Страница 54 из 65
Когда я сморгнула последние слёзы и снова смогла ясно видеть, я заметила, что некоторые члены совета наблюдали за мной остекленевшими глазами.
И некоторые выглядели так, как будто были бы очень рады покончить с Конандрой сейчас. Как и с моей жизнью.
Грубый, жёсткий король наклонился вперёд. Его волосы были такими же белыми, как заснеженные вершины Алмазных гор, но его кожа была загорелой и обветренной. Тёмно-синий и зелёный цвета герба представляли его как короля Каши, Девониша Катанса.
— Значит, ты можешь плакать, дитя. А теперь дай нам что-нибудь настоящее. Нам нужны факты и доказательства.
Он был прав.
— В то утро, когда убили мою семью, я была с Тейлоном Трескинатом. Его семья приехала во дворец, чтобы отпраздновать рождение моего нового брата, Брейна. Я не уверена, помните ли вы, но в то время я была помолвлена с Тейлоном. У моего отца было шестеро детей, и он хотел устроить судьбу каждого. Я была предназначена Соравалю и их старшему принцу. Монах по имени отец Гариус из Братства Молчания также посещал дворец в эти дни. Это записано в книгах учёта. Он — верховный жрец в Храме Вечного Света в Хеприне, недалеко от Холмов Гейна. Когда я обнаружила свою семью мёртвой, Тейлон убедил меня пойти с отцом Гариусом, прежде чем убийца моей семьи найдёт и меня. Тейлон верил, что я не переживу этот день, что тот, кто убил мою семью, выследит меня. Он взял Корону Девяти у моего отца и отдал её отцу Гариусу. Затем отец Гариус тайно вывез меня из дворца и провёз через восточную половину державы. Он отпустил меня из Храма Вечного Света всего несколько месяцев назад. В тот момент он дал мне Корону Девяти и сказал, что пришло время возвращаться домой.
— Священник велел тебе вернуться домой? — спросил на этот раз король Барстуса, Максим Золотов. Его официальный титул гласил, что он правитель Змеиного Моря и Защитник Ледяных гор. Другими словами, он был могущественным союзником моего дяди. — Но как это может быть, если Братства не говорят?
— Вы правы. Они не разговаривают. Но я — да. И после того, как мы прожили вместе восемь лет, мы разработали способы общения.
Максим фыркнул.
— Это, должно быть, отличный способ, если он мог сообщить такие тонкости.
— Несмотря на их молчание, они очень умные, хорошо образованные люди. Просто они не общаются вслух, — я старалась сохранять терпеливый тон, но это было нелегко. — Отец Гариус спас мне жизнь, Ваши Величества. Нас связывала нить, которая выходила за рамки словесного общения.
Максим снова фыркнул. Я не могла сказать, что это означало, но надеялась, что он поверил мне, хотя и неохотно.
Правители засыпали меня вопросами, и я отвечала так хорошо, как только могла. Они хотели знать точные подробности о моих родителях и братьях. Они спрашивали об их жизни и поведении, пока они были живы. Потом они спросили об их смерти и о том, каково это — найти их мёртвыми.
Они попросили меня объяснить как можно подробнее, насколько я помню, как умерли мои родители. Как именно им перерезали горло? В каком направлении? Сколько там было крови?
Они хотели знать, как прошли последние годы моей жизни и с кем я общалась. Как я попала сюда из Хеприна. Они особенно хотели узнать подробности моего образования и обучения. Я отвечала на их вопросы так хорошо, как только могла, сохраняя при этом несколько секретов о моем путешествии сюда и особенно о моем обучении. Вопросы продолжались долго. Один монарх за другим нападал на меня.
— И ты просто вышла из замка? — потребовала ответа Раванна Пресидия, королева Блэкторна. — Никто тебя не узнал и не пытался остановить?
Я уже бесчисленное количество раз отвечала на этот вопрос. Разочарование просочилось в мои слова, когда я отрезала:
— Отец Гариус избегал дорог и деревень. Нас никто не видел. А что касается вашего вопроса о том, чтобы уйти незамеченными, то мне тогда было всего девять лет, и никто не пытался нас остановить. Я помню, что мы не видели ни души, когда шли по замку. Как будто весь персонал исчез. Или, может быть, к тому времени они обнаружили тела моей семьи и были потрясены. Я предпочитаю верить в последнее.
Ее губы сжались.
— И ты говоришь, что Тейлон Трескинат просто снял корону с головы твоего отца? Это вызывает ещё один вопрос о том, почему кто-то пошёл на все эти хлопоты, чтобы убить королевскую семью, но оставил Корону Девяти на полу? Всю в крови, — она посмотрела вверх и вниз по линии членов совета, подчеркивая свою точку зрения одной поднятой бровью. — Разве весь смысл убийства твоего отца не в том, чтобы захватить корону и взять под контроль державу?
Её ледяной взгляд вернулся ко мне. Моё сердце болезненно забилось от этих жестоких слов. У меня всё ещё перехватывало дыхание, когда я представляла их на полу, окровавленных, безжизненных.
— Я не могу строить догадки о намерениях убийцы, — мой голос был едва громче шепота. Нескольким членам совета пришлось наклониться поближе, чтобы услышать меня. — Как я уже говорила, в то время я была всего лишь ребёнком. Я не знала ничего, кроме того, что у меня забрали мою семью. Даже сейчас, после всех этих лет, проведенных в недоумении, почему, как и что я могла бы сделать по-другому, у меня всё ещё нет ответа. У меня столько же вопросов, сколько и у вас.
Уголок её рта победно приподнялся. Я поняла, что королеве Блэкторна было всё равно, за кого я себя выдаю. Она не хотела, чтобы я выиграла этот процесс. Я лишь смутно помнила, как встречалась с ней в детстве, и в этом воспоминании не было ничего, кроме её отчужденности. Но сегодня эта женщина ненавидела меня.
— Последний вопрос, — объявила она. Мы были здесь уже несколько часов. Ноги у меня устали, а в спину словно воткнули сотню булавок. Но макияж Раванны не размазался, и её красные губы не поблекли. Она выглядела так же идеально, как и в тот момент, когда я впервые увидела её.
— Ты говоришь, что была так обеспокоена своей семьёй, своими умершими родителями, братьями и сестрой. Но ты ушла с незнакомцем всего через несколько секунд после того, как обнаружила, что им перерезали горло? Это не похоже на поведение скорбящего ребёнка. Это больше похоже на план действий на случай непредвиденных обстоятельств виновной стороны.
У меня отвисла челюсть.
— Вы хотите сказать, что я убила свою семью?
Та тонкая улыбка, которую она не могла скрыть, приподняла другой уголок её рта.
— Я просто предполагаю, что твоё поведение кажется подозрительным. Ты не только сбежала со сцены, но и отсутствовала в течение восьми лет. Мы обыскали всю державу в поисках этой короны, и ты спрятала её вместе с немыми монахами в самом отсталом королевстве державы. Ты возвращаешься только теперь, когда знаешь, что совет решил смастерить новую корону. Появляешься только тогда, когда мы собрались голосовать за новую родословную для Места Силы. Ещё до того, как ты покинула свой драгоценный монастырь, ты знала, что твоё время истекает. Если бы ты прибыла даже на три месяца позже, твои планы украсть трон и Место Силы были бы слишком запоздалыми.
Комната передо мной дрогнула. Перед глазами всё поплыло.
— Нет, — прошептала я. Затем с большей уверенностью я заявила. — Нет! Я не знала. Откуда мне было знать? Это всего лишь совпадение, что я прибыла именно сейчас. Клянусь вам, я ничего не знала о ваших планах создать новую Корону Девяти или перенаправить родословную.
Совет перешептывался друг с другом, пока Хьюго не прервал болтовню своим гулким голосом.
— Наши планы относительно Короны Девяти должны были храниться в абсолютной тайне, — он свирепо посмотрел на своих собратьев-монархов. — Мы подписали клятву кровью, если вы помните. Если этот ребёнок узнал правду до прибытия в Элизию, кто-то в совете несёт за это ответственность.
Монархи замолчали, ни один из них не желал признаваться в предполагаемом преступлении. Раванна откинулась на спинку стула. Я наблюдала, как она обменялась хитрым взглядом с моим дядей, прежде чем они оба вернулись к игнорированию друг друга.