Страница 2 из 13
В общем, планировали мы с бывшим мужем одно, а вышло совершенно другое.
Как сейчас помню его пустой взгляд и слова, что с ребенком тяжело, он хочет высыпаться, и вообще ему на работу рано вставать. Мы ему сильно мешали. Спрашивается, почему мы с ним завели ребенка? Потому что оба хотели. Я все еще помнила, как он касался моего огромного живота, трогал его, лаская. Как наша девочка стукала ножкой. И он все разрушил в один день, когда сказал, что уходит. Ненавижу отца моего ребенка. Это ж он хотел. Давай заведем, давай заведем… Завели – я одна воспитываю.
Даже тогда я напридумывала себе, что в его глазах была адская боль, пока мое сердце разрывалось на части. Нет оправдания его поступку. Все-таки его интересовала карьера, а я хотела стать мамой-мамой.
В итоге мне пришлось собрать волю в кулак и заставить себя выйти на работу. Ради меня и Златы. В какой-то момент я не выдержала и пришла к нему в офис требовать алименты. Но его не было. Он исчез. Не только из нашей жизни, но и, казалось, от всего мира. Что ж, можно было только хмыкнуть. Мы ему были настолько не нужны, что он слинял отовсюду, как и говорил.
Пока вспоминала те времена, вода уже заполнила ванну.
Залезаю в нее, погружаясь в сплошное блаженство. Тишина и покой. Все, что мне надо.
Только мысли все равно к бывшему возвращаются.
Ровно пять лет назад он ушел. А передо мной так и вспыхивали картинки того дня. Вот хлопает дверь, вот я подхожу к ноутбуку и вижу статьи на тему, как уходят мужья от жен так, чтоб те даже на алименты не смогли подать. Это было глупо – сидеть и оправдывать его, но я не могла по-другому. Просто тогда я не понимала, почему он ушел, и верила, что вернется…
– Мама! – как в тумане слышу голос Златы.
Открываю глаза. Все расплывается. Нервно хлопаю ресницами – не помогает.
– Мам! – еще тревожней звучит голос дочери.
Ох, если она в очередной раз оторвала голову Барби и не может ее вкрутить, то не знаю, что я сделаю.
Неужели я так много прошу? Всего лишь полчаса покоя.
Становлюсь на пол, заворачиваясь в полотенце. Меня ведет в сторону, будто я все еще ловлю вертолетики. Да, в конце концов, я могу себе позволить. У меня дата – пять лет, как меня бросил муж. Подумаешь, бокальчик позволила себе.
Вот только квартиру неестественно шатает, пока я ковыляю к Злате, держась за стены. Кажется, что мы взлетаем куда-то в космос.
– Злата, ты у меня в печенках сидишь! – рявкаю я, врываясь в детскую.
Застываю на месте, видя, как моя пятилетняя дочка сияет лазурным светом. В ее глазах столько страха, а мне так стыдно за то, что я сказала.
– Ма-ма, – шепчет она, поднимая руку, которая будто исчезает.
На наших глазах.
Подлетаю к ней и обнимаю. Ее тонкие руки обвивают меня за шею. Светло-желтые тона детской исчезают, а мы появляемся в странном месте с каменными стенами.
Глава 1
Если б рядом не было Златы, я бы подумала, что это какой-то глюк.
– Мама, а где мы? – испуганно спрашивает дочь.
– Не знаю, – я смотрю на огромную железную дверь.
В принципе, в комнате тепло. Камин горит. Мне как-то неловко очутиться непонятно где в одном полотенце. Хотя о чем я думаю?! Мы с ребенком не пойми где!
Дверь открывается. В комнату входит огромный мужик, одетый в странную рубашку с парусинными рукавами и черные свободные штаны. Я такую одежду видела только на страницах учебника по средневековой истории.
Он недоуменно смотрит на нас.
– Опять… – устало произносит он, потирая ладонью лицо. – Объясню вкратце…
Он делает шаг в комнату, а я прижимаю Злату к себе.
– …Вы попали в другой мир. Мой замок – некий мост между мирами. Чтобы вернуться домой, вам нужно немного подождать, – виновато улыбается.
Его глаза вспыхивают золотистым свечением, а я нервно ежусь. У него реально глаза горят золотом!
– Я, право, не хотел, чтоб это происходило, но, увы, каждый раз кто-то да попадает сюда… – он направляется к камину.
Я не свожу с него взгляда, пытаясь понять, что он вообще несет. Какой другой мир? Какой мост?
У меня же ребенок. Злата притихла, дрожа под моей рукой.
– …Вы не бойтесь, – продолжает мужчина. – Я слышал, что вместо возвращения в свой мир иногда девушки попадают в другие.
Он берет с камина какую-то продолговатую капсулу с золотистой жидкостью.
– Если вы не попадете после перемещения в свой мир, то советую ей воспользоваться…
Он подходит ближе, а я еще больше напрягаюсь, как львица, готовая кинуться, защищая своего детеныша. Или как испуганная обезьяна, не понимающая, что происходит.
– Вы извините, но у меня жена жутко ревнивая, особенно когда здесь появляются женщины. В вашем мире сейчас какое время года?
– Зима, – сдает Злата.
– О, хорошо…
Мужчина кладет на кровать возле нас капсулу и отходит к стене.
Под его рукой по ней идут странные зеленые линии.
А вскоре на пол падают зимние вещи – две куртки под наш размер, штаны с начесом, вязаные носки, сапоги, шапки и варежки. Полный зимний комплект.
«Обалдеть!» – все, что я могу подумать.
– Я пойду. Вы тут переодевайтесь. И да, вы забудете, что здесь были, – мужчина направляется к двери. – Советую одеться. Кристалл может перенести далеко от дома. Миры порой странно сдвигаются, и то место, где вы должны появиться, смещается. Хотя мои знакомые говорили, что это новые кристаллы, и они должны вернуть туда, откуда вы пришли. Но одежду возьмите – за причиненные неудобства.
Э-э…
Так и хочу протянуть что-то нечленораздельное, но сдерживаюсь.
– А почему мы вообще перенеслись? – только это и могу спросить.
– Не знаю, возможно, – он как-то странно смотрит на нас, – возможно, что-то повлияло на это. Какой-то всплеск энергии в вашем мире. Скажем так, вы влезли в межпространственную дыру. Они часто появляются, с тех пор как сдвинулись миры и пространства. Такое бывает. Вы не волнуйтесь. Плохо, конечно, что вы, после того как уйдете, не вспомните обо мне. Но с этим я тоже ничего не могу сделать. Таковы правила, вы не должны помнить о других мирах.
Дверь захлопывается за ним.
– Мам, а кто это? – спрашивает Злата.
– Понятия не имею, – отвечаю.
– Можно? – она кивает на одежду.
– Подожди, – я подхожу к вещам и рассматриваю их.
Добротные и видно, что дорогие. Немного стыдно их брать, но если все это взаправду, то одежда нам понадобится. А если даже и сон на двоих, то какая разница, что в нем творится? Логично же.
Я помогаю Злате одеться, когда воздух вновь колеблется. Я успеваю надеть носки, штаны и кофту и схватить кристалл и куртку, когда помещение вновь вибрирует, как совсем недавно наша квартира.
Застегиваю куртку и…
…ощущаю, как утопаю в глубоком сугробе.
Почему я стою по колено в снегу? Когда мы со Златой успели поехать куда-то в горы?
– Мам, – зовет дочка. – Где мы?
Она тоже в шоке. И что-то я не помню, чтоб у нас была подобная одежда!
– Понятия не имею, – я поплотнее кутаюсь в куртку, а затем и Злате поправляю шапку, съехавшую набок.
– Пошли, – беру дочь за руку.
Кажется, мы в каком-то снежном поле. Как так-то? Я же помню, как лежала в ванне, а потом воздух завибрировал. Тут – бац, и мы посреди снежного поля, одетые и обутые. Если б я была в одном полотенце, было бы хуже, конечно. Может, я просто в ванне уснула? Вода остыла, а я проснуться не могу?
– Злата, что тебе задали в школе? – задаю самый нелогичный вопрос в этой ситуации.
Просто зная законы сна, то ответ по-любому должен быть дурацкий.
– Мам, я еще не хожу в школу, – супится дочка.
Это не сон. Моей дочери пять лет.
Я хлопаю по карманам. Задеваю рукой какой-то предмет. Может, телефон?
Достаю продолговатую колбу с золотистой жидкостью. А это откуда?
Нас выкрали инопланетяне? По-другому я вообще не могу объяснить происходящее.
– Злата, где твой телефон? – спрашиваю дочь.