Страница 6 из 15
Но затем из Киева приезжают чекисты и устраивают «чистки» – изымают у населения ценности, реквизируют дом богатого еврея-нотариуса. Глава этой группы чекистов (переметнувшийся к большевикам Щербина)собственноручно расстреливает нотариуса, а затем вырывает у него изо рта золотые коронки.
Странный случай, когда горничная назвала Алену Алисой, настораживает Рейснер и Радека, но они решают, что горничная обозналась. Им некогда устраивать следствие.
Проверив готовность гамбургских боевиков Тельмана к восстанию, парочка едет в Берлин. Лариса занимается в Тиргартен-парке верховой ездой. Радек встречается с руководителями КПГ, но те отказываются выполнять его распоряжение о восстании. Предупрежденные властями, что мятеж будет жестоко подавлен, они не хотят рисковать жизнями пролетариев.
Лариса видит, что ее любовник совсем не расстроен. Даже наоборот, о чем-то оживленно совещается со странными собеседниками. Это не бедно одетые «камарады», а господа в котелках и в военной форме. Лариса не понимает, зачем Радек привез в Германию десятки революционеров из РСФСР, зачем на эту авантюру потрачены огромные деньги?
Объяснение Радека повергает ее в шок. Он утверждает, что победа революции в Германии не так уж нужна, даже Ленину. В руководстве КПГ сильны антибольшевистские и русофобские настроения. Победа неизбежно приведет к утрате большевиками главной роли в мировом коммунистическом движении, чего Ленин не допустит ни в каком виде. К тому же, с Германией уже ведутся (ведет он, Радек) тайные переговоры о военном и экономическом сотрудничестве. Дело идет к союзу РСФР и Германии. Если русские и немцы объединятся, они станут главной силой в мире.
Прямолинейной большевичке Ларисе подобные игры противны. Она едет в Гамбург к отважному Тельману, который еще не знает, что его предали и московские большевики, и руководители своей, немецкой компартии. Перед Ларисой выбор: сказать или сказать Тельману правду? Связанная с Радеком словом хранить секрет, Рейснер скрывает от Тельмана, что восстание втихомолку отменено.
Приехавший из Киева Щербина излагает Ягоде свою версия конфликта с Важановым, которая, конечно, не имеет ничего общего с правдой.
Флэшбэк. История Важанова (продолжение)
По настоянию Важанова ячейка голосует за изгнание чекистов из городка. На прощанье Щербина пытается убить Важанова, но тому удается уцелеть.
Петлюровцы выбивают красных из городка, арестовывают Важанова и собираются его расстрелять. Но жители добиваются освобождения «правильного коммуниста».
Ягода взвивается – быть такого не может, чтобы украинские националисты просто так отпустили большевика! Тут что-то нечисто! Даже без разбирательства ясно, что в Кремль пролезла контра и работает рядом со Сталиным, держит в памяти все секреты государства?!
Чекисты Паукера обыскивают комнату Важанова в общежитии и находят там большую бутыль глицерина. Паукер докладывает об этом Сталину. Можно предположить, что Важанов собирается выделить из глицерина нитроглицерин, соединить его с азотной кислотой, получить взрывчатую смесь и совершить террористический акт на заседании Политбюро. Азотную кислоту он может вынести из хорошо знакомой ему химической лаборатории Бауманки.
3 акт
Важанов объясняет Сталину, что отправляет глицерин на Украину по просьбе друзей. Они используют это вещество для изготовления кремов, мазей и лекарств. Подозрение, вроде бы не подтверждается, но и окончательно не рассеивается. Сталин переводит Важанова на «вермишель».
Важанов просит у Сталина отставки. Но тот не отпускает его. Важанов понимает, что так просто уже не отпустит. Все решения Политбюро идут под грифом «секретно» и «совершенно секретно», сама работа в Кремле приравнивается к конспиративной. Так что, скорее всего, отставка ему будет только в виде несчастного случая…
Этот исход подтверждает случай с Камо. Известный коллега Сталина по налетам на банки и почтовые кареты попал в прошлом, 1922-м году, под единственный в Тбилиси грузовик, принадлежавший местным чекистам. Через три месяца после избрания Сталина генсеком. Случайность? Возможно. И то, что водитель грузовика потом повесился – тоже? Вот и его почти наверняка ждет случайный несчастный случай.
Эту свою перспективу Важанов обсуждает со своим новым приятелем Агабековым.
Алена съезжает из отеля и поселяется в маленьком пансионе на окраине Гамбурга. Живет в крохотной комнатке, над кроватью ее висит фотография кайзера с семьей. И в других комнатках – та же фотография. Одна из примет немецкого единства и порядка.
После доноса горничной полиция уже не спускает с Алены глаз. Шпики отираются возле пансиона и ходят за ней по пятам, отслеживая ее контакты. Так она невольно помогает полиции установить, где находится штаб восстания.
В штабе восстания (там теперь Рейснер) Алена созванивается с Важановым. Конечно, он тревожится за нее. И в этот момент в окно влетает граната. Алена и Лариса остаются невредимыми, но у них контузия.
Звонок из Москвы, с Аленой хочет говорить Петр Смородин. Муж уже знает от Блюмкина, что рейхсвер стягивает силы в Гамбург. Он готов простить молодую жену, только бы она все бросила и немедленно возвращалась домой. Алена отказывается.
Важанов находит повод появиться в Горках. Его воспринимают здесь, как «человека Сталина». Но ему все же удается завоевать расположение Дэвидсона и Марии Гляссер. С этого момента он поддерживает с ними контакт и получает интересующую его информацию. На него производит впечатление фраза Гляссер : «Ильич, на самом деле, больше никому не нужен. Даже близкие товарищи считают, что он подавляет их своим умом».
Сталин воспринимает это сообщение с обычной для него невозмутимостью. Важанов делает вывод, что Ленин не нужен и его патрону.
Но сам Важанов потрясен своим открытием. Делится с Сашей Володарским. Для них Ленин – почти Бог. И вот – такое отношение к «почти Богу» у старших товарищей… В чем причина? Только ли в подавляющем уме Ильича? Приятели припоминают, что Ленин как минимум, в трех случаях был не прав. Считал мировую революцию неизбежной и скорой, но… где она? Считал, что без мировой революции нам не устоять, но ведь уже пять лет стоим, и угроз все меньше. Ну и, наконец, считал, что время для революции в России еще не пришло, и вдруг Октябрь 17-го… Не многовато ли для гения ошибок? И каких?!
В Исполкоме Коминтерна Важанов находит общий язык с главой отдела международных связей Осипом ПЯТНИЦКИМ (41), узнает от него, на что направляются огромные средства. Это не только разжигание восстаний и гражданских войн в зарубежных странах, но и разведывательная и диверсионная работа по всем направлениям.
Там же, на Моховой, Важанов встречает Агабекова. Тот хвастает своими подвигами и печалится, что они недооценены. А уж он так старался, так рисковал… Ликвидация одного только оборотня Анвара-паши чего стоит. А вербовка в агенты министра двора шаха персидского (его личного друга!) Теймурташа?! Важанов запоминает его имя – это очень пригодится ему в будущем.
Чекист-террорист Агабеков не просто так ищет дружбы у Важанова. На его совести жизни своих ребят, которые вдруг стали неугодны Ягоде, этому ублюдку, который развлекается на даче, стреляя по иконам. Агабеков знает, что чаще всего Ягода убирает тех, кто слишком много знает. А значит, скоро и ему конец. Но вдруг Важанов выручит его в трудную минуту?
22 октября 1923 года. Тельман принимает парад 140 пролетарских вооруженных отрядов (сотен), идущих гусиным шагом. Для немецкого глаза – впечатляющее зрелище, настраивающее на победу.
Алена пытается играть предназначенную ей роль агитатора. Но солдаты рейхсвера, которым шпики помогают разоблачить в ней русскую, встречают ее вежливым приветствием «Хайль Москау!» и не хотят слушать ее речей, и тем более не хотят брататься с участниками парада.