Страница 40 из 73
Фая приложила лапку сбоку головы и многозначительно ей покрутила.
— Думаешь, я совсем свихнулась? Я даже не знаю, как это объяснить в первую очередь самой себе. После нашего не самого приятного знакомства, я увидела другую сторону де Ареона, более человечную и ранимую. Представляешь, он был искренне удивлён, когда я рассказала ему о том, как за него переживала, как места себе не находила! А он был уверен, что я всего лишь его пожалела. И после того, как я уверяла его в том, что он неправ, в том что он дорог и важен мне, Кристиан поцеловал меня, а я просто убежала! Наверное, он сейчас в бешенстве.
Фая выставила вперёд лапки и принялась боксировать с воздухом, стоя на задних.
— Ты не права, — возразила я арахниде, — я не пыталась ему отомстить и выставить наивным дураком. Просто всё это слишком неожиданно. Не знаю, на что я рассчитывала, когда первая открылась де Ареону, но точно не на поцелуй. Это было так внезапно, что я запаниковала и убежала. Вот как мне теперь смотреть ему в глаза?
Арахнида вздохнула совсем как человек, устроилась у меня на коленке и подпёрла передними лапками пушистую голову.
— А знаешь, что ещё хуже? Мне страшно. Я же видела тёмную сторону Кристиана, я не знаю, чего мне ждать от этого человека! Насколько я ему интересна? Есть ли у него взаимные чувства или я для него всего лишь забавная и наивная де Савеллина, с которой можно весело провести время? И что скажут остальные, если узнают? Де Ареон не пользуется успехом у Хайта, Арча и Энни. Они же первые от меня отвернутся! А ректор де Форнам? Я запуталась, Фая.
Арахнида пыталась меня развеселить: корчила рожицы, показывала забавные пантомимы — и где только их подсмотрела? Даже набросала из клейких нитей на подоконнике карикатуру на де Ареона. Но, как бы она ни старалась, я не могла выкинуть из головы удивлённое, слегка недоверчивое выражение карих глаз Кристиана, его мягкие, горячие губы, запах его кожи, смешанный с тонким ароматом ладана и апельсина. Как же я сейчас хотела забыть все свои страхи и броситься вернуться к нему, умолять его дать ещё один шанс, подарить мне ещё один поцелуй! И в то же время понимала, что я не готова… по крайней мере сейчас. А буду ли? Даже не знаю. Слишком сложным и непонятным человеком был наш декан.
За ужином, куда меня вытащила Энни, я молчала как подозреваемый на допросе у королевских дознавателей. Хайт всеми способами старался выяснить, куда я пропала после собрания у ректора де Форнама, но я лишь пожимала плечами. Отчаявшись меня разговорить, Максвелл завёл непринуждённый разговор с Энни, а я безуспешно искала глазами де Ареона, но декан, по всей видимости, решил пропустить ужин.
После ужина я решила прогуляться по территории академии. Возвращаться в свою комнату, стены которой уже начали давить на меня, или как обычно собраться с коллегами в комнате Хайта, чтобы перемыть косточки преподавательскому составу, я не хотела. Попрощавшись с удивлёнными моим странным поведением друзьями, я медленно побрела в сторону участка с учебными захоронениями. Вдумчивая прогулка среди могильных плит, куда не совались ни преподаватели, ни любопытные адепты, действовала на меня умиротворяюще.
Свернув на тропинку, вьющуюся змейкой между знакомыми надгробиями, в свете фонарей я увидела хорошо знакомую мне фигуру, одетую в чёрное пальто и тут же развернулась, надеясь уйти до того, как он увидит меня. Но, стоило мне сделать лишь шаг, как я услышала насмешливый голос Кристиана:
— Ты до конца дней будешь бегать от меня, де Савеллина?
Попытка бегства с треском провалилась. Собрав остатки смелости в кулак, я приклеила на лицо дежурную улыбку и повернулась к де Ареону:
— Приношу свои извинения, декан. Я не хотела тебе мешать.
Кристиан неторопливо приближался ко мне. В свете тусклого фонаря его лицо казалось восковой маской, скрывающей все эмоции, всё, что творилось у него на душе.
— Если тебе неприятно моё присутствие… — вздохнул де Ареон, но я не дала ему договорить.
— Это не так! Я подумала, это ты больше не захочешь меня видеть, после того, как я…
— Вылетела как ошпаренная из моего кабинета? — одними губами улыбнулся Кристиан.
— Я… я… — все более-менее подходящие слова для этой неловкой ситуации вылетели из моей головы. Я лишь беспомощно смотрела, как между мной и де Ареоном возникает незримая стена, окончательно нас разделяя.
— И снова я поступил некрасиво по отношению к де Савеллине, — покачал головой декан, даже не представляя, что сейчас творилось внутри меня. — Я сделал поспешные выводы и испортил всё то хорошее, что было между нами, поддался эмоциям, словно малое дитя. Этот поцелуй был серьёзной ошибкой. Не в то время, не в том месте. Приношу свои извинения.
— Кристиан!
— Я буду держаться от тебя на расстоянии, Дияника, только прошу, не убегай каждый раз при моём появлении. Это усложнит нашу дальнейшую работу.
Кивнув мне, Кристиан направился в сторону академии. Когда он поравнялся со мной, я неосознанно схватила его за рукав дорогого пальто и, даже не глядя в его сторону, тихо спросила:
— Это всё, что ты хотел мне сказать? Если да, то я сделала правильный выбор, когда тебя оттолкнула.
Кристиан промолчал. Пальцы, сжимающие плотную ткань чёрного цвета, разжались, и я медленно пошла вперёд, чувствуя, как сердце в груди рвётся на части. Значит, для него это был лишь внезапный порыв эмоций, о котором он сожалеет. Чувствую себя глупой, никчёмной дурой.
— Я лишился покоя из-за тебя, де Савеллина, — пронизывающим душу голосом, произнёс де Ареон. Я остановилась и до боли прикусила нижнюю губу, чтобы снова в его присутствии не разрыдаться. — Уже который день я засыпаю и просыпаюсь с мыслями о тебе. Каждый день я пытаюсь держать себя и свои чувства под контролем, но вместо того, чтобы принести своей душе облегчение, я лишь делаю больно тебе. Чем больше я стараюсь держать тебя как можно дальше от себя, тем сильнее хочу оберегать и защищать тебя, заботиться о тебе, делить с тобой радостные моменты и утешать, когда тебя что-то печалит. Сегодня я потерял контроль после сказанных тобой слов и всё испортил.
Неужели я сплю? Неужели, всё это происходит взаправду? Он… любит меня? Если это всего лишь сон, то я больше никогда не хочу просыпаться.
Я обернулась и, повинуясь зову сердца, пошла навстречу Кристиану. Сейчас он уже не выглядел как самоуверенный наглец, которого я встретила впервые или суровый, вызывающе дерзкий декан, появившийся в кабинете ректора де Форнама. Передо мной был растерянный от столь смелого признания, но от этого ещё более привлекательный мужчина.
Остановившись в шаге от него, я робко протянула руку и коснулась кончиками пальцев его лица. Кристиан слегка повернул голову вбок, стараясь не упустить ни одного прикосновения.
— Я просто испугалась, — примиряюще произнесла я, не отрывая свой взгляд от его карих глаз, — всё случилось слишком быстро и неожиданно и я оказалась совсем не готова к такому стремительному развитию событий. Кристиан, если я действительно тебе дорога, прошу, дай мне время. Сейчас всё против меня.
Де Ареон улыбнулся и, как мне показалось, выдохнул с облегчением.
— Я не буду давить на тебя, — кивнул Кристиан и нежно коснулся пальцем кончика моего носа. Вслед за этим он снял пальто и, как в тот раз на кладбище, заботливо накинул его мне на плечи.
— Только посмотри, ты снова замерзла, де Савеллина. Когда ты научишься надевать перед выходом на улицу тёплые вещи? Видимо, придётся мне позаботиться об этом, если, конечно, ты не против.
Вместо ответа, я рассмеялась. Сначала тихо, потом громче, затем присоединился и Кристиан. Вскоре, мы с деканом хохотали, словно сумасшедшие, глядя друг на друга, и сбрасывая накопившееся напряжение после прошедших, весьма тяжёлых для нас дней.
Глава 31
Просторный кабинет ректора был заполнен преподавателями Академии Дальстад. Изначально разговор о соревнованиях между факультетом боевиков и спецкурсом должен был пройти между Алленом и Кристианом, однако до нас дошли слухи, что и другие преподаватели выразили своё пренебрежительное отношение к нам и нашим адептам. Поэтому, как бы ни был против де Ареон, мы направились вместе с ним на собрание в полном преподавательском составе и не прогадали — в кабинете нас ждали аж шесть человек.