Страница 31 из 74
— Моя очередь.
Он спрыгнул воду, поднимая брызги. Те долетели до Мисселины, и та отпрянула от бассейна, шипя, как кот. Ведьмак тихо засмеялся, и девушка закатила глаза. Однако ничего не ответила. Тут в дверь постучали. Мисселина завернулась в полотенце, и отошла, через секунду вернувшись с целым подносом еды и кувшином. От запаха курицы у ведьмака чуть слюнки не потекли.
— Когда ты уже успела? — спросил ведьмак, выйдя из воды и вытираясь полотенцем. Девушка лукаво улыбнулась, наливая пиво им в кубки. Она уселась по-турецки на тёплом полу, туда же поставила и поднос. Эскель плюхнулся рядом.
— Пока ты плавал в прошлый раз, — ответила она, отрезав ногу курицы. — Но получилось только со второй попытки.
— А что было не так?
— Ну… — девушка откупорила баночку, которую притащила с собой, и из которой пахло чем-то сладким. Погрузив в баночку указательный палец, втёрла себе под глаза немного её содержимого. Эскель чуть не выругался.
— Гламария…
— Она самая, — подтвердила девушка, взглянув на него своими голубыми, как небо, глазами, такими нечеловеческим красивыми сейчас. — Ну, не хмурься. Я чувствую себя виноватой.
— Где ты вообще взяла это? — он указал на баночку. Мисселина отставила её в сторону.
— Трисс подарила.
— А пахнет… м-м-м, что же это? Ума не приложу, — он делано завороженно втянул запах гламарии. Девушка засмеялась.
— Перестань, ты же прекрасно знаешь, — она поднялась. — Жасмин и вишня.
Мисселина спустилась в бассейн, оставив после себя шлейф этого тонкого, но яркого аромата. Жасмин и вишня, значит. Эскель потёр переносицу, откусил кусок мяса, сделал глоток пива. Вообще, он не считал пагубным влияние Трисс на его спутницу. Хотя эти их занятия магией, когда Мисселина училась поднимать камушки и другие предметы, не касаясь их… ведьмаку было далеко до этого всего. Он был не против, но магии чародеев предпочитал меч, ведьмачьи знаки и эликсиры.
Но, как ни крути, Мисселина – женщина. Ей скоро исполнится восемнадцать, и она ничуточку не казалась ему по-детски глупой, как раньше. Она действительно превратилась в женщину, здравомыслящую и взрослую. Хотя бы головой.
Внешне она до сих пор выглядела как подросток: худая и по-мальчишечьи угловатая. Она всегда была такого телосложения, но тренировки в Каэр Морхене забрали у неё то, о чём так мечтают девушки её возраста: мягкий зад, упругую грудь, женственные изгибы тела. Но Мисселина, казалось бы, об этом не думала.
Не думал и Эскель. Она всегда представала во сне такой, какой есть.
Ведьмак отвёл взгляд от девушки. Нельзя, чтобы она заметила.
Она слишком юна, чтобы любить его, напомнил Эскель сам себе. А он слишком стар и уродлив, чтобы любить её, молодую и такую нежную. Ей нужен какой-нибудь молодой красавчик, с которым она может броситься очертя голову на край света. Не старый ведьмак, с которым она вечно в дороге и вечно без денег. И всё же, Эскель не мог представить Мисселину с другим, безликим и очень неприятным незнакомцем. Сама идея того, что его Мисселина может быть с кем-то другим, приводила в бешенство.
— Ты что-то скис, — она села близко. Слишком близко. — Что не так?
— Пустяки, — отмахнулся он, прикрыв глаза. Лишь бы не видеть красоту, которую источало её лицо. Ослепляющую. Дикую. И нечеловеческую.
— Хм, — она пожала плечами, сев и глотнув пива. — А-ах… как хорошо…
— Как часто ты пользуешься гламарией? Отвечай честно, — он посмотрел на неё из-под полузакрытых век. Девушка развела руками.
— Это мазь для особых случаев, только и всего. А что?
— Мне просто интересно: зачем тебе…
— Затем, что я девушка! — засмеялась она. — И должна следить за собой. К тому же, я не трачу эликсир понапрасну. На большаке на меня мало, кто смотрит, ты же знаешь.
«Неправда. Я смотрю».
— Знаю, — солгал он. — Но прошу тебя, не переусердствуй.
— Не понимаю твоих волнений, — она снова захохотала. Легко и беззаботно. — Я не ребёнок, могу за себя постоять.
А лучше бы была ребёнком, подумал он. Тогда он бы не представлял её в более… непристойной ситуации, после чего вспоминал о существовании такого слова, как «самоконтроль».
— Ты искупалась? — она довольно кивнула. — Тогда доедаем и идём наверх. Ей богу, я уже с ног валюсь…
Чего-чего, а спать он хотел сейчас чуть ли не больше всего на свете.
Но сильнее хотел Мисселину.
***
Утром Эскель проснулся в чудесном настроении, обнаружив не менее приятную картину: Мисселина сидела перед небольшим зеркальцем, расчёсывая длинные волосы. В комнате стоял запах жасмина и вишни. Она так сосредоточенно прихорашивалась, что не заметила пробуждения ведьмака. Он ещё долго лежал на своей кровати, наблюдая за девушкой. В конце концов, она отложила зеркальце и убрала расчёску в сумку.
— С каких пор ты стала так делать? Раньше я за тобой такого не замечал, — произнёс Эскель, натягивая штаны. Мисселина пожала плечами.
— Не помню. Может, с тех пор как Трисс подарила гламарию… Ты недоволен?
— Нет, — он покачал головой, слегка улыбаясь. — Совсем нет.
Она улыбнулась в ответ и начала собираться. За окном расцвело, запели птицы. Прекрасная погода, подумал Эскель. Апрель начался хорошо: в конце марта потеплело, и на большаке было уже не так много грязи. Дождей мало: в последний раз осадки выпадали три недели назад, когда они только-только въехали в Аэдирн.
Собравшись, ведьмак и его спутница спустились вниз, в таверну. Они плотно позавтракали мясным пирогом и жаренными овощами, запив это тёмным элем.
— Как далеко до Венгерберга? — спросила Мисселина, когда они покончили с пищей и вышли во двор, чтобы оседлать лошадей. Эскель развёл руками.
— День пути, не больше. Если поторопимся, можем доехать и к вечеру.
— Тогда давай поспешим, — кивнула девушка, садясь на коня. Эскель сел на Василька, и двоица покинула постоялый двор.
— Тебе что-то нужно в Венгерберге?
— Вовсе нет, — отрицательно покачала головой девушка. — Просто хочу поскорее туда попасть. Это же большой город?
— Да. Но поверь, ничего интересного ты там не найдёшь, — ответил ведьмак.
— А эта… Йеннифер? Йеннифер из Венгерберга? — глаза Мисселины загорелись любопытным огнём. — Её-то там можно встретить?
— Этого я не знаю. Йеннифер – женщина импульсивная, — Эскель решил не упоминать о том, что бывшая пассия Геральта и лучшая подруга Трисс – та ещё стерва, которая вечно суёт нос не в свои дела и в политику. — Хочешь с ней познакомиться?
— Да, — подтвердила Мисселина. — Очень интересно. Надеюсь, мы её встретим.
«А я надеюсь, мы её не встретим».
***
В столицу Аэдирна они приехали вечером, почти ночью. Честно говоря, Эскель представлял себе его по-другому: в прошлый раз здесь было достаточно оживлённо. Но, после осады и борьбы с нильфгаардцами, город словно бы вымер. Ведьмак помнил, что движение здесь не прекращалось даже поздним вечером. Но сейчас Венгерберг опустел.
— Надеюсь, мы найдём приличный заезд, — обеспокоенно шепнула Мисселина. Ведьмак кивнул, и они продолжили свой путь по тихим городским улицам.
Наконец, они нашли постоялый двор с таверной и равнодушной почти ко всему хозяйкой. Сразу же заплатили за ужин, ночлег и, отужинав куском бараньей ноги, поднялись в комнату.
Как обычно, одну и единственную кровать заняла Мисселина. Хотя девушка и хотела уступить место Эскелю, тот чуть ли не силой заставил её спать на кровати и успокоить эти благородные порывы. Ему, по большей части, было всё равно, где спать – на полу или в постели. Сон есть сон, и даже если под головой будет седло, а не подушка, ведьмак не расстроится.
— Спи, — шепнул он, когда она без сил откинула голову на подушку. И закрыл глаза сам. Хотя бы для видимости того, что спит.
Мисселина ещё некоторое время ворочалась, а Эскель делал вид, что даже не подозревает об её метаниях. Два раза она вставала с кровати, подходила к нему. Он чувствовал уже выветрившийся, очень слабый запах жасмина. Чувствовал лёгкую щекотку, когда её волосы касались его лица или шеи. Он знал, что она подносит своё лицо слишком близко к его собственному. Но не подавал виду. Для неё он спит.