Страница 5 из 8
И посещение фирмы Груничева, куда я попала примерно через полчаса, оставило примерно такое же впечатление. За столом сидела совершенно обычная секретарша с длинными светлыми — но не натуральными! — волосами. За компьютерами сидели прилизанные молодые люди, которые в изобилии наполняют офисы различных фирм по всей стране. Даже знакомый мне Косарев выглядел в этой обстановке по-другому, не таким, каким показался при первой нашей встрече. Он, конечно, узнал меня и кивнул, приветливо улыбнувшись, но теперь в его улыбке сквозила официозность. Я помахала ему рукой и последовала за Груничевым.
Святослав Игоревич размашистым шагом прошел через большую комнату, где находились молодые люди и секретарша, и открыл дверь в кабинет.
Перед кабинетом на стульях сидели двое мужчин, выделявшиеся своим видом из общей обстановки.
Один из них был довольно пожилой, полный мужчина с седыми, гладко зачесанными волосами, одетый в классический костюм. Второй представлял собой еще молодого мужчину плотного телосложения, с тяжелым волевым подбородком. Первый показался мне похожим на профессора какой-нибудь солидной больницы, а второй более уместно смотрелся бы в роли телохранителя, а не делового партнера. Тем не менее именно он поднялся навстречу Груничеву и обратился к нему:
— Здравствуйте, рады видеть вас…
— Сейчас, подождите немного, я вот девушке тут объясню кое-что, и зайдете тогда, — ответил Груничев, поздоровавшись в ответ, и пригласил меня в кабинет.
После он вызвал туда же Косарева и незнакомого мне прилизанного типа, который представился Дмитрием Гореловым.
— Это мои заместители, можете занимать дальний кабинет и располагаться там. А у меня сейчас разговор с деловыми партнерами, так что извиняюсь. Я освобожусь примерно через час.
Сдав меня таким образом своим заместителям, Груничев с деловым видом пригласил в кабинет «профессора» с «телохранителем». Мы же вместе с Косаревым и Гореловым проследовали в указанный кабинет. Я быстро объяснила, что хочу узнать у них, и они как по команде развели руками.
— Не знаем мы, сами удивляемся, — первым подал голос Косарев. — Да отморозки какие-то! Обкурились, скорее всего, потом поспорили на что-нибудь. Типа первого встречного в сером плаще отпинать.
— Оба раза? — недоверчиво посмотрела я на него.
— Ну, если они постоянно в том месте тусуются, то почему бы и нет? — попробовал логически обосновать свою версию Косарев.
— Если они тусуются там постоянно, то почему же Святослав Игоревич не видел их раньше? Да и милиция вроде бы провела проверку, показала ему всю местную шпану… Не узнал он никого!
Горелов махнул рукой:
— Это все ерунда! Я же говорил: нужно было заплатить. Быстро бы тогда всех нашли. И загремели бы те парнишки, что называется, под фанфары. — Заместитель Груничева иронично хмыкнул.
— Ну а дела фирмы как идут? — поинтересовалась я.
— Отлично идут! — заверил меня Горелов. — Сейчас люди осознали, что безопасность — дело профессионалов. А то знаете, как у нас, у русских… Все сами с усами: сами разберемся, сами узнаем, сами смастерим. Домастерился тут один Самоделкин! Чуть не взорвался на собственной «системе безопасности». Начинают люди понемногу понимать, что в таком серьезном деле никакой кустарщины быть не должно. Если какой-нибудь дядя Вася еще может починить старый телевизор или «Жигули», то установить качественную сигнализацию ему не под силу. Так что на дела мы не жалуемся.
— Ну, в общем, правильно Димка здесь все сказал, — поддержал Косарев. — То, что кто-то на нас подобным образом наехал, мы исключаем. Так никто не делает. Просто, понимаете… Святослав — он вообще-то импульсивный товарищ, мог сам на рожон полезть, а потом раздуть из мухи слона.
— Нет, подожди, Леонид, так тоже нельзя, — остановил приятеля Горелов. — Ведь его избили. И весьма серьезно, я бы сказал. Откровенно говоря, после того случая я сам потом начал всех перебирать: партнеров, клиентов, конкурентов… Подумал невольно, что и нам может грозить подобное. Мне вовсе не хочется получать на улице под дых или по почкам, чтобы потом на аптеку работать. Поэтому, конечно, нервозность присутствует. Не знаю, как у Леонида, а у меня — да. Но мы не знаем, — он развел руками, — действительно не знаем, кто это мог быть и чего они хотели.
— Если рассуждать логически, — вступил Косарев, — то тут или совпадение, или какие-то личные Святославовы дела. С фирмой вряд ли нападения связаны. Наезжать на нас никто не может, еще раз повторю. Да и все было бы прозрачно! Уже давно бы разобрались.
— Угу, сами… — саркастически кивнул Горелов.
— Ну а что сделаешь, если те, кому положено такими вещами заниматься, ничего не делают! Поневоле сам решишь разбираться.
— Вообще, мне кажется, надо использовать наш опыт, — предложил Горелов.
— Подслушки, что ли, у кого-нибудь установить? — фыркнул Косарев. — У кого, интересно?
— А вот мадемуазель Иванова, — Горелов сделал неожиданный галантный жест в мою сторону, — их личность и установит, а мы потом докажем их виновность.
— Леонид, похоже, не очень-то верит в способности мадемуазель Ивановой, — улыбнулась я. — Хотя сам же и рекомендовал меня Святославу Игоревичу.
— Это спонтанно получилось. После того как Святослава избили, два дня с ним разговаривать было невозможно. Он срывался по любому пустяку, — стал рассказывать Леонид. — Ну вот я и вспомнил про наше знакомство. Надеюсь, ты не в обиде? — он посмотрел на меня.
— Да нет, какие тут могут быть обиды, — пожала я плечами. — Это же моя работа. И раз уж вы не можете ничего предположить, давайте я задам вам несколько иных вопросов.
— Давайте, — тут же кивнул Горелов.
— Во-первых, что вы можете сказать о жене Груничева? Вы с нею знакомы?
— Знакомы, — немного удивленно кивнул Косарев.
— Расскажите, какие у супругов Груничевых отношения? Не ссорятся?
— Ну, ссорятся, наверное, все. Без этого жизни семейной просто не получится, — резонно заметил Леонид. — Но крупных скандалов мы за ними не замечали.
— Да нет, вообще они, по-моему, хорошо живут, — вступил Горелов.
— А вы Святослава давно знаете? — обратилась я сразу к обоим.
— Я так очень давно, — первым ответил Горелов.
— Это его первый брак?
— Как ни странно, да. Ну, в общем-то, ничего странного и нет, он долго выбирал и наконец выбрал. По-моему, достойный вариант. В семье, правда, ее приняли не очень хорошо, но этого и следовало ожидать. Насколько я знаю Ирину Александровну, маму Святослава, то ей вряд ли какая-нибудь невестка могла угодить на все сто процентов.
— А что за мама, кстати? — полюбопытствовала я, поскольку о тяжелом характере мадам Груничевой уже вскользь упоминал сам Святослав.
Горелов вздохнул и полез за сигаретами.
— В общем-то, она неплохой человек, — ответил он, закуривая. — Старомодна, чопорна, порядочна… Сына всегда воспитывала так, чтобы он оглядывался на ее мнение. В семье она была главой, поскольку отец отсутствовал — где-то на Севере пребывал. А когда вернулся — в работу ушел, а потом внезапно умер. Но это я все знаю поверхностно. Если вас что интересует, то вы лучше у Святослава самого спросите или у Алены.
— А вот вы говорили о личных делах Святослава, — обратилась я к Леониду. — Что вы имели в виду?
— Ничего конкретного, — ответил Косарев. — Просто предположение. По-моему, оно, естественно, может возникнуть, ведь я убежден, что с фирмой нападения не связаны.
Тему неожиданно подхватил Горелов, заговорив с сомнением в голосе:
— Я даже не знаю, имеет ли эта версия право на существование. Однако… Есть, например, бывшая женщина Святослава, с которой он расстался не очень хорошо. Я, конечно, не думаю, что она станет кого-то просить таким образом отомстить Святославу, но это единственный его личный конфликт, который приходит в голову.
— Так, а что за женщина? — заинтересовалась я.
— Да нет же, ерунда! — поморщился вдруг Косарев и с укором посмотрел на Горелова. — Не понимаю, к чему ты ее приплел! Дело настолько прошлое.