Страница 5 из 14
Савелий проснулся еще до будильника. В утренней темноте, когда единственный свет, пробивающийся в окно, был светом фонаря, он поднялся с дивана и, стараясь не разбудить новоявленного соседа, отправился на кухню.
Кружка черного кофе и жареное яйцо. Бесхитростный завтрак, который должен был подарить невероятный заряд бодрости на весь день. Сава улыбнулся своим мыслям, сгоняя крошки от хлеба в небольшую кучку на столе. Оставался всего один выходной, чтобы постирать, прибраться и выгулять Пушистика в первый раз, пока на улице не появилось много людей, да и покормить его нужно было.
Савелий вымыл кружку и оставил её одиноко сохнуть на подставке. Одевшись и выиграв для пса еще несколько минут сна, он нашел поводок и только после этого рискнул приблизиться к животному. Тот все еще вздрагивал время от времени и Савелий испытал чувство вины, когда осторожно погладил его по шее.
– Просыпайся, – прошептал он и пес тут же вскинулся, на этот раз с первой попытки встав на лапы.
– Спокойно, это всего лишь я, – Савелий поднял руки, пытаясь показать, что не желает причинить вред. Пес, будто не сразу узнав его, сначала принюхался, а потом улегся обратно на куртку, на этот раз спиной к Савелию.
– Вот это да, – улыбнулся Сава, осмелев и снова погладив животное. – Даже гулять не хочешь пойти?
Пес повернулся и с негромким ворчанием снова поднялся на лапы.
– Какой ты хороший мальчик, – похвалил Сава и протянул на раскрытой ладони гранулу корма, которым набил полные карманы. Пушистик же на этот жест поддел его руку головой, и корм, соскользнув с ладони, закатился под диван.
– Хорошо, я тебя понял, – пришлось признаться Савелию. Морить голодом пса он не собирался, а значит, после прогулки придется идти в магазин и покупать что-то повкуснее дорогущего корма.
Он пристегнул к ошейнику Пушистика поводок и вывел его из квартиры. На удивление, зверюга оказалась крайне активна и едва ли не бегом понеслась по лестнице вниз.
– Осторожно! – воскликнул Сава, когда пес потянул его за собой с силой, которой не должно было оказаться у раненого животного.
Тем, что действительно остановило Пушистика спустя несколько лестничных пролетов, оказалась железная входная дверь с домофоном.
– Будешь так носиться, у тебя разойдутся швы! – не выдержал Савелий, подняв голос на пса. – Хочешь снова попасть в больницу?
Влад, как ему казалось, смерил Савелия презрительным взглядом. Даже в таком ослабленном состоянии он мог бы сбить с ног эту макаронину и удрать. Но пацан был ему сейчас нужен, поэтому пришлось стоять и ждать, пока он нажмет на кнопку и откроет дверь.
Свежий морозный воздух наполнил легкие. Хотелось рвануться вперед, ощутить свободу и гнать, пока не упадешь на холод, не в силах пошевелиться. Но вместо этого пришлось чинно, под строгим надзором, пройти между несколькими деревьями во дворе. Сава следил за каждым шагом, что ощутимо нервировало.
Влад для вида потоптался на снегу, но не стал, как того явно ожидал Савелий, задирать лапу на каждую попавшуюся поверхность.
– Еще погуляем? – шмыгнул покрасневшим от холода носом Сава.
Сам он выглядел скорее как замороженная рыбина, покрывшаяся коркой льда в холодильнике. Влад с удивлением отметил, что куртка на нем была определенно слишком тонкая, а руки, сжимавшие поводок, покраснели.
Не желая слушать чихание рядом с собой следующие несколько дней, Влад приблизился к Савелию, и осторожно боднул его, подталкивая в сторону подъезда.
– Надеюсь, ты не совсем идиот, – проворчал волк, пытаясь показать, что хочет вернуться в квартиру.
– Подожди, – явно обрадованный таким вниманием, Сава отстранил волка от себя, не забыв при этом погладить. – Ты же еще не сделал дела.
– Дела? – Влад наклонил голову на бок, не понимая, чего от него хочет глупый мальчишка.
– Пушистик, тебе надо сходить по большому, – пояснил Савелий, словно был уверен, что Влад его поймет.
От одной мысли, что это чудо будет наблюдать за ним во время процесса, все тело Влада воспротивилось этому. Волк уперся всеми четырьмя и остановился, как вкопанный.
– Пошли, пока здесь никого нет, – уговаривал Сава, но волк оставался непреклонен.
Его от души повеселили потуги Савелия, но парочка прохожих, что проявила больше внимания к тому, как худой мальчишка разговаривает с большим псом, развеяла эту недолгую забаву.
Решив, что достаточно поиздевался над Савелием, Влад бросился к дому, не давая тому времени опомниться.
– Пушистик! – взмолился Сава, припустив рысцой вслед за псом и едва не шлепнувшись у самого подъезда. В отличие от него, пес выглядел вполне довольным своей проделкой и даже вильнул хвостом.
– Конечно, ты такой счастливый. Не тебе же потом убирать, – хмыкнул Савелий, но все же остался доволен их прогулкой. Пушистик не стал пытаться убежать и, казалось, даже вздумал немного порезвиться. Такими темпами они быстро освоятся, каждый в новой для себя роли. Задумавшись об этом, Сава не заметил, как вслед за ними в подъезд зашла большая тень.
Глава 7
Сава не успел сделать и пары шагов по лестнице, как ему на плечо опустилась чья-то тяжелая ладонь, будто пригвоздив к полу. Сердце екнуло где-то в горле, а по телу пробежала волна жара, несмотря на жуткий холод.
– Гуляем, молодежь? – пробасил низкий знакомый голос.
– Ой, Михаил Федорович! – пискнул Савелий, пытаясь не выдать волнения, но голос предательски дал петуха. – Вы тут какими судьбами?
– Да вот пришел наведать, – ответил мужчина.
В темноте подъезда Саве показалось, что ветеринар неопределенно пожал плечами, избегая смотреть на него.
– Тогда пойдемте наверх. Чаем угощу, – Сава потянул за собой Пушистика, который стал активно принюхиваться к мужчине.
– Узнал своего спасителя, Пушистик? – обратился Савелий к псу.
– Пушистик?! – хохотнул Михаил Федорович.
– У него мягкая шерсть, – не оборачиваясь, чуть смущенно, ответил Сава. Конечно, эта кличка совершенно не подходила огромному псу, но она хотя бы уравновешивала пугающий внешний вид.
Едва оказавшись в квартире, Савелий спустил Пушистика с поводка и сразу же понял свою ошибку. Пес с той же прытью, что демонстрировал на улице, умчался в комнату и запрыгнул на все еще расправленный диван, оставив за собой дорожку грязных отпечатков лап.
– Вот же, – проворчал Сава, не зная, смеяться или плакать. Если все продолжится в том же темпе, он попросту разорится на стиральном порошке.
– Чувствуйте себя как дома, – улыбнулся Савелий Михаилу Федоровичу и убежал на кухню, поставить чайник.
Так стыдно ему давно не было. Дома бардак, угостить человека нечем, да и сам он выглядит, как последнее пугало. Быстро смахнув со стола крошки и приготовив пару кружек, Сава выглянул из кухни, но в коридоре Михаила Федоровича не оказалось. Прошлепав до комнаты, он застал довольно странную картину. Мужчина что-то говорил Пушистику, а тот неотрывно смотрел на него, будто внимательно слушая.
– Будете чай или кофе? – спросил Савелий, обнаружив свое присутствие. Две пары глаз, уставившиеся на него, показались до ужаса забавными. Савелий закусил губу, чтобы не рассмеяться и приблизился к Пушистику, погладив того по голове.
– Кофе, – ответил Михаил Федорович, наблюдая за животным. – Вы хорошо ужились?
– Да, – кивнул Сава. – У кое-кого несахарный характер, но мы справимся.
– Хорошо.
В куртке запищал телефон, возвещая о входящем звонке.
– Ой, я сейчас.
Савелий выскочил из комнаты и выудив мобильник из кармана, приложил его к уху.
– Алло?
– Мирославский! – рявкнул в трубку администратор.
– Василий Павлович?
– Ты мне тут не Василийпавловичай! – огрызнулся говоривший. – Почему еще не на смене?
Савелий на секунду замешкался. В голову закралось ужасное предположение, что он перепутал смены. Метнувшись к большому календарю, висевшему на кухне, он провел пальцем по предпоследней неделе декабря и облегченно выдохнул.