Страница 2 из 4
Порой, я смотрела на мужа, и мне начало казаться, что ему нравится эта бесконечная гонка. Словно это стало для него своеобразной, нездоровой игрой. Каким-то безумным ритуалом…
А каково было мне? Засыпая в очередной раз в пустой квартире, в холодной постели. Да я сходила с ума от одиночества. Мне до тряски в теле хотелось обнять мужа, положить голову на его грудь и заснуть. Но не могла этого сделать, потому что тот в который раз за месяц улетел за границу. Как же я тосковала, эта пытка была невыносима, жаждала устроить скандал, как только Игнат вернется. Однако при долгожданной встрече устало млела в его руках. И все по новому кругу, он уезжал, а я в негодовании кусала кулаки, порой срываясь, устраивала истерику, которую не видел никто кроме меня.
Десятки раз пыталась до него достучаться, но Игнат словно оглох и ослеп. Он не слышал и не видел ничего.
– Игнат, когда это закончится?
– Солнышко, ну потерпи ещё немного, я уже очень близко,– шептал муж, крепко прижимая меня к себе.
– В который раз ты мне это говоришь?
– В это раз я действительно близко.
– Я устала! Ты не представляешь, как я скучаю…
– И я скучаю безумно маленькая моя, а еще больше тебя люблю.
И я забывала обо всем на свете, утопая в его объятиях. Он целовал, так что у меня отнимался копчик, а тело дрожало от желания. В такие моменты мне казалось, что я готова ждать сколько угодно. Но только разум прояснялся, снова злилась на него…
В один прекрасный день, при очередном отсутствие мужа, я узнала, что жду ребёнка. Моему счастью не было предела. И почему-то думала, что это все изменит, как же сильно я тогда в это верила. Игнат был рад не меньше меня, помню, носился по квартире с криками– "Ура, я стану папой". А потом целовал живот, которого ещё и в помине не было, нашептывая– "Спасибо родная, я так сильно тебя люблю".
И все было прекрасно. Я решила, что поиски окончены, и муж больше никуда не поедет. Ведь ребенок это самое важное. Правда? Но все мои надежды разрушил одни звонок. Один единственный звонок… Игнат ринулся в путь без оглядки. Я, снова молча, отпустила, а когда за ним закрылась дверь, ревела несколько часов навзрыд. Впервые в жизни чувствуя себя настолько беспомощной, никому ненужной, второстепенной, незначительной…
Когда родился малыш, МЫ были безгранично счастливы. Казалось, на свете нет ничего важнее нашего сыночка. Всё вокруг заиграло новыми красками. Я будто заново возродилась.
Только это длилось недолго, спустя месяц Игнат снова уехал. В тот день я впервые закатила настоящий скандал. Сказала, что это в последний раз, иначе я уйду от него. Как же мне тогда было горько, прижимала к груди крохотное создание, от нежности к которому сходила с ума, и захлебывалась слезами. Я никогда не хотела быть истеричной стервой вечно выедающий мозг мужу. И все время молчала, потому что любила до безумия. Но рождение сына изменило все. Я хотела просто, чтобы мы все были вместе. Лишь эту малость, и больше ничего…
Игната вернулся опять не с чем. И через два месяца вновь собрался в путь. Своим поступком он просто вырвал мне сердце, прекрасно понимая это. Я рыдала при нем, чего не позволяла себе раньше. Чуть ли не на коленях умоляла остаться, но он не слышал меня, лишь успокаивал, говоря, что очень любит и скоро вернется.
– Пойми и ты меня, я должен найти брата. Все эти годы меня гложет вина.
– Нет, нет и нет!– кричала я сорвавшимся голосом,– Я не собираюсь тебя больше понимать! Три года Игнат, три года, я молчала, отпуская тебя непонятно куда! Но впервые запрещаю тебе ехать. Ты слышишь меня, я запрещаю тебе уезжать!
– Женечка, я не могу иначе…
– Замолчи! У тебя есть я и Кирюша, есть родители. Что еще нужно? Неужели ты не рад нашему сыну? Он появился на этот свет, чтобы видеть твоё равнодушие?
– Что ты такое говоришь! Девочка моя,– обнял, преодолевая мое сопротивление. А во мне все ещё тлела надежда, что в этот раз он останется ради нас.– Я люблю вас больше всего на свете, но найти Макса мой долг…
Убил… Просто убил несколькими словами. Разрушил все до основания в один миг.
– А-а-а, Господи!– вырвалась из его рук как ошпаренная, и закричала, теряя голос от боли:
– Я не могу так больше, не могу. Если ты сейчас уйдешь, можешь к нам не возвращаться! Я не собираюсь больше изводить себя. Или ты остаешься с нами или дальше гоняйся непонятно за кем, но без нас! Я сейчас говорю так не сгоряча, это моё решение, которое созревало во мне очень долго. Теперь тебе придётся выбирать, что для тебя важнее!
Он ушел, разрубив моё сердце пополам, доказав что мы для него всегда будем на втором плане. Как же мне тогда было плохо. Смотрела на сына, чувствуя всепоглощающую обиду за него. Он такой маленький и чудесный, но не настолько важен отцу, чтобы удержать. Возможно, каждая женщина когда-то ощущала себя ненужной, но для меня это чувство оказалось губительным, настолько, что уничтожило все.
Господи, как же я жалею, что не удержала Игнат, нужно было встать в дверях с Кириллом на руках и просто не отпускать. Валяться в ногах, падать в обморок, все что угодно, но не позволять уйти…
Его отец позвонил мне спустя три часа и попросил срочно приехать. И я примчалась, переполненная волнением, сразу же почувствовала что-то нехорошее, непонятный страх закружился внутри смерчем.
Я бы простила ему всё, ждала бы всю жизнь, отпуская хоть каждый день, только бы он вернулся ко мне. Только вернулся живой… Мне так больно. Это невыносимая боль везде. Она застряла в сердце, ковыряет мозг, разрывает душу. Жуткая агония ежесекундно пронзает каждую клетку моего тела. Я не в состоянии это вынести. Я не могу…
Схватилась руками за лестничные перила и прижалась к ним головой, плача без голоса, потому что просто не могла закричать. Рыдания рвали глотку, сжимали горло, не давая дышать, хрипела, раскрыв рот, заливаясь слезами. Его нет, Боже, его больше нет, невыносимо, душераздирающе, страшно. Я больше не смогу сказать ему как сильно люблю. А ведь мы даже не попрощались. Как же убийственно, хоронить любимого в закрытом гробу. Как же горько, что нельзя взглянуть напоследок. Как я смогу его отпустить?
3 глава
Ветер завывал повсюду, разнося осенью листву по кладбищу, шурша травой. Ветер проникал в саму душу, сливаясь с моим всепоглощающим вихрем боли. Он грубо размазывал слезы по щекам льющиеся нескончаемым потоком. Душил, не давая сделать вдох. Я смотрела на деревянный крест на могиле человека, которого любила больше жизни. Еще несколько дней назад сгоряча сказала, чтоб муж не возвращался, и он не вернется уже никогда. Никогда не услышу его голос, не увижу лицо, не утону в объятиях. Всё внутри рассыпается на мелкие осколки, превращаясь в раскаленный песок. Сердце истекает кровью, утопая в ней. Пустота… Оглушительная, страшная бездна во мне наполняется адской мукой. Там дьявольское пламя, на котором сгорает моя душа. Безжалостно, невыносимо больно, хочется рвать волосы, сдирать кожу, чтобы хоть как-то унять эту агонию…
Его нет, и мне кажется, жизнь больше не имеет смысла…
– Почему ты оставил нас?– прошептала не своим голосом. Не своим… в этом мире уже ничего не будет моим… Без него мне ничего не нужно…
Уже смеркалось, а я всё никак не могла уйти. Мы похоронили Игната, в закрытом гробу. После взрыва самолета, от некоторых пассажиров практически ничего не осталось. Его опознали только по экспертизе ДНК.
Это так страшно, отпустить, не попрощавшись напоследок. А еще страшнее то, что я не чувствую, что он здесь лежит. Ибо не могу поверить, что любимый погиб. Просто не ощущаю этого. Мне кажется, он скоро вернется, обнимет и все плохое останется позади. Возможно это от того, что я не видела его мертвым, не видела тела… Не хочу принимать то, что Игната больше нет, не хочу и не могу. Это разрушает меня, убивает, отнимает силы. Тронула деревянный крест, нужно уходить, дома ждет сыночек с мамой. Но не могу сделать шаг, словно вросла в землю.