Страница 73 из 183
– Хватит продуктов на обход? – спросил Север.
– Не знаю, – покачал головой дружинник. – Я здесь никогда не был, а карты нет. Продуктов хватит на шесть дней, а мне неизвестно, сколько нужно идти и есть ли в этом лесу дичь. Но летом это не очень страшно: воду найдём, а пробыть несколько дней без еды нетрудно любому.
– Уходим, – согласился Север. – С этими не получится договориться: утыкают стрелами или посадят в подвал.
– Я иду с вами, и это не обсуждается! – заявила Альда Парману.
– Я никуда вас не пущу! – не менее решительно заявил генерал.
– Интересно, как вы это сделаете? – засмеялась герцогиня. – Я ведь могу пойти не с вашим войском, а сама по себе. Сейчас прикажу Фару собрать гвардию...
– Что вы такое говорите! – занервничал Парман. – Альда, нельзя быть такой безрассудной! На вас четыре провинции!
– Не удивляйтесь, – сказала Альда удивлённо посмотревшему на генерала Иву, – Альбер входит в число друзей, а при своих мы не очень придерживаемся этикета. А сейчас он ещё и волнуется.
– Я уже свой? – хмыкнул король. – Это радует.
– Послушайте, герцогиня! – сказал смутившийся промаху Парман. – Вам нельзя идти. Если с вами что-то случится, герцог спустит с меня шкуру!
– Я не поняла, генерал, – перешла на официальный тон Альда, – вы беспокоитесь обо мне или о своей шкуре? Если обо мне, то напрасно. С оружием я управляюсь не хуже ваших солдат и, в отличие от них, не собираюсь идти в бой. А если о шкуре, то тоже зря. Муж прекрасно знает, что вам меня не остановить, а граф подтвердит, что вы меня уговаривали. Ведь подтвердите, Джок?
– Я-то подтвержу, – сказал Лишней, – только зря вы туда собрались. Война есть война, тем более с таким противником.
– Буду осторожней, только и всего! – отмахнулась девушка. – У нас три десятка баллист, которые успел сделать Марис Кальва, и новые снаряды профессора. Слабые стороны врага нам известны, а бойцов будет не меньше, чем у союза. А генералу я верю. Ведь не подведёте, Альбер? А на вас, Джок, как всегда, задача сохранить здесь всё: наших близких, дворец и столицу. Ну и проследите за нашей гостьей, чтобы не скучала. Новых указов я писать не собираюсь, достаточно того, который оставил Серг. В отсутствие Пармана вам должны подчиняться все.
При словах об Аглае Лишней смутился, но заметила это одна Альда. Вчера она совершенно случайно видела, как он поздно вечером зашёл в комнаты королевы Дюже, а стоявшие на входе гвардейцы никак на это не отреагировали. Альда ещё порадовалась за них, а потом, придя в спальню, долго не могла заснуть, думая о муже. Соскучилась она по Сергею ужасно.
– Принц не набивался в поход? – спросила Альда короля.
– Как только о нём узнал, так и примчался, – с ноткой гордости сказал король. – Естественно, я ему отказал.
– Теперь понятно, почему от меня отстала Лани, – засмеялась Альда. – Тоже набивалась в попутчицы, а с сегодняшнего утра молчит о походе. Ладно, давайте определимся с выходом. Войска готовы, а дополнительное продовольствие начали завозить в Парнаду со вчерашнего дня. Его там было много, но никто не рассчитывал на такое количество беженцев, а теперь ещё и армия.
– Сколько беженцев? – поинтересовался Ив.
– Когда выезжал гонец, их было около тридцати тысяч, – ответила Альда, – и продолжали подходить, хотя уже меньше. У Мехала в тех местах мало населения, а его ещё частично уничтожили.
– А где он сам? – спросил Ив. – Не пригласили или не захотел присутствовать?
– Уехал сразу же после подписания договора, – пояснил Джок, – и я его понимаю. Все вопросы решили, а в такое время королю лучше находится в своём королевстве.
– Как у вас восприняли весть о казни этого графа? – спросила Альда короля. – Вы ведь после завтрака ездили в лагеря?
– Спокойней, чем я думал, – ответил он. – Графа многие не любили за спесь и вздорный нрав. Сыграло свою роль и то, что он дрался с вашей стражей. Сейчас все готовятся к походу, поэтому им не до того. Настоящих друзей у него не было, а приятели найдут, к кому прилипнуть. Дома, конечно, придётся выслушать вой его родни, но я как-нибудь это переживу.
– Часть войск я отправлю прямо сейчас, – сказал Парман. – Будут идти впереди и готовить места под стоянки остальным. Завтра с утра выйдут почти все наши силы и войска Барни, а те из воинов королевы Дюже, кто идёт в поход, вместе с нашим сопровождением выступят через день. Заодно отправим с ними обозы с продовольствием, оно пригодится. Полторы тысячи воинов королевы оставим в помощь городскому гарнизону и коменданту лагерей. Помощь на тракте теперь не понадобится, хотя я пока не стал трогать ту тысячу бойцов, которые сидят там в засаде. Солдат проинструктировали по поводу оружия союза, но повязками снабдили только треть из них. Их продолжают делать и по мере готовности будут отвозить в войска. Если ко мне нет вопросов, разрешите удалиться. Основное уже сделано, но всегда остаётся много недоделанных мелочей, и не всё можно поручить подчинённым.
– Идите, Альбер, – разрешила Альда. – Мы уже закончили. У вас ещё есть вопросы, граф? Тогда и вы можете идти.
– Нервничаете? – спросил Ив, когда они остались вдвоём.
– Немного, – призналась Альда. – Неужели заметно? Я не за себя нервничаю и не по поводу нашего похода. Там я буду нервничать, когда перейдём границу. Просто думаю о муже. У него уже произошло сражение или дерутся сейчас. И все мои мысли о нём. Судьба у женщин такая – бояться за своих мужчин.
– Можно подумать, что мы над вами не трясёмся! – ответил король. – Какая разница, женщина или мужчина? Если есть любовь, всегда будет страх её потерять.
– Всё так, – вздохнула Альда, – но у нас больше поводов для страха.
– Знал бы ваш муж, куда вы собрались, и у него появились бы такие поводы.
– Потому и не буду ему писать. А его письма доставят эстафетой, которую с завтрашнего дня начнём устанавливать до Парнады.
– О каких новых снарядах вы говорили, если не секрет?
– Секрет, но не от вас. Раньше у нас были только снаряды, которые при разрыве разбрасывали горящую жидкость. Сбить такое пламя нельзя, а залить водой очень трудно, во всяком случае той, которая во фляге на поясе, не зальёшь. Были ещё составные снаряды, которые в полёте разделялись, падали на противника и взрывались, убивая и калеча всё вокруг, но сейчас их заменяют другими. Там тоже такие же штуки, только они не разлетаются, а связаны вместе и обложены обрезками железа. И всё это уложено в выдолбленный деревянный чурбан. Взрыв получается намного сильнее, а разлетающееся железо усиливает действие снаряда.
– Я почти ничего не понял из сказанного, – признался Ив, – но верю на слово. Если я вам не нужен, поеду в лагеря, проверю, всё ли готово к походу. Завтра на это не будет времени.
Утром выступили в поход сразу же после того, как в войсках закончили приём пищи. Составили колонну в двенадцать тысяч бойцов и полдня шли по тракту, после чего свернули на путь, по которому в Парнаду добирались войска во время войны с Сотхемом. В степной местности лишь местами виднелись небольшие рощи, поэтому идти, а тем более ехать, было легко. Чтобы сильно не растягиваться, перестроились в три колонны. К вечеру дошли до небольшой речки, возле которой стояла деревня, где и остановились на ночёвку. Прошедший днём раньше авангард с помощью крестьян заготовил достаточно дров, воду брали из реки, а ужин готовили из тех продуктов, которые взяли с собой. Было тепло, поэтому палатки поставили только королю Барни и Альде. Хотели поставить её и Парману, но генерал отказался. Утром, после завтрака, двинулись дальше. Два дня шли до границы с Парнадой и столько же по этой провинции, пока не приблизились к Борску. Степи сменились лесами, и двигаться пришлось опять только по тракту. Возле Борска впервые увидели лагеря беженцев. На большой вырубке возле города было установлено много навесов, под которыми люди сложили те немногие вещи, которые удалось унести с собой или достать здесь. Повсюду горели костры, плакали маленькие дети, сновали туда-сюда взрослые, а на лугу паслись козы и коровы. При виде войсковой колонны беженцы бросали свои дела и с такой надеждой смотрели на проходивших мимо солдат, что те невольно отводили глаза. Прошагали солдаты, прошли обозы с баллистами и припасами, а люди ещё долго смотрели им вслед...