Приёмыш - книга первая

– Приятно делать людям добро? – усмехнулась Райна, глядя на довольную ученицу. – Прекрасно тебя понимаю, но имей в виду, что такое можно делать лишь изредка. Тогда запомнят и оценят. Если начнёшь часто оказывать благодеяния, сочтут, что так и надо, и быстро сядут на голову. Это в природе людей. К хорошему привыкают быстро, а добро помнят недолго, да и то не все.

– Я потому довольна, что всё получилось с лечением, – смутилась Ира. – Хоть я лечила дольше вас.

– Опыт, – пожала плечами наставница. – Всё придёт со временем. А ты готовься, что скоро набегут из двух других деревень. Как только узнают, что мы с тобой сошли с ума и лечим бесплатно, так и появятся. Хотя продукты, наверное, привезут.

– Я сейчас легко вылечила бы мать, – вздохнула девочка.

– А толку-то? – возразила Райна. – Я прочитала в твоей голове хорошую поговорку о том, что свинья найдёт лужу. Твою мать кто-нибудь заставлял пить вино? Она начала это делать по слабости характера, поддавшись на уговоры мужа. Я ведь правильно поняла твой рассказ? Вот видишь. Ей нужен был мужчина, и она вышла замуж за первого, кто подвернулся. Есть такие женщины, которые лишь отражение своих мужей. Пока она жила с твоим отцом, всё было хорошо, да и то, наверное, что-то могло быть, о чём ты не знала.

– Я могла бы на неё повлиять. Мы ведь это сейчас начнём изучать?

– Будем мы это изучать. С завтрашнего дня и займёмся. Только ты, видимо, невнимательно меня слушала. Не сможешь ты изменить человека своим искусством. Можно заставить во что-то поверить на непродолжительное время, но даже самый сильный маг не сможет добавить ума, если его нет, поменять характер или сделать добрее. К худу или к добру, но в наших душах не властен никто, кроме нас самих. Хватит об этом, ты лучше скажи, когда родилась. У нас тоже принято отмечать дни рождения, а я не знаю твой.

– А я вообще не знаю, как здесь считают дни. Наверное, это попало в те мелочи, которые будем изучать потом.

– Я это упустила, – смутилась Райна. – Дни считают просто. Есть четыре сезона, которые можно назвать так же, как ваши. Я их и давала тебе с таким переводом. Самый большой по продолжительности сезон – это лето, в нём двенадцать десятков дней. Зима, наоборот, самая короткая – только шесть десятков и ещё пять дней. А весна и осень имеют одинаковую продолжительность по восемь десятков дней. Для учёта времени есть календари. В них имеются пластинки, обозначающие дни, которые перекладываются из одной части в другую. У нас такой стоит в комнате Гарта. Календари есть у дворян, купцов и у многих состоятельных горожан, а так же в храмах. Остальным это не нужно. Так что с твоим днём рождения?

– Я не смогу его назвать. Когда сюда попала, не считала дни, поэтому могу приблизительно сказать, что живу здесь три месяца. Я родилась в марте, так что мне уже тринадцать с половиной лет. Я смогу привязать свой день рождения к вашему календарю только тогда, когда опять попаду в наш мир.

– Спросишь у Гарта, когда приедем домой. Он должен был отметить тот день, когда ты появилась в замке. Тогда нетрудно посчитать. Да мы уже и приехали. Ноги не болят?

– Да нет, всё нормально.

– Вот и выезжай на кобыле каждый день хоть ненадолго. Скажешь Гарту, и он научит надевать сбрую. Седлать лошадей по-прежнему будет он, но тебе необходимо знать, как это делать. И ещё надо обязательно научиться ездить галопом, хотя твоя кобыла не предназначена для такого аллюра.

Глава 6

– Забирай эти книги, – Райна указала рукой на толстую стопку книг на столе гостиной. – Изучать будешь в таком же порядке, в каком я их сложила. Как только изучишь очередной раздел, сразу же будем заниматься практикой.

– А что здесь? – с любопытством спросила Ира, листая верхнюю книгу.

– В верхней описано, как оказывать мысленное воздействие на людей, птиц и животных.

– А разве можно влиять на птиц?

– Можно воздействовать на любое живое существо. Чем умнее создание, тем оно легче поддаётся магии. Собаки могут выполнить довольно сложную работу, чем часто и пользуются, а вот кошки являются исключением. Они почти не поддаются магии, не любят магов и не живут рядом с ними. Ты видела у нас хоть одну кошку? А помнишь, когда мы зашли к старосте, из дома вылетел кот, который чуть не сбил тебя с ног? Кое-где с их помощью определяют магов.

– А птицы?

– Ими не очень сложно управлять. Мелкие быстро забывают внушение, а ворон иногда используют, например, для передачи посланий. Я думаю, что с декаду продержится сухая и тёплая погода, так что у тебя будет время попрактиковаться. В дожди трудно найти птиц. Вторая книга посвящена предметной магии. Она проще в выполнении, но требует больше силы. Думаю, что у тебя уже многое должно получиться. Только не вздумай практиковаться без меня. Неопытный маг может заработать магическое истощение. Оно не смертельно, но очень неприятно.

– А в третьей книге что?

– Там описываются стихийные духи. Я о них не говорила. Эти духи очень своенравны, да и ума у них немного, поэтому маги редко их используют. Людям они не подчиняются, но можно натравить на кого-нибудь обманом. Устроить на море бурю или где-нибудь землетрясение. Только нужно перед этим убраться подальше. Даже если ты никогда не используешь этих созданий, всё равно полезно изучить их особенности. Есть ещё астральные существа, которые управляют стихийными духами. С ними и пытаются договориться, если нужно изменить погоду. Когда всё это освоишь, настанет черёд высшей магии. Надеюсь, что мы с тобой уложимся в три декады. Скажешь, если понадобится отвар для запоминания.

– Постараюсь обойтись без него. – Иру непроизвольно передёрнуло. – Неужели нельзя сделать его не таким противным?

– Может быть, и можно, – пожала плечами Райна, – но нельзя.

– Как это?

– Помнишь, я говорила о вреде выхода за пределы нормы для наших тел? Это касается и отвара. Он не такой уж безвредный, поэтому и применяется только тогда, когда без него трудно обойтись. А тем, кто применяет, приходится терпеть его вкус. А теперь представь, что он стал приятным. Велико искушение выучить всё, что хочешь, почти без труда, потратить месяцы там, где другие тратят годы. А потом наступит расплата. О себе можешь не беспокоиться. Не так уж долго ты его употребляла, а весь возможный вред я сняла с помощью магии. Но ведь не у каждого под боком имеется мастер, сильные маги – это большая редкость, тем более что многих из них убили псы Ашуга. Всё, иди учиться. Если чего-нибудь не поймёшь, сразу обращайся ко мне.

Ира набросилась на принесённые книги, как изголодавшийся на деликатесы. Она всё больше входила во вкус изучения того, чего не существовало по понятиям её мира. Магия манила своими возможностями, обещанием силы и независимости. И ещё было интересно. Сегодня наколдовала в трапезной большую вазу с розами. Потраченное на подготовку время не пропало даром: розы получились как настоящие. По трапезной волной пошёл одуряющий розовый аромат, заставивший Лаю застыть на месте, а Гарта удивлённо поднять брови. Одна Райна продолжала есть, посмеиваясь над шалостью ученицы.

– Ой, откуда такая прелесть? – всплеснула руками Лая, подбежав к одной из ваз.

Естественно, что попытка взять один из цветов не увенчалась успехом. Можно было наколдовать и иллюзию материальности, но для Иры это было сложно, и она решила ограничиться видом и запахом.

– Я не занималась с иллюзиями лет сорок, – засмеялась Райна, – вот Лая и забыла. Кажется, я тоже создавала цветы. Такая прелесть существует или это твоя выдумка?

– Это розы, – ответила Ира, которую смутило разочарование служанки. – В моём мире это одни из самых лучших цветов. Но стебли у них в шипах.

– Так и должно быть, – кивнула наставница. – Красоту нужно защищать. Это касается и тебя. Осваивая магию, ты отращиваешь свои собственные шипы.

Гарт теперь вёл занятия только с кинжалом, но девочка каждый день повторяла разученные упражнения. У неё не было желания отрываться от занятий для прогулки верхом, но Райна настояла. Выезд получалось сделать перед ужином, поэтому Ира ограничивалась получасовой ездой рысью и два раза с большим трудом перевела лошадь в галоп. Каждый раз кобыла поворачивала к девочке голову, глядя с таким укором, что юной наезднице поневоле становилось стыдно. Когда теория ментальной магии начала укладываться в голове, она сразу же попробовала применить её к ленивой лошади. Результат превзошёл ожидания: кобыла преисполнилась энтузиазмом и показала такую прыть, что Ире стоило больших усилий удержаться в седле.