Страница 87 из 183
– Здравствуйте, генерал! – поздоровался с Парманом помощник инженера, как только герцог ушёл с плаца. – Хотел узнать, нет ли у вас свободных мест в полку?
– Солдат много, а такие люди, как вы, редки! – польстил ему Парман. – Поэтому герцог категорически запретил вам оставаться в армии. У нас своё дело, а у вас – своё. Научите моих людей всему, что им нужно уметь, и отправляйтесь в Ордаг. Мы много не навоюем с этим врагом одними мечами. А после войны, если захотите, милости прошу!
– Где будут проводиться занятия? – поинтересовался Родвер. – На той площадке? Значит, этот воз нужно разгружать там, а остальное несите в те погреба, которые должны были приготовить. Когда начнём занятия?
– Не хотите отдохнуть с дороги или пообедать?
– Я ехал на повозке, поэтому не устал, да и ел не так давно. Раз не получится у вас остаться, значит, не стоит задерживаться.
– Тогда можете начать прямо сейчас, – предложил Парман, – а я прикажу, чтобы собрали всех, кого нужно учить в первую очередь.
Через полчаса на тренировочной площадке собрались четыре десятка бойцов.
– Прежде чем я всё покажу, нужно разгрузить повозку, – сказал Родвер. – Её груз необходим для показа, да и возчику не стоит нас слушать... Здесь детали двух разборных ручных баллист, – продолжил он, когда весь груз оказался разложен на ткани, а повозка выехала с площадки. – Их вы возьмёте в рейд, поэтому должны научиться собирать и разбирать с закрытыми глазами. Должен сказать, что оружие получилось на удивление мощное, но лёгкое в переноске. Оно состоит из трёх частей: станка, дуги и блоков заряжания. Всё может собрать один человек, но двое управятся быстрее. Показываю, как это делать.
Он быстро выверенными движениями собрал все части, выдвинул из-под станка опору и слегка вдавил в песок, после чего начал вращать зарядный блок, пока тетива с лёгким щелчком не встала в боевое положение.
– Усилие натяжения здесь примерно в восемь раз больше, чем у арбалета! – с гордостью сказал Родвер. – Динамитным снарядом стреляет на пятьсот шагов, а пучком небольших дротиков – на триста! А зажигательные бомбы, которые сделаны для него в три раза меньше обычных, улетят на двести шагов! Только при стрельбе его нужно задирать вверх примерно так! Сейчас станок готов для стрельбы бомбами, а для динамитных снарядов нужно уложить эту вставку и вот так закрепить. Это корпус динамитного снаряда без начинки.
– А что у него сзади за крылышки? – спросил кто-то из бойцов. – Раньше была просто шашка.
– Это хвостовое оперение, – ответил Родвер. – Снаряд укладываете вот так – одной из четырёх пластинок в вырез во вставке. Оперение стабилизирует полёт снаряда и значительно повышает точность выстрела. Теперь пусть кто-нибудь из вас соберёт вторую баллисту. Не бойтесь: её не сломаешь неправильной сборкой. Запомните, что единственный недостаток этой машины заключается в том, что она очень недолго служит. Скоро порвётся тетива, а потом разболтаются части станка. Но вам они надолго и не нужны. Выполните своё задание и можете их бросить. Со временем сделаем более прочный станок и плетённую стальную тетиву, тогда можно будет пользоваться долго.
– А это что? – спросил один из бойцов, показывая на связки каких-то железяк.
– Это скобы для ваших плотов, – ответил Родвер. – Вколачиваете две такие скобы в два бревна, и они оказываются крепко связанными друг с другом. Восьми скоб вам хватит на плот для одного человека. У них заострённые концы с насечкой, поэтому обратно уже не выйдут, скорее, сломаются.
Прошли ещё два дня подготовки, и отряд выехал в предгорья. Добирались верхом три дня. По всему пути были заранее приготовлены лагеря, в которых их кормили едой и меняли лошадей. В последнем лагере оставили верховых лошадей.
– Они переломают ноги, а вы разобьёте головы, – сказал им проводник, – поэтому возьмём лишь десять тех, которые идут под грузом, чтобы самим не надорвать пуп. Только хорошо за ними следите. Я постараюсь выбирать такую дорогу, чтобы они смогли пройти. Последнее дело – добивать лошадей.
До побережья шли пять дней. Временами дорога была просто отличная, и они быстро продвигались вперёд, но затем опять попадались россыпи камней или встречались речки, неглубокие, но очень быстрые, с множеством скользких булыжников на неровном дне, из-за чего приходилось терять время на поиски удобного пути. До побережья довели всех лошадей, но в конце пути у них был заморенный вид.
– Путь по побережью тоже не будет прогулкой, – сказал проводник. – Особенно трудно в самом начале вблизи гор. Иной раз идёшь по песчаному пляжу, а за изгибом берега из песка, как зубы дракона, торчат острые камни. И водой не обойдёшь: там их больше, разве что более округлые. Попадаются и заросли колючих кустарников, которые приходится обходить. Лошадей с собой брать нельзя. Расседлаем и оставим. Крупных хищников здесь нет, а травы достаточно, так что должны уцелеть.
Путь по побережью, особенно в первые два дня, вымотал так, что на подходе к порту Барин майор Эжен Логар отдал приказ один день отдыхать.
– У нас осталось мало продуктов, – сказал он Северу, которого сделал своим заместителем. – Когда заберёмся на корабли, надо разжиться хоть чем-нибудь из продовольствия.
– Попробуем, – ответил юноша. – Прежде чем жечь склады, спустим лодки и почистим корабельные камбузы. Вы правы: с тем, что у нас осталось, придётся идти впроголодь, а дорога и без того выматывает.
– Ваши люди на удивление хорошо держатся, несмотря на возраст, да ещё при этом учат язык. Многие уже вполне прилично говорят. Завтра отправим на разведку моего Вилема и вашего Зарта. Оба прирождённые следопыты. Нужно выяснить, что вояки союза придумали для охраны бухты. По моему мнению, там не должно быть вообще никого. Нам докладывали, что их корабли приходят в порт почти каждый день, да и в самом порту постоянно дежурят боевые суда, так что вряд ли наблюдения в горловине что-то дадут, кроме лишних хлопот. Эта мера хороша для слабых, сильным, по их мнению, боятся нечего.
– Завтра посмотрим, – сказал Север. – Хорошо, если так и есть. А кто мог докладывать о движении кораблей союза?
– На востоке, у самой пустыни, спрятались корабли Сотхема. Там и купцы, и их военный флот. С кораблей они за противником не следят, а забрасывают своих людей в западную часть побережья в ночное время. Вот они и наблюдают, сколько прошло кораблей. Здесь только враг, больше никто не плавает. Ну а потом эти сведения получаем мы, конечно, с большим запозданием.
Командир оказался прав: сколько ни искали разведчики, они так и не нашли следов, подтверждавших присутствие людей в горловине бухты. Пока велась разведка, срубили и перенесли к удобному месту нужное количество стволов и начали сколачивать из них небольшие плоты, способные выдержать двух бойцов. Когда закончили, их привязали крепкими верёвками к росшим у берега деревьям, чтобы не унесло волнами, и занялись изготовлением вёсел. К возвращению разведчиков всё было готово. Все пообедали и легли отсыпаться впрок, оставив двух бойцов охранять лагерь. Побудку сделали, когда начало темнеть. В порт шла половина отряда, остальные должны были занять тропу, ведущую от города к горловине бухты.
Погода вышла как по заказу: безлунное небо затянули облака, делавшие и без того тёмную ночь беспросветной, а в проливе чередой шли невысокие волны, которые в бухте становились меньше, создавая нужный для операции шум. Бойцы вытащили из своих мешков чёрную одежду, переоделись и намазали открытые части тела, включая лица, чёрной краской, которая плохо смывалась водой. Когда плоты один за другим вплывали в горловину, их можно было различить в темноте ночи на расстоянии не больше трёх-четырёх шагов. Гребков не было слышно, лишь временами плескалась вода между брёвнами, но точно так же она должна плескать и о борта кораблей. Ни причала, ни стоявших возле него кораблей видно не было. Впереди еле виднелись мерцающие звёздочки зажжённых охраной порта фонарей. Постепенно они становились крупнее и ярче, но не высвечивали ни воду, ни плывших к пристани диверсантов. Перед заходом в бухту выпили снадобье, увеличивающее чувствительность зрения, и повесили на шею очки с тёмными стёклами. Когда подплыли к кораблям, оно начало действовать и смогли разобрать, что их на рейде шесть. Бойцы на десяти плотах быстро распределили корабли и подплыли к ним с кормы. Дальше действовали, как на учениях. Один подгребал веслом, не давая плоту отплыть от корабля, а второй вкручивал «штопоры». К самому нижнему верёвкой привязали плот, после чего первый боец продолжал продвигаться вверх, а второй его страховал, держа в руках игломёт. Если бы кто-нибудь из команды выглянул за борт, он уже не смог бы поднять тревогу. Когда первый боец перебрался на палубу, за ним последовал второй, закинув оружие за спину. Те, кто плыли на двух плотах, связывали их верёвками, перебирались со своего на уже пустой и залезали на корабль вслед за товарищами. На каждом корабле было по нескольку матросов. Некоторые спали, кто-то бодрствовал. Все они умерли, не издав ни звука. Пристань рассматривали через очки из-за слепящего света фонарей. На ней двумя группами сидели на бочках двенадцать солдат. Доспехов ни на ком не было, поэтому, когда их обстреляли отравленными иглами, никто не услышал шума от падения тел. Быстро нашли и спустили на воду шлюпки. Пока одни искали и спускали вниз провизию, другие передавали с плотов на корабли оружие и боеприпасы. На то чтобы собрать две баллисты и заминировать корабли большими связками динамитных шашек, потребовалось минут десять. В баллисты уложили зажигательные снаряды, и два бойца нацелили их каждый на свой склад. Перед первым выстрелом вставили в очки вторую пару тёмных стекол, чтобы не ослепнуть от вспышек. Эжен Логар негромким криком подал команду, и два пальца одновременно потянули спусковые скобы.