Страница 5 из 118
— Тогда я за тебя замуж выйду, — постановила девчушка. — Выласту и выйду.
— Не получится, — вздохнул юноша. — Я скорее всего тоже умру, еще до того, как ты снова вырастешь. Через год или через два.
— Все умилают, — грустно сказала девочка.
— Угу, — так же грустно подтвердил Гарри. — Не все, конечно, но многие. Слишком многие.
Он дернулся, доставая и нацеливая в небо палочку, но тут же расслабился: с темнеющего неба слетела величественная белая сова, держащая в лапах потертую школьную сумку.
— Хедвиг, умница моя! — воскликнул юноша, забирая сумку и поглаживая перья великолепной птицы.
— Какая класивая! — восхитилась девочка, наблюдая за совой, усевшейся чуть в стороне, рядом с кучкой рыбьих потрохов.
Гарри поднялся и удалился за шалаш, на ходу откидывая клапан сумки. Вернулся он оттуда спустя пару минут, одетый в серые джинсы и чуть более светлую матерчатую куртку поверх темно-зеленой футболки.
— Ну вот, — сказал он, вешая на плечо сумку, — теперь мы можем идти в город.
— К магглам? — испуганно спросила девочка. — В пещелы?
— Ага, к ним, — подтвердил юноша, — только не в пещеры. В пещерах неволшебные люди давно не живут, они живут в домах. Или в гостиницах, вроде Дырявого Котла, только побольше. И… Для них ты будешь Беллой Кейн, моей кузиной, хорошо?
— Холошо, — согласилась девочка, — я же все лавно твоя кузина, плавда?
— Правда, — подтвердил юноша.
Они дошли до ближайшего городка за два часа с небольшим. Малышка Белла давно спала, перевесившись через плечо Гарри. Владелец сельской гостиницы, выдавший им ключ от номера с двумя кроватями, вопросов не задавал, так что даже «Конфундус» не понадобился. Душ был общим на весь этаж, так что встали они пораньше, вымылись и спустились на завтрак.
— Кличел готовит вкуснее, — вздохнула Белла, строя прямо в тарелке башню из слишком густой, по мнению Гарри, овсянки. Овсянка, несмотря на излишнюю густоту, быстро расползалась, так что это занятие было довольно-таки медитативным.
— Ты все-таки поешь, — попросил ее юноша, — а то нам долго ехать.
— На Ночном Лыцале? — возбудилась Белла.
— Нет. Нам сейчас в волшебный мир нельзя, — ответил Гарри. — Тебя, конечно, сейчас пока не ищут, и еще трое суток искать не будут из-за того, что мы прыгнули в прошлое прямо из Азкабана, так что на самом деле другая ты там до сих пор сидишь… Но лучше бы нам сейчас путешествовать как магглы.
— На лошадках? — усомнилась девочка. — Я плосила у мамы пони, но мама сказала, что пони в голоде делжать нельзя.
— На лошадях магглы тоже уже почти не ездят. Мы поедем на мотоцикле, — поправил ее парень. — Он раньше твоему другому кузену принадлежал, Сириусу Блэку.
— Котолого стлашный дядька убил? — уточнила Белла, засовывая в рот очередную ложку овсянки.
— Да. И теперь он этот мотоцикл мне оставил. Вот на нем-то мы и поедем.
— Куда?
— В Гринготтс. К гоблинам.
— Я их боюсь, — захныкала девочка, — они тоже стлашные!
— Я буду с тобой, — успокоил ее юноша. — Ты, конечно, можешь отказаться, но… Понимаешь, чтобы наказать того страшного дядьку, мне нужно попасть в хранилище дураков Лестрейнджей. А они разрешили тебе заходить в эти хранилища, когда ты вышла замуж за Роди. И если ты пойдешь со мной, то мне будет легче туда попасть.
— Ну ладно, — с сомнением произнесла Белла. — С тобой не стлашно. А тот дядька мне не нлавится. Потому что я люблю птичек, я за ними в окно смотлела, а он их убивал, вот.
Первым делом они купили в местном магазинчике замену комбинезончику Беллы, дабы значительно упростить некие санитарно-гигиенические процедуры. Девочка, глядя на выбор одежды в провинциальной маггловской лавочке, восторженно хлопала глазами и канючила, так что в дополнение к мягким джинсикам с цветочной вышивкой и курточке с единорогом Гарри пришлось приобрести еще и симпатичное платьице, благо школьная сумка юноши внутри была значительно больше, чем снаружи.
Затем пришлось задержаться в расположенном по соседству с магазинчиком заведении с мороженым и кока-колой.
Наконец, Гарри отвел Беллу в тихий переулок, достал из сумки маленький, дюймов восемь длиной, мотоцикл и постучал по нему палочкой. Мотоцикл с громким хлопком увеличился до нормального размера.
Гарри надел на девочку шлем и вытащил из сумки серебристый сверток.
— Маггловская полиция… Ну, это как авроры… В общем, они не разрешают возить детей на мотоциклах, — пояснил он. — А нам надо не оставлять следов. Так что лучше всего, если ты будешь невидимой.
— Это мантия-невидимка? — охнула Белла. — Совсем как у Балда Бидля? В сказке пло тлёх блатьев?
— Вроде того, — согласился Гарри, хотя эту детскую книжку ему прочитать так и не довелось. — Надевай!
Девчушка ловко накинула на себя серебристую ткань (видимо, не раз делала это в играх) и исчезла.
— Я обманываю Смелть, я обманываю Смелть! — кричала она и, судя по звуку, подпрыгивала. — У меня есть Плащ Смелти! А еще мне нужна палочка Смелти и камень Смелти! И я буду Госпожой Смелти!
Гарри слегка передернуло от такой жутковатой детской непосредственности. Впрочем, пусть уж лучше бесится, чем вспоминает дементоров и Азкабан.
— Иди, садись, — сказал он, и в него врезалось невидимое, но вполне себе ощутимое маленькое ядро.
Он подсадил скрытую отцовской мантией девочку перед собой, покрепче обхватив ее руками, и завел мотор.
Из-за грохота мотора он не слышал восторженные вопли девочки, а из-за мантии-невидимки не видел, как она крутит туда-сюда головой, разглядывая разноцветные машины и проносящиеся мимо пейзажи. Но и вопли восторга, и разглядывание всего, что попадалось им на пути, очевидно, наличествовали.
По пути им пришлось пару раз съезжать с моторвэя и остановиться в придорожных заведениях — Гарри подозревал, что не ради ланча или посещения туалета, а в основном ради кока-колы и мороженого. Как бы то ни было, до Чаринг-Кросс-Роуд они добрались уже в темноте.
Гарри поставил мотоцикл на подножку и снял с Беллы мантию-невидимку и мотоциклетный шлем.
— Сейчас мы пойдем в банк, — сказал он. — Но мне нужно, чтобы меня принимали за Рабастана Лестрейнджа. За старого Рабастана, за такого, каким он стал, — пояснил он. — Я выпью оборотное зелье, и ты только не пугайся, хорошо?
— Холошо, — кивнула Белла. — Но ты же не станешь дулаком, как Лаби?
— Я постараюсь, — усмехнулся он. — И обещаю, что не буду вешать котят. Одна пожилая леди запретила мне делать это очень давно.
Он достал из сумки флакончик с оборотным зельем — нормальным, не модифицированным близнецами Уизли зельем — и опустил туда седой волосок. Вязкая черная жидкость взбурлила и приобрела болотно-зеленый оттенок.
— Наверняка жуткая гадость, — пробормотал юноша и решительно выпил содержимое флакона.
— Фу-у-у, — сморщила носик Белла. — Ты и плавда сталый! И ты еще плотивнее, чем Лаби!
— Ну так сколько времени прошло, — пожал плечами Гарри, выглядевший теперь как приблизительно пятидесятилетний мужчина с опухшим болезненным лицом. — Хотя действительно «фу», особенно на вкус.
Он накинул на плечи черную мантию, затрофеенную ими во время рейда в Министерство (без прилагающейся к ней маски она смотрелась вполне обычно) и поднял капюшон: младший из братьев Лестрейндж, наслаждавшийся сейчас гостеприимством Вдовствующей Леди Лонгботтом, все еще был в розыске. Подумав и как следует вспомнив лекции Билла Уизли, он наложил на себя одно довольно полезное заклинание, которому его научила… Которому его научили. И этого заклинания ему хватит на несколько часов.
— Тебя все еще не ищут, — сказал он девочке, — потому что ты пока еще в Азкабане. Но давай мы тебя немного замаскируем.
Он надел на черные кудри Беллы яркую бейсболку — разумеется, магглорожденная малышка в компании с традиционно одетым волшебником будет выглядеть довольно странно, но представить чистокровную пуристку Беллатрикс Лестрейндж в маггловском наряде мало кто догадается.