Страница 31 из 101
– Всё готово, вождь! – отрапортовал один из сотников. – Они уже почти трупы!
– Не сильно хвастай, – недовольно сказал Кард. – Освободители сильны своей магией. Никто из них не должен успеть к ней обратиться!
– Мечников страхуют арбалетчики, – вступился за сотника Хург, – и ту часть лагеря, в которой стоят их шатры, окружили. Они действительно трупы. Зря их послушали и не атаковали. Мы видим в темноте лучше эльфов.
–Освободители правы, – возразил Кард. – Нас слишком мало учили, чтобы решиться на ночной штурм. Войском и днём тяжело управлять, а ночью вы полезли бы в город толпой. Мы в любом случае победим, но ни к чему лишние потери. Каждого воина в новом доме ждут жена и дети. Не будем спешить. Избавимся от опеки и будем отдыхать. Хург, постарайтесь не убить старшего, я хочу с ним поговорить. Только прежде чем притащите его ко мне, сорвите всё, что висит на шее. Пожалуй, уже пора начинать.
Тысячник кивнул и вышел из походного шатра вождя. Вернулся он полчаса спустя с двумя воинами, которые несли израненного перевёртыша.
– Лучше выйди, – сказал вождю Хург. – С него течёт, и мы всё у тебя изгадим.
– Положите его, – приказал вышедший из шатра Кард, – и плесните в лицо воды!
Перевёртыша бросили на землю и вылили на лицо воду из глиняной фляги. Он закашлялся и открыл глаза.
– Не получилось у вас, – сочувственно сказал вождь. – Столько лет пытались очистить этот мир для себя, и всё впустую!
– Откуда узнал? – еле слышно спросил Васаль.
– Мы не только убивали эльфов, мы их допрашивали, – отставив сочувственный тон, ответил Кард. – Не такие мы дикие, как считаете вы или эльфы. Две тысячи лет жизни рядом с ними не прошли даром. Мы по-прежнему многого не умеем, но захвачено немало мастеров, со временем они научат всему. А вот у вас не выйдет с нами так, как с эльфами! Не получится превратиться в кого-нибудь из нас. Скажи, почему вы всё делаете тайком? Нет сил прийти и отобрать землю?
– Так завещали наши боги! – прохрипел перевёртыш. – Добей!
– У каждого народа своя дурь, – проворчал вождь, вытирая меч об одежду убитого перевёртыша. – У этих – их боги, а у эльфов – их королевы. Знать бы, что глупо у нас.
– Не успели! – зло говорил граф Радос, расхаживая взад-вперёд по гостиной, в которой он находился вместе с графом Парком. – Надо было не уговаривать эту дуру, а сразу всем уходить! Дикарей столько, что не получится ни прорваться, ни отбиться!
–Успокойтесь, Март, – сказал граф Парк. – Принимать смерть нужно достойно!
– Вам хорошо говорить, Борис! – едва не кричал Радос. – Вы на сто лет старше меня и даже без дикарей долго не протяните, а я...
– Ваше сиятельство, – заглянул в дверь секретарь, – к вам...
– Вон! – заорал взбешенный граф и швырнул в него стоявший на столике кувшин.
Секретарь исчез за дверью, а вместо него вскоре вошла Сони.
– Нельзя так, дорогой! – сказала графиня. – Ты ведёшь себя просто неприлично! Рона придумала, как нам спастись, а ты даже не захотел её слушать!
– Что могла придумать эта чокнутая старуха? – недоверчиво спросил Март.
– Сохранились координаты Изначального мира... – начала Сони.
– Я же говорил, что она чокнулась! – взорвался граф.
– Если ты не прекратишь орать, я уйду со своими эльфами без тебя, – холодно сказала графиня. – Борис, вы идёте с нами?
– Объясните, Сони, – попросил граф Парк. – Я, как и ваш муж, не понимаю, что нам делать в том месте, откуда мы бежали. Там, наверное, уже нечем дышать.
– Рона только что туда ходила, – ответила графиня. – В том месте, где она была, дышать тяжело, но можно. Но это неважно, потому что из Изначального мира можно вернуться в этот, только не в осаждённый Вест, а в одно из наших имений. Магов у нас мало, но если приволочь тех старух, которые занимались ловлей слуг, их хватит. Все не нужны, достаточно будет тридцати. Наверное, к ним не придётся применять силу, достаточно объяснить, что, помогая нам, они сохранят свои жизни. Маги нам и потом пригодятся. Только всех лошадей придётся оставить здесь.
Глава 11
Золото и все вещи к отправке сносили в фехтовальный зал. Сначала перенесли своё, а потом Скворцов отправил охранников носить золото Марлы. Вскоре прибыла и она сама.
– Мать отдала нам своё золото и реликвии клана, – сообщила принцесса. – Золота у неё больше, чем у меня, поэтому его будут долго носить. Возьмите накопители, принц.
Игорь взял лёгкую сумку и достал из неё один шар со шнурком. Скорее всего, он был полый внутри, потому что почти ничего не весил.
– Этот заряженный, – сказала Марла. – Теперь вам нужно открыть третий глаз и дать знания тех заклинаний, которые вы сможете использовать.
– Всё это потом, – ответил он, вешая шарик на шею. – Не знаете, дашты ещё не начали?
– Когда я уходила, было тихо. Игар, вы и этих берёте с собой?
– Да, берём, – сказал Игорь, посмотрев на сидевших на узлах женщин с маленьким ребёнком. – У трёх моих эльфов есть семьи, остальные уходят налегке.
Пока воины носили сумки с золотом, в зал со своими вещами пришли обе наёмницы и Дарка.
– Вы возьмёте меня с собой? – не поднимая глаз, спросила она Игоря. – Если скажете нет, я сразу уйду.
– Возьмём, если сами захотите уйти, – ответил он. – Когда все соберутся, у меня будет к вам разговор. Я кое-что расскажу, а вы будете решать.
Золото из Среднего дворца носили больше часа, а последними забрали узлы с вещами Марлы и реликвиями эльфов. Когда закончились все хождения, в зале собрались двадцать мужчин, девять женщин и четыре ребёнка, не считая Игоря и его невесты.
– Мне нужно с вами поговорить, – обратился он к эльфам. – Этим утром должно начаться сражение за столицу, и я думаю, что оно очень быстро закончится победой даштов. Идёт война на уничтожение, поэтому никакого снисхождения к проигравшим не будет. Дикари озлоблены уничтожением трети своего населения, к тому же их направляют в бой перевёртыши, которым мы мешаем. Я хотел спасти не только вас, но маги отказали в помощи. Теперь нам остаётся спасаться самим. Но прежде чем мы уйдём, я хочу сказать то, что не знают многие из вас. Я не эльф и не принц, хоть и не лгал вашей королеве, поэтому и прошёл проверку магией.
– Как такое может быть? – спросила растерявшаяся Марла.
– Я из мира, жители которого очень мало отличаются от вас, – начал объяснять Игорь. – Мы намного обогнали вас в развитии, а в эльфов я играл с приятелями, когда развлекался на отдыхе. Они меня и назвали принцем. Для магии этого оказалось достаточно, чтобы выдернуть меня в этот мир, тем более что я идеально подходил в качестве мужа для вашей младшей принцессы.
– Так вы хотите увести нас не в мир эльфов? – понял кто-то из воинов.
– Потому и говорю правду, чтобы вы всё решили до ухода. Здесь вас не ждёт ничего, кроме смерти, а в моём мире можно очень хорошо устроиться. Кому он не понравится, можно будет вернуться.
– Куда мы вернёмся... принц? – с горечью спросила Лани.
– Западная граница открыта, и эльфы наверняка бегут через неё, – ответил Игорь. – И таких бегущих должно быть много. Как только узнают о судьбе столицы, побегут жители двух других больших городов. Дорог там нет, но вьючные лошади пройдут, и скот можно прогнать. Вряд ли дикари будут преследовать беглецов, им хватит добычи и в королевстве. Я думаю, что найдётся какой-нибудь энергичный барон или уцелевший граф, который положит начало новой королевской династии. На месте беглецов я ушёл бы подальше, чтобы отгородиться от даштов лесами. Вот туда мы и отправим тех, кто не захочет остаться со мной. Баронесса знает места на западной границе, там их и высадим. Получат лошадей, провиант и золото, а оружие есть своё. Можем достать оружие моего мира, с ним у вас не будет противников. Но прежде чем мы займёмся теми, кто хочет уйти, нужно немного обжиться на новом месте. Я купил большой дом, но в нём будет тесновато, поэтому продадим часть золота и купим дома и всё остальное, что нужно для жизни. Магией научим вас языку и будем учить чужим обычаям. Возможно, пока мы будем осваиваться, кое-кто раздумает уходить. Если моё предложение не устраивает, я рассчитываюсь золотом и ухожу, а вы спасайтесь как хотите. И учтите, что все те, кто идёт со мной, дадут клятву верности с оговоркой о возможности вернуться. Никто из вас не знает моего мира, а в нём, помимо громадных возможностей, есть немало того, что таит опасность. Действуя самостоятельно, вы можете погубить себя и поставить в тяжёлое положение остальных. Я не могу этого допустить.