Страница 85 из 104
Повстречавшись с ней в коридоре, я долго и с натугой пыталась вспомнить, где же я видела это лицо. Естественно, предположила, что мы встречались в Академии. Но она явно была младше меня. А я, в отличие от Инги, после окончания курса Джеймсон не навещала. Чувство ускользающего узнавания преследовало. Я припоминала коллективные задания, репортажи о выпусках Академии, о награждениях операторов… короче, все, что угодно, кроме конкурса «Мисс Вселенная».
Не интересуюсь.
А ее я видела в новостях из-за скандала, случившегося, когда «мисс Терра-7», только что надевшая венец самой красивой женщины человечества, отказалась от контракта с модельным агентством. Любым. Не знаю, зачем она вообще участвовала в конкурсе. Возможно, ради шутки. Наверняка в пятнадцать лет, поступая в Джеймсон, она не была такой красивой, как в девятнадцать. Не думала о карьере модели. И в Академию шла, испытывая жгучее желание попасть туда. Если бы она по-настоящему не хотела быть экстрим-оператором, нукта никогда не выбрал бы ее.
Златокудрая наяда Катя Аникеева, ослепительная не только в гриме на экране, но и в жизни, заступила дорогу бедняге Моргану, полномочному представителю пиратского короля. И потребовала объяснений. Полномочный попытался скрыться. Не нашел моральных сил. Я подумала, что наяде стоило бы работать следователем, а не оператором, — такой правильный допрос она устроила.
Нестыковочка относительно того, когда Морган успел так подняться в иерархии Дикого Порта, чтобы стать представителем его главы, отпала. В дипломатическую миссию местер Стюарт был отправлен именно потому, что ничего не успел. «Не успел совершить противоправных действий. И не за что меня сажать», — отчитался допрашиваемый.
Значит, он врал.
Мне.
Врал, мерзавец, и лапшу на уши вешал!
— Морган! — окликнула я.
Полномочный представитель с натугой выпутался из золотых кос королевы и вцепился глазами в меня. В окружении поджарых невысоких женщин он выглядел еще больше и могучей, чем когда-либо. При этом был растерян и взъерошен. Чудное зрелище.
Инга подняла бровь. Катя склонила голову грациозным движением сиамской кошки.
Я подумала, что женское царство Моргана угнетает. А уж будь тут наши драконы…
— Яна, — сказал он обреченно. — Привет… Ну вот. Я же обещал зайти. Я, между прочим, только для этого и зашел. Увидел тут деда этого сволочного, блин… надо было повременить…
Улыбнулся. Виновато, криво, опустив голову.
И я увидела, что половина моргановых зубов — ровная и белая, вторая половина — тоже ровная и белая, но слева зубы второй очереди, то есть нормальные постоянные, а справа — третьей, выращенные искусственно. И лицо самую малость асимметричное. Надбровные дуги на разной высоте, выступ скулы слева очерчен яснее…
Крепко же его покорежило когда-то. И почему я раньше этого не замечала?
— Ладно, — сказала я подчеркнуто спокойно. С моим лицом несложно научиться владеть голосом. Ни на что другое можно не отвлекаться. — Ты лучше рассказывай, раз начал.
Вообще-то злосчастный местер Стюарт сам ничего особо не знал. А что знал, то понять было довольно трудно даже при полном согласии выдать информацию. «Лаэкно, суки, все ловят!» — это, к примеру, означало, что никакую передачу на Диком Порту невозможно утаить от пресловутых обладателей «летающих тарелок». Из-за чего пришлось воспользоваться физическим носителем. Содержимое доставленной карты Морган представлял смутно. Физиком он не был, объяснить, какой именно связью пользуется противник, не мог. Равно и стратегические планы начальника Порта оставались для него тайной. Он только доложился, что по доставленным сведениям через пару часов вражеские переговоры дешифруют. Планы у владыки всех корсаров есть, и будут реализованы «безо всяких там, потому как мужик — зверь. Страшней гражданской войны».
Вот и все.
Наконец, передислокацию объявили. Девчонки начали собираться. Из вольера по стенам и потолку высыпала дюжина особо сообразительных нукт. Они решили, что внизу слишком тесно и можно кого-нибудь поцарапать. В результате изодрали когтями пластик облицовки и получили пинков от хозяек. Катя прощально помахала Моргану ресницами, а я затащила его в пустую каюту и набросилась.
К челноку — успею. Терпела я долго.
— Какого?!
— Что? — почти робко спросил бывший «стратегический», ныне полномочный.
— Какого хрена ты врал?! — заорала я, не сдержавшись.
За спиной Моргана вырос Малыш. Просто так. Сначала нукта задумчиво смотрел на его штаны — чуть пониже талии, — потом поднялся на задние лапы и уставился на меня.
Дежа вю. На Фронтире Аджи вот так смотрел на меня через голову местера Колина. Вопросительно. Незадолго. Незадолго так до того, как все началось…
Я вспомнила, чем все кончилось, и мне стало нехорошо.
Нет. О нет. Не надо опять. Пожалуйста.
— Ну… легенда же, — оправдывался Морган. — Положено.
— А мне-то зачем? — чуть не плача, спросила я. — Мне-то ты зачем легенду рассказывал?
— Ну… — Морган стушевался. — Мне посмотреть хотелось, что ты скажешь…
— Сволочь ты, — сказала я. — Беспримесная. Я думала, ты вправду…
— Яна! — он растерялся. — Ну, прости! Ну, я же… Я же никому не передам!
— Местра Лорцинг!
Это Инга меня окликала от дверей.
— Челноки ушли, — сказала она, глядя на меня со странной неприязнью. В чем дело? Неужели оттого только, что я ушла из холла… — Мы с вами пока остаемся. Еще час. Наш корабль — «Искандер».
Окатила меня колотым льдом взгляда и развернулась. До меня дошло: она заподозрила, что я ревную Моргана к Кате. Плевать, в сущности, но стало как-то гадко. Тьфу. Вот уж, в самом деле, бабье царство…
Большой общий экран уже настроили на мостик «Гагарина». На случай форс-мажора. Но пока что шли новости.
Последнее время в каждом выпуске показывали Мраморный дом. То зал заседаний, то коридоры, то главный холл. Последний — чаще всего. Он огромен, и обычно освещение там не очень яркое, зажжены только бра. Но сейчас было полное освещение, словно по случаю торжества. Приема делегации, например.