Страница 12 из 13
Я поднял на неё глаза, ожидая, что она скажет дальше. И быстрее бы уже сказала – мне надо ещё разобраться с зарвавшейся заучкой!
– Вы действительно осознали свою вину и хотели извиниться? – спросила она.
Конечно, мля! Горел желанием.
– Да, – кивнул я. Зачем уж развивать эту тему, раз Алла сама всё придумала с помощью рыжей.
– Что ж… Это уже большой прогресс для вас. Тогда я, в честь праздника сегодня, вашему отцу об инциденте в женской уборной сообщать не стану. Но буду надеяться на вашу сознательность!
Я с удивлением посмотрел на неё. Сильно меня это, впрочем, не спасёт – отец видел потасовку с Поповым на линейке. Но всё же одной головомойкой меньше. – Спасибо, Алла Дмитриевна.
– У всех должен быть шанс исправиться. Только щеколды будут везде теперь убраны – из-за вас, Питерский.
Я пожал плечами в ответ.
– Могу я задать личный вопрос, Рома? – спросила осторожно Алла. – Чем вам так не угодила эта девочка? Зачем вы её обижаете?
– Не можете задать вопрос, – нахмурился я. Вот это уж не касается училки!
– Так я и думала, что вы ответите мне именно это, – вздохнула она. – Только позвольте всё же дать совет: если девочка вам… нравится, то это не способ её добиться.
– Я не понимаю, о чём вы говорите, Алла Дмитриевна, – равнодушно отозвался я. – Вы извините, но меня ждёт отец.
– Пора взрослеть, Роман, – произнесла она. – Иначе можно потерять нечто важное.
– Отлично сказано, – кивнул я. – Так я пойду? Отец ждёт.
– Идите, Роман, – ответила классный руководитель, явно сокрушаясь о том, что её слова остались мной не услышаны. – До свидания.
– До свидания, – отозвался я и, поправив на плече рюкзак, вышел в коридор.
Осмотрелся вокруг себя.
Блин, и где её искать теперь? Наверное, ушла уже. А Попов, как собачонок, следом побежал. Алла потратила драгоценные минуты на бессмысленную болтовню.
Тут мой взгляд зацепился за рыжую. Она с кем-то заболталась по телефону и стояла у окна на первом этаже.
– Да, – говорила я в трубку. – Классный час закончился. Сейчас уже буду выходить и…
Телефон вырвали из рук. Я обернулась и наткнулась на Романа.
Опять он?! Да отстанет он от меня сегодня уже?
– Дай сюда, – протянула я руку за телефоном, на котором он нажал кнопку отбоя и поднял его вверх, чтобы я забрать не могла.
– Прыгай, – изогнул он одну бровь.
– Отдай телефон, я сказала, – повторила я, смело глядя в холодные глаза избалованного гадкого мажора.
– Прыгай, я сказал, – повторил и он. – Хочу поиграть с тобой в «собачку». Ты высоко прыгаешь, а, заучка?
– Питерский, ты просто идиот, – вздохнула я, начиная злиться и не понимая, как отнять свою дешёвенькую модель смартфона, которая ему точно ничем более не интересна кроме того, что моя.
Его глаза тут же стали ещё злее и ещё холоднее.
– Я щас его вообще разобью о стенку, – ответил он, сжав телефон в кулаке.
– Не надо, – вырвалось из меня помимо воли. – Я не смогу купить такой же…
– А мне плевать, – усмехнулся он и взглянул на смартфон. – Дерьмо какое… Как ты им пользуешься вообще?
– Нормально, – отозвалась я. – Не все родились принцами, как ты, Питерский.
– Ну да, – окинул он меня презрительным взглядом. – Некоторые рождаются, чтобы нас обслуживать. И телефоны у них соответствующие.
Нервно сглотнула ком в горле. Когда же этот год закончится? Мои нервы не выдержат просто.
– Отдай мне телефон, Ром, – устав пытаться вырвать его силой под смех мажора, попросила я.
– Никак, что ли, не достанешь? – ржал этот конь на весь коридор. – Че ты такая короткая и недоразвитая, а? Ущербная со всех сторон.
– Это ты шпала недоразвитая! – вспылила я и ударила его по груди. Рома машинально перехватил мою руку и сжал запястье пальцами. – В рост вытянулся, мышцы нарастил, а про мозги… забыл!
Последние слова я договорила, растеряв былой пыл и испугавшись. От Романа снова стала исходить ощущаемая кожей опасность. Он наклонился ниже, чтобы то, что говорил он, слышала лишь я одна.
– А ты себя всё глубже закапываешь, да, заучка?
– Ром, просто отдай мой телефон, – почти шептала я, пытаясь вырвать свою руку из захвата. – Меня бабушка ждёт, она будет волноваться. Да и тебя отец ждёт, я видела, что он здесь.
– Я ведь могу твою жизнь совсем в ад превратить, – проигнорировал он мои слова. – Превратить тебя в обслугу, в рабыню.
Я смотрела на него широко распахнутыми глазами.
Что?
– Ты сама сбежишь отсюда и лишишься своего прекрасного бесплатного места. То, что было – просто цветочки. А сейчас начнутся лютики. Или я сделаю так, что ты здесь учиться перестанешь, или ты будешь делать то, что я тебе скажу. Ты меня поняла, Катя?
5.1
Меня всю перетрясло. Я не могу лишиться этого места! Я не могу потерять это место, но и быть его служанкой я не готова тоже. Я смотрела на него, закусив нижнюю губу, и не знала, что говорить. Рома легко может устроить мне всё то, о чём сказал минуту назад.
– Я не слышу ответа, – изогнул он одну бровь. – Опять прикидываешься глухой, рыжая? Хочешь жить в аду?
– Я тебя поняла, – сказала я.
– И?
– Не хочу жить в аду.
– Тогда первое, что ты сделаешь сейчас – извинишься передо мной за цирк, который ты устроила в классе, «идиота» и «шпалу».
– Ты сам напросился! – вспылила я.
– Да? Ну хорошо, – ответил Питерский и вручил мне мой телефон обратно. – Забери свою рухлядь и не плачь потом, что я тебя не предупредил о последствиях.
Он уже сделал шаг к выходу, как я остановила его.
– Подожди.
Питерский повернулся ко мне, и я, действуя словно по наитию, осмелилась подойти ближе. Это мой единственный шанс спасти себя. Я смотрела в его глаза, он смотрел в мои и ждал.
– Извини, – сказала я. – Я не должна была никого оскорблять. Я не права.
– Ты меня на весь класс клоуном выставила, рыжая. Ты думаешь, тебе это просто сойдёт с рук?
– Я не буду так больше делать, – продолжала я смело смотреть в его лицо. – Обещаю.
– Можешь попробовать сделать ещё раз, – хмыкнул Роман. И навис надо мной сам, опершись о стену рукой над моей головой. Ну, самый настоящий медведь. Я рядом с ним как мушка мизерная. – И узнаешь тогда мой гнев в полной мере, мелкая! Извинилась – молодец, послушная девочка. Только ничего ещё не окончено, ясно?
– Ром, – пролепетала я и положила руку на его грудь, пытаясь снова остановить и как-то успокоить, что ли… Взгляд так и не сводила с его лица, которое теперь оказалось совсем близко, и я понимала, что куда-то начинаю будто проваливаться – его глаза, и больше ничего вокруг. – Я прошу тебя – не поступай так со мной. Ты же знаешь, что… Что я не могу потерять это место – моя жизнь будет разрушена. Это у тебя есть папа, он тебя куда хочешь отправит учиться, а у меня только бабушка. Старенькая бабушка, которая часто болеет, ей нужны дорогие лекарства. Я должна получить образование, чтобы иметь возможность содержать себя и её. Нам больше некому помочь. Понимаешь? Ром…
Его имя я почти мурлыкала, пытаясь найти к нему подход и человека. Должен же быть в нем человек, в конце концов!
– На жалость давишь, рыжая? – спросил он тише обычного. В его голосе появилась явная хрипотца, а глаза будто затянуло поволокой. – Не по адресу!
Что у него за реакция странная на мои слова? От его взгляда и ощущения своей ладони на его крепкой груди, в которой бешено билось его сердце – я чувствовала очень четко, – меня била дрожь, но я не убирала своей руки.
– Нет, – покачала я головой. – Просто надеюсь, что ты лучше, чем хочешь казаться. Ром… Ты такой большой и сильный, разве ты обидишь слабую девочку? Рома…
Роман неожиданно накрыл мою дрожащую ладонь своей – огромной и горячей. Я не ожидала этого и невольно дёрнулась, хотела отнять её, но он в ответ сжал мои пальцы своими, не дав двинуться с места. Его глаза стали как будто совсем пьяными, он вдруг наклонился ещё ниже, одновременно подтягивая меня к себе. Я прерывисто дышала, не понимая, как себя сейчас вести, и слышала в ответ безумную дробь его сердца. Я не ожидала, что он захочет меня…