Страница 20 из 90
Посмотрев на показательный проход торговца, когда от скользящего соприкосновения шпоры издавали мелодичный звук, Артём решился повторить. В нём взыграло честолюбие разведчика, ибо вся наука заключалась в определенном шаге. Он легко пройдёт по ночному лесу, не хрустнув ни единой веточкой, а тут цепляется за какие-то железяки на каблуках. После пятой попытки шпоры буквально запели, и он рискнул сделать несколько несложных перемещений, имитируя бой с противником. Получилось неплохо, обязательный атрибут кавалериста уже не мешал.
Второй урок посвящался умению ездить. Для начала Артём попытался забраться в седло и привстать в стременах. Затем начали осваивать кавалерийскую посадку — всадник должен держать спину прямо и не елозить попой. В противном случае седло натрёт спину лошади, не говоря о проблемах для собственной задницы. Наконец перешли к непосредственно к верховой езде — следуя советам наставника, Артём уловил ритм шага и неожиданно для себя ощутил от поездки неповторимое удовольствие. Неспешная прогулка по окраине города располагала к беседе, и он принялся расспрашивать о жизни в этих краях. Вспомнился первый день в этом мире и неправедно полученные деньги у далёкого теперь торговца лошадьми.
— Торговля андалузцами должна приносить хорошие деньги? — Как бы между прочим спросил он.
— Не надо путать цену на этих красавцев с реальной прибылью. — Недовольно ответил Доменико. — Здесь спрос невелик и нет смысла заниматься этим делом. Выручают манильские галеоны.
— Что за «манильские галеоны»? Никогда о них не слышал. — Поинтересовался Артём.
— Каждую весну с Филиппин выходит эскадра в сотню кораблей с годовой добычей золота. Вы не знали? Хм… Наверное, на дворцовых балах говорят только о женщинах! — Усмехнулся торговец.
Ни хрена себе! Сто галеонов с золотом! Обалдеть! Или здесь имеет место преувеличение? На всякий случай Артём переспросил:
— Вы уверены в столь огромном количестве золота с Филиппин?
Доменико озадачено покосился, но заметив искреннее недоумение, принялся пояснять:
— Манила является торговым центром всего азиатского региона, там не только добывают золото, но и чеканят пистоли. Из Китая туда везут жемчуг, фарфор и ткани, из Бирмы рубины и слоновую кость, сапфиры из Цейлона, пряности из Индонезии и так далее.
Артём впал в ступор, он знал про злато-серебро из Америки, а Манила ассоциировалась лишь с дешёвыми моряками. Не хило развернулись испанцы! Но сотня галеонов с дорогостоящими товарами вероятнее всего домысел.
— Что-то не верится. Вряд ли годовой добычи золота хватит на покупку такого количества колониальных товаров. — Засомневался он.
— После гибели во время тайфуна одного из кораблей, вышел указ короля: по нему каждый галеон берёт казённых товаров не более чем на три четверти миллиона пистолей. — Ответил Доменико.
Круто! Ежегодно по семьдесят пять миллионов только из Азии! Годовой бюджет России этого периода составлял всего девять миллионов рублей. К примеру, русский золотой рубль практически не имел хождения из-за крошечного размера, он весил всего четыре грамма. В своё время Пётр Великий посетил английский монетный двор, где ради увеличения веса в золото добавляли медно-свинцовый сплав. В конечном итоге царь не решился портить благородный металл, и Москва продолжила чеканку из чистого червонного золота. В качестве самой маленькой золотой монеты казначейство чеканило два с половиной рубля. Аналогичная ситуация могла быть с эскадрой из Манилы, корабликов много, а размеры чуть более баркаса. Желая выяснить грузоподъёмность этих самых манильских галеонов, Артём осторожно спросил:
— Вы не слышали о грузоподъёмности манильских галеонов?
— О! Это гордость флота Испании! Корабли построены в Маниле, у них по четыре артиллерийских палубы! Каждый из них способен принять на борт более двадцати тысяч квинталов груза! — Самодовольно ответил Доменико.
Некоторое время Артём следил за равномерным ходом лошади. В словах наставника верховой езды просматривался явный диссонанс. Сотня утыканных пушками огромных кораблей в регионе, где практически нет судоходства! С тайфунами можно встретиться у Филиппин, дальнейшее плавание абсолютно безопасно, именно благодаря этому региону океан прозван Тихим. Здесь явная недомолвка, ценность перевозимых грузов, конечно же, велика, но меры защиты чрезмерны.
— Не вижу смысла в столь огромном флоте. — Задумчиво сказал он.
— Вы ничего не знаете о заморской торговле? — озадачено спросил Доменико и, не дожидаясь ответа, продолжил: — манильские галеоны загружены под завязку! Слишком много купцов желает отправить свои товары под надёжной охраной королевских пушек. Кроме того к эскадре присоединяются корабли из Индии и Макао.
Вот как! Артём пребывал в уверенности, что вся торговля из Азии осуществляется вокруг Африки и на всякий случай спросил:
— А французы? Они тоже ведут свои суда под охраной испанских галеонов?
— Нет, что вы! — усмехнулся Доменико, — Париж дружит со Стамбулом, купцы проходят из Красного моря прямиком в Александрию. Там есть канал под названием Исмаилия, прорытый ещё при фараонах.
Артём пропустил последние слова мимо ушей, до него, наконец, дошёл смысл ответа на вопрос о продаже лошадей.
— Манильские галеоны разгружаются здесь? Я имею ввиду Тихоокеанское побережье. — Ещё не веря в собственную догадку, спросил он.
— Разумеется! — засмеялся Доменико. — Манильский флот рассредоточивается по побережью от Акапулько до Панамы. Так что через четыре месяца у нас начнётся грандиозная ярмарка, настоящий праздник денег!
— Что традиционно в цене? — деловито поинтересовался Артём.
— Часы и стекло из Индии, морской жемчуг из Персии и речной из Китая. — Так же деловито ответил Доменико.
Через четыре месяца в Пуэрто-Вьеха завезут горы дешёвых колониальных товаров! В порту и на рейде соберётся флот купеческих судов! Артём чуть ли не физически ощутил в своих руках птицу под названием «удача». Он ещё не знал за что именно взяться, поэтому принялся дотошно расспрашивать сначала Доменико, а после возвращения на рынок взялся за Гастона д’Ларк. Увы, по их уверениям шансы урвать кусочек с праздничного стола богатеев приближались к нулю. Посторонним не пробиться даже в охрану, ибо в этот период караваны идут в сопровождении королевских солдат.