Страница 245 из 276
У Анксунамон было две причины, чтобы участвовать в турнире: во-первых, она не хотела уступать своему жениху (пусть он о её планах на свой счёт мог разве что догадываться), ну а во-вторых, слишком уж велик был соблазн встретиться с истинными организаторами всех этих мероприятий.
Уверенно идя по каменному полу, ощущая едва заметные вибрации энергии, вложенной в защитный барьер, ламия старалась не тратить лишних сил, предполагая какую-то каверзу впереди. Она не приняла свой истинный облик именно из-за того, что ползти пусть и привычнее, но всё же чуточку тяжелее чем идти, да и расход тепла от соприкосновения кожи с полом выше.
...
Щелчок, прозвучавший на грани слышимости заставил Рыка насторожиться, а когда каменная плита, на которой он стоял стала падать вниз, лису не осталось ничего иного как прыгнуть вперёд. К сожалению для зверянина, следующая плита оказалась столь же неустойчивой, да и в отличие от первой, потянула за собой все последующие опоры, вплоть до конца коридора. Лишь то, что расстояние между правой и левой стенами было небольшим, позволило лису вытянуться в полный рост поперёк прохода, уперевшись руками и ногами в противоположные плоскости.
"Чудесно", - мысленно вздохнул молодой хищник, ощущая как чакра, рефлекторно выпускаемая для того, чтобы закрепиться на вертикальной поверхности, попросту впитывается в защитный барьер.
Благодаря сенсорике Рык узнал, что упавшие плиты находятся в пяти метрах под ним, а ещё, снизу торчат тонкие, но острые шипы, похожие на иголки ежа-переростка (упав на такие, можно было превратиться в решето).
- И зачем я на это подписался? - сам у себя спросил зверянин, после чего сам же и ответил на свой вопрос: - Гордость и тщеславие... Тьфу.
Развернувшись к полу боком, лис начал попеременно перебирать верхними и нижними конечностями, ощущая себя крайне нелепо, словно какой-то человеческий гимнаст. Только добравшись до конца прохода, он сосредоточился и оттолкнулся от обеих стен, сгруппировался в воздухе, а затем приземлился на самый край новой площадки.
"Вот так-то", - хмыкнул про себя молодой хищник, делая шаг вперёд... чтобы услышать новый щелчок.
С тихим шелестом позади опустилась металлическая пластина, отсекающая зверянина от коридора с шипами, а затем потолок начал медленно опускаться, издавая при этом звук, будто бы где-то разматывалась длинная цепь.
"Да вы, блохи вас задери, издеваетесь?", - метнувшись влево, Рык упал на все четыре лапы, всей шкурой ощущая то, что не успевает добраться до безопасного места.
Потолок был уже в сорока сантиметрах над полом, когда лис буквально проскользил на очередной перекрёсток. В ту же секунду механизм остановился, вызвав у зверянина вспышку раздражения, вылившуюся в поток людских ругательств.
Инстинкты, взвывшие об опасности, заставили откатиться вправо, уходя за угол очередного коридора, а в то место где молодой хищник был секунду назад, с гулом врезался шар воздуха. Только сейчас он заметил, что в воздухе появился запах, чем-то похожий на человеческий и лошадиный.
"Челоконь?", - мысль ещё только формировалась в голове, а тренированное тело уже выпустило из пасти поток чакры, превращённой в стихию огня.
Огненный дракон, извиваясь в воздухе подобно змее, вывернул из-за поворота и понёсся в предположительную сторону противника. Рык, воспользовавшись своей техникой превращения в тень, растёкся по полу и замер, ощущая как барьер начал вытягивать из него чакру.
Прошла секунда, за ней вторая... Наконец из-за поворота вышел сам кентавр, выглядящий целым и невредимым. Он осмотрелся по сторонам, затем к чему-то прислушался и повернулся к противоположному проходу.
"Сейчас", - решил зверянин, возвращая себе обычный вид, одновременно с этим бросаясь в атаку.
Однако же, в момент рывка лиса, кентавр взбрыкнул задними ногами, копытами попав точно по торсу молодого хищника. Удар был столь сильным, что незадачливого охотника не только отбросило, но ещё и перекувыркнуло в воздухе, а когда он наконец-то упал на пол, в тело вонзились серпы ветра, оставляя глубокие раны на шкуре.
"У него что, глаза на заднице?", - напитав шерсть чакрой, Рык превратил её в подобие брони, что помогло защититься от следующей атаки кентавра, отправившего в полёт очередную гудящую сферу.
Не желая терять инициативу, челоконь прыгнул на лиса, пытаясь достать его копытами, но совершил ошибку: зверянин проскользнул под брюхо лошадиной половины туловища, а затем вонзил когти рук в мягкое брюхо, разрывая его на куски.
Более не тратя ни секунды, молодой хищник помчался прочь, торопясь оказаться подальше от места скоротечной драки. Ему в спину неслись проклятья, подкрепляемые лезвиями ветра, срезающими укреплённую чакрой шерсть будто коса сухую траву.
Только завернув за очередной угол, Рык остановился и привалился боком к стене, по которой и сполз на пол, наконец-то ощутив весь спектр ощущений от травм. Даже то, что противник пострадал сильнее, не слишком-то успокаивало (всё же где-то в лабиринте находились ещё двое, которые тоже могли преподнести неприятные сюрпризы).
"Чего он вообще на меня напал?", - задался вопросом молодой хищник, начав спешно латать кровоточащие разрезы, одновременно с тем прислушиваясь к звукам, доносящимся из покинутого туннеля.
Только сейчас до лиса стало доходить, что игры закончились. И пусть раньше жизнь тоже находилась в опасности, но вот осознание, что противники не будут пытаться договориться, разойтись миром, или ограничивать себя в средствах... заставило ощутить себя испуганным щенком.
И пусть это продолжалось секунды, но Рыку хватило и этого, чтобы спешно пересмотреть свои приоритеты. Желание победить ушло на второй план, заменившись целью - выбраться из этой пирамиды.
<p>
</p>
Примечание к части
Всем добра и здоровья (и мне - тоже).