Страница 91 из 92
Война в Анголе, то затухая, то вновь разгораясь, продолжалась. Но уходить оттуда Советский Союз не собирался. Тем более, что в 1988 году у городка Квито-Кванавале произошла одна из решающих битв этой войны. Столкнувшие с ангольскими и кубинскими войсками части армии ЮАР потерпели сокрушительное поражение и откатились до самой Намибийской границы, вместе со своими вассалами из УНИТА. На севере кубинцы и ангольцы при поддержке советского спецназа полностью выбили за границы страны отряды ФНЛА. Так что Антон Рыбаков еще пару раз съездил в Африку погулять. Результатом одной из прогулок стала гибель главы УНИТА Савимби и всех его советников. В результате УНИТА распалась, партизанские действия на юге постепенно сошли на нет. А на севере случилось еще интереснее — в Заире начался военный переворот и ФНЛА в результате потеряла поддержку местного правительства. После чего ее отряды или разбежались, или были уничтожены правительственными войсками Заира.
Война между Ираком и Ираном продолжалась до начала 1989 года, когда под воздействием потери захваченных раньше территорий и опасения дальнейшего усиления иранской армии Ирак пошел на мир с признанием довоенных границ. Правда сейчас Саддам явно оправился от вызванного проигрышем войны и сворачиванием сотрудничества с СССР шока и нацелился на новую авантюру. Пока точных данных нет, но разведка докладывает о концентрации сил на границе с Кувейтом.
Американцы постарались обострить ситуацию и на Дальнем Востоке, что привело ко «второму Халхинголу» в 1991 году. «Номонганский инцидент», или вторжение китайской пехотной дивизии в Монголию закончился меньше чем за три дня. В результате воздушных боев, в которых отличились летчики единственного советского 120 истребительного полка на новейших Су-27, а также воздушно-ракетных ударов, китайцы потеряли около четырех сотен самолетов, две сотни танков и полторы дивизии пехоты. Как и в 1939 году, вытеснив китайцев за границу, советско-монгольские войска остановились и не стали наступать дальше. Но преподанный жесткий урок оказался весьма впечатляющим. Несмотря на морально-политическую поддержку США и НАТО, приведших свои войска в боевую готовность, китайцы пошли на мирные переговоры. Для ведения переговоров в Москву прилетели не только председатель КНР Ян Шанкунь, но сам Дэн Сяопин. Инцидент привел к отставке Ян Шанкуня и падению авторитета армии. Ходили слухи, что президент США Джордж Буш ругался как ковбой на ранчо и даже грозился заставить Дэна съесть его, Буша, шляпу. Или начать войну с коммунистами. Но слова своего не сдержал, получив предупреждение от президента Советского Союза во время разговора по «горячей линии», напомнившего «господину Бушу», что СССР недавно изменил ядерную доктрину и «может бахнуть в любой момент».
Словно в пику политическим треволнениям, космические исследования шли спокойно и планомерно. Эксплуатировались построенные в количестве целых трех штук «Бураны». Один из которых, надо заметить, стоял во время кризиса 1991 года на старте с загруженными в боевой отсек орбитальными ядерными боеголовками.
Удалось довести до ума «Вулкан», ставший основным тяжелым носителем Союза. С вводом его и запуска спутников на геостационарную орбиту. Геостационарные ретрансляторы мало того что решили проблему связи на всей территории страны (особенно мощный эффект был достигнут в малонаселенных районах — Сибирь, Север, Дальний Восток), но и приносили остро необходимую для модернизации промышленности валюту. Избыток ретрансляторов позволил сдавать их в аренду, а относительно небольшие цены и забрасываемые «Вулканом» в большом количестве спутники позволяли успешно конкурировать с США.
А в прошлом, 1992 году, отправилась первая советская экспедиция на Луну. В конце 1991 года, перед полетом с участием космонавтов, туда отправили исследовательские аппараты для глобального фотографирования Луны, составления уточнения карт. А потом снова загрохотали двигатели очередного «Вулкана» и в полет к спутнику отправились несколько удивительных вещей — лабораторно-жилой модуль, луноход и контейнеры с запасами жизнеобеспечения на полтора года. Которые и прилунились в конце концов в Море Спокойствия. А в январе следующего года в том же направлении полетел первый ЛЭК — лунный экспедиционный корабль, получивший название «Октябрь», с экипажем из космонавтов Александар Волкова, Тимура Аубакирова и Сергея Крикалева. Центральное Телевидение честно сообщило, что состоялась советская пилотируемая экспедиция на Луну. Ненавязчиво подчеркнули, что из соображений безопасности полета экспедиция была спланирована только после всестороннего изучения Луны автоматами и отработки всех ключевых технологий. Это подтвердили кадры с очередного «Лунохода», телекамеры которого давали уже значительно более качественную картинку. Вообще, советская пропаганда избегала прямой лжи. Так, умолчания. Разве от "Н-1" отказались (в том числе) не по соображениям безопасности? Есть такая буква. Потом — автоматами исследовали? Исследовали. Технологии отработали? Отработали. А обо всех тонкостях и завихрениях космической политики СССР рассказывать не обязательно. Кому надо — знают. Советские люди преисполнились гордости за то, что наконец-то и красный флаг стоит на спутнике Земли.
То, что вместо запланированной недели из-за некоторых неисправностей экипаж пробыл на луне всего сутки, осталось за кадром. Как и то, что расконсервировать жилой модуль не удалось. Зато установили флаг и покатались на «Луноходе». Получилось не так круто, как у американцев — скорость поменьше. Зато опробовали запитку скафандров от аппаратуры жизнеобеспечения на борту жилого модуля. Ну и взлетели, отстыковались и ушли к Земле штатно.
А теперь на отремонтированной лунной базе «Север» расположился уже третий экипаж, включающий космонавтов из ГДР и Франции…
Воспоминания Леонида Ильича прервал какой-то непонятный звук, похожий на тревожный зуммер. Он попытался открыть глаза и вдруг понял, что ни одна мышца тела его не слушается. Стало страшно, холодно и темно. Потом его необыкновенный, невиданный прежде свет объял его. Он наполнял душу Леонида Ильича какой-то блаженной невесомостью и легкостью. Странное, неведомое доселе состояние охватило сознание Брежнева. «Что со мною?! — успел подумать он, стремительно взлетая к источнику этого света. В душе зародилось чувство огромного, абсолютного счастья. Леонид Ильич радостно рассмеялся. И со смехом влетел в огромное, виденное ранее, во время первой встречи с Виктором Трофимовым помещение. И увидел стоящего в нем в ожидании Викторина.