорный мешок высыпь.
— Э-э, — посмотрев в спину уходящего Утаева, я коротко кивнул. — Понял.
— Вот и молодец, что понял, — уже добродушно проворчал дед, взял в руку сигаретную пачку, задумчиво посмотрел на нее, и тут же бросил обратно на стол. — И чая мне налей еще.
На следующий день, присев на дорожку, мы окинули взглядом грустный и враз осиротевший дом, молча попрощались с ним и направились на выход.
Я был весь в предвкушении и немного в шоке, оказывается до Усть-Каменогорска мы полетим на вертолете, что уже нас ждет за поселком. К нему нас продолжающие дежурить у дома «близнецы» на своей машине подбросят, другие, их коллеги, на вертолете до аэропорта сопроводят, третьи — уже до аэропорта Семей, где нам пересадку делать, и уже там они с нами окончательно распрощаются, убедившись, что мы благополучно из страны улетели.
— Василий Андреевич, — мы уже сели в машину, когда из рядом затормозившего внедорожника выскочил водитель и с поклоном обратился к деду. — Ерден Ибадуллаулы еще раз просит у вас прощение и предлагает выкупить ваш дом. Нужно только ваше согласие, — быстро тараторил он, боясь, что его прервут и сразу же пошлют куда подальше, вместе с его хозяином, Утаевым.
Дед како-то время задумчиво на него смотрел, но всё же согласно кинул:
— У него есть мое согласие! Скажешь ему, как только наши вещи отсюда заберут, пусть поселит молодую семью, желательно с маленькими детьми.
— Спасибо, мистер Кокора! — снова он глубоко поклонился. — Я передам ваши пожелания хозяину. — Примите, пожалуйста, — с очередным поклоном протянул он деду туго набитый конверт.
Который дед взял и, потеряв всякий интерес к продолжающему кланяться и благодарить посыльному, небрежно, даже не заглянув внутрь, бросил конверт с деньгами мне.
— Уберешь к себе в сумку, — после чего скомандовал нашему водителю: — Поехали!
Санжар был прав, когда говорил, что знает о том, что мы деньги дома храним. Дед банкам вообще не доверял, всегда оплату за наши услуги наличными принимал и в сейфе их хранил. Периодически обменивал их на новую валюту или просто обновлял на новые купюры, если те выходили. И я немного в недоумении был, сколько тех денег, не знаю, но сумка прилично так набита ими была, как он собирается их через две таможни переправлять? Но дед на этот счет совсем не волновался, так что и я голову не забивал. Был весь в предвкушении своего первого полета на вертолете.
Понравилось, но очень уж быстро полет прошел, это не с «ароматными» женщинами в автобусе трястись, тогда время тянется. А тут, не успели взлететь, уже садились возле поджидающих нас машин, в одну нас посадили, в другую «ручную кладь» погрузили. И в аэропорт с ветерком, где все мои сомнения развеялись, мы никаких проверок не проходили, нас сразу к самолету доставили, как и потом, уже когда мы пересадку в аэропорту Семей делали, тоже никаких проверок не было.
— Может скажешь, кто они такие? — проводил я взглядом «близнецов», которые убедились, что мы удобно устроились, попрощались и быстренько испарились.
— Да не о чем говорить, Саша, — усмехнулся дед. — Есть много людей, которые мне по-настоящему благодарны. Вот они и рады оказать ответную услугу. Не вынужденно, а просто — от души. Вот это и были люди одного такого человека. Люди другого встретят в России и доставят нас к нашему новому дому. Так что всё просто и нет никакой тайны, не забивай себе голову.
Действительно, всё просто, и в самолет нас без досмотра доставили, нам вообще суетиться не пришлось, ну и причина нашего отъезда безнаказанной не осталась. Сейчас вот, прежде чем попрощаться, один из «близнецов» уведомил деда, что виновный понес наказание. Правда не уточнил какое, но дед в ответ на эту новость удовлетворенно кивнул, и насколько я его знаю, то удовлетворился бы он только если бы тот помер, что скорее всего и произошло.
Улетели мы вовремя, именно в воскресенье в стране и полыхнуло. Как и предупреждал «вечный капитан» Мусатаев, начались выступления с простых митингов и агрессивных предупреждений всем «неместным», но уже к вечеру новости пестрели репортажами об убийствах.
Но такое, если так разобраться, сейчас по всему миру происходило, напряжение со страхами копятся в людях, и чем ближе День «Д», тем больше всё это из них выплескивается разными безумными выходками. А безумие заразно, во многих местах начали вводить комендантский час, в дневное же время пустили армейские патрули, которые достаточно жестко пресекали безобразия. Это в свою очередь еще больше подстегивало истерию. Короче, замкнутый круг получался. И разорвется он только после того, как Блистательный пролетит мимо Земли… ну или не пролетит. Впрочем, это тоже результат, после которого у людей, если они еще будут живы, будет уже совсем о другом голова болеть.
Но всего этого я еще не знал, с огромным удовольствием смотрел в иллюминатор на проплывающие внизу пейзажи и облака, наслаждался своим… уже вторым полетом в самолете.
Глава 3
— Да-а, — протянул дед, осматриваясь. — В живую он выглядит еще лучше.
— Дед, это что?
— Это? — бросил он на меня довольный взгляд. — Это мой тебе подарок.
Тут я и выпал в осадок, рассматривая «подарок».
Вылетели мы из аэропорта Семей в десять утра, летели четыре часа, и вот прикол, в Россию, в аэропорт Домодедово, прилетели в одиннадцать утра, сказалась разница в часовых поясах. Там нас тоже встречали, и не только люди должника, но и он сам: холеный — видно, что не простой рабочий, крупный, но не толстый, а просто в теле такой старик, с густой гривой уже наполовину седых волос, одетый в темно-синий костюм, при синем же, в полосочку, галстуке. И улыбался этот Юра, как его дед назвал, действительно искренне, рад был моего учителя видеть. До такой степени рад, что дед еле сумел отказаться от посещения его дома, тот всё хотел в его честь застолье организовать, обещая разные-всякие приятности.
— Ладно, дорогой ты мой Василий Андреевич, не буду больше настаивать. Рома, — подозвал он по-спортивному подтянутого мужчину, что нас возле самого самолета встретил и без досмотра сюда вот на машине привез. Когда тот подошел, «должник» его нам представил: — Это — Роман, он ваш сопровождающий, до самого дома довезет и там уже поможет с заселением. Если какие-то вопросы или сложности возникнут, он всё решит.
И он решил, через сорок минут мы снова садились в самолет, в этот раз до Нижнего Новгорода, еще через полтора часа уже ехали на микроавтобусе… не знаю куда ехали. Дед, изверг, не признавался, только улыбался загадочно, сюрприз мне собрался сделать.
Но то ладно, Рома сказал, что через полтора-два часа на месте будем, там и оценю этот сюрприз. Интересно было другое: при выезде из аэропорта солдаты на БТР дежурили, ну и потом, пока ехали, не раз одиночные и целые колонны военной техники встречали.
Рома заметил наш интерес и пояснил:
— С сегодняшнего дня по стране вводится режим чрезвычайного положения. Внутренние войска уже не справляются с участившимися беспорядками, вот и привлекли армию для поддержания порядка. Ну а те сразу, где криминогенная обстановка достигла максимума, в тех регионах вводят комендантский час, да и вообще, действуют достаточно жестко, не церемонятся.
— Это всё из-за Блистательного? — проводив взглядом промелькнувшую мимо нас очередную колонну, спросил я у Романа.
— Да. Сходят с ума люди.
Пока ехали, он нам многое рассказал, наверное, в первый раз правду без прикрас услышали. Во всяком случае я, дед может и раньше обо всем проинформирован был. То-то он такой спокойны был, да и сейчас лишь краем уха Романа слушает.
Оказывается, Блистательный не столкнется с нами, но всё же приблизится опасно-близко к Земле. Ну и, ученые и астрономы как-то там вычислили, что этот планетоид, несмотря на свои размеры, имеет относительно небольшую массу, так что нашей планете его приближение ничем критически-опасным не грозит. Но и бесследно его пролет не пройдет. Ожидаются многочисленные катаклизмы: землетрясения, цунами, ураганы — полный комплект. Людей пока не оповещали, чтобы панику не вызвать и не спровоцировать еще большие беспорядки, но подготовка ко всему этому ведется. В том числе вскоре начнут эвакуацию из зон повышенного риска, в них входят морские и океанские побережья, а также горы.