Страница 4 из 5
Вдруг на ее руки легли горячие ладони Драко и мягко заставили их оторваться от лица.
– Открой глаза, Грейнджер, – попросил Малфой, и его голос звучал спокойно, без единой нотки насмешки или издевки.
Гермиона лишь отчаянно помотала головой, пообещав себе, что не откроет глаза, даже если Темный Лорд внезапно сейчас воскреснет прямо в ее спальне и станцует для них зажигательную румбу.
– Посмотри на меня, Гермиона.
– Нет.
На мгновение в комнате повисла гнетущая тишина, так что показалось даже, будто Драко ушел, хотя не было слышно его шагов. Гермиона настороженно вслушивалась в каждый шорох, напряжение достигло предела и вот-вот готово было заискрить на коже электрическими разрядами, как вдруг сильные руки легли ей на талию и притянули к невыносимо горячему и жесткому мужскому телу, заставив вжаться в него грудью и испуганно охнуть.
– Одиночества не надо стесняться, – его дыхание обожгло нежную кожу за ухом, отчего по спине тут же побежали мурашки. – С ним надо бороться. Вместе…
Его губы обхватили губы Гермионы, смяли их настойчиво, но мягко и осторожно, так что она невольно застонала. Язык Драко ворвался внутрь, встретившись с ее языком, покоряя, увлекая в огненный страстный танец, от которого кружилась голова, а между ногами зародилось позабытое уже ощущение возбуждения, вызванного близостью сильного мужчины, его скользящими по телу руками, требовательными губами, нежными укусами, пробуждающими что-то первобытное и низменно-прекрасное в душе.
Гермиона не поняла, как оказалась на кровати, прижатая тяжелым мужским телом, тщетно силясь вспомнить, когда в последний раз испытывала подобное. Затуманенный страстью разум махнул рукой и отказался работать, оставив главной плоть, которую уже захватила в свои сети безумная страсть. Малфой рванул ее свитер вверх, и тот, растерянно взмахнув рукавами, улетел куда-то под кровать. За ним последовали джинсы, и Драко обвел восхищенным взглядом ее тело в одном простом белом нижнем белье. Этот взгляд пьянил не хуже забытого на кухне вина, и Гермиона судорожно сглотнула, тяжело дыша.
Его пальцы потянули чашечку лифчика вниз, чтобы добраться до напряженного соска, умоляющего о ласке, но Гермиона вдруг хрипло прошептала:
– Драко…
Он мгновенно отстранился, пытаясь совладать с собственным дыханием, и настороженно посмотрел на нее.
– Хочешь, чтобы я остановился? – его голос звучал почти как обычно, и лишь на самом краю слышимости слабая нотка напряжения выдавала его возбуждение. Тогда как огромный бугор на штанах вообще не пытался как-то скрыть состояние своего хозяина.
– Хочу, чтобы ты разделся, – просто ответила Гермиона и потянулась к пуговицам его рубашки. – А если ты сейчас остановишься, я безжалостно поколочу тебя этим розовым вибратором. Возможно, все это время он лежал и ждал здесь именно этого момента.
– А я думал, это подарок Долгопупсу, – хмыкнул Малфой, отбрасывая рубашку в сторону. Глаза Гермионы задержались на блеклой и безжизненной Темной метке, ярким пятном выделяющейся на бледной коже, но в следующий миг ее рука накрыла напряженный член сквозь ткань штанов, и Драко забыл обо всех своих сомнениях. Избавившись от брюк, он толкнул Гермиону обратно и рванул лифчик вниз, обнажая грудь, а затем накрыл губами сосок, вобрав его в рот и жестко прикусив. Из ее груди вырвался стон, а бедра сами собой раскрылись, бесстыдно демонстрируя мокрую ластовицу трусиков. Пальцы Малфоя лишь вскользь коснулись ее, будто поддразнивая, а губы сместились ниже, оставляя нежные поцелуи на коже живота.
– Приподнимись, – хрипло попросил он, избавляя ее от лифчика и трусиков и тут же устроился между ее ногами, жадно вдыхая аромат женского возбуждения, по которому невероятно скучал. Склонившись ниже, он раздвинул влажные складки, открывая взгляду набухший бугорок клитора, и тут Гермиона дернулась, попытавшись закрыться.
– Драко… – смущенно выдохнула она, но он не позволил ей свести бедра и медленно, будто давая шанс осознать происходящее, наклонился и прильнул губами к влажной плоти.
– Не сопротивляйся, Грейнджер, – его горячее дыхание обожгло чувствительный клитор. – Все равно я сильнее тебя. И я буду ласкать тебя именно так, хочешь ты этого или нет.
– М-м-м, – простонала Гермиона, откидываясь на постель и закрывая глаза, когда Малфой провел языком по влажным половым губам, собирая смазку, пошло причмокивая и облизываясь, будто смакуя самое изысканное блюдо. Два его пальца уперлись в тесный вход, нежно массируя и слегка надавливая, а затем не без труда проникли внутрь, отчего из груди Гермионы вырвался еще один жалобный стон.
– Больно? – тут же спросил Малфой, остановившись и успокаивающе поглаживая ее по бедру свободной рукой.
– У меня просто давно никого не было… – прошептала Гермиона, закрыв глаза и снова отчаянно краснея.
– У меня тоже, – вдруг сказал Драко. – Надеюсь, ты будешь со мной нежной. Потому что я с тобой буду.
У нее вдруг странно заныло сердце от этого внезапного признания Малфоя: он был не из тех, кто вот так запросто открывает душу. Она приподнялась и зарылась пальцами в его светлые волосы, оказавшиеся удивительно мягкими на ощупь. Он издал какой-то странный звук, похожий на удовлетворенное мурлыканье, и принялся вылизывать ее клитор медленными длинными движениями плоского языка. Гермиона снова откинулась на постель, чувствуя, как пальцы внутри ее тела мягко, но неотвратимо продвигаются внутрь, раздвигая тесные стенки, которые неохотно поддаются, принимая их. Повернув руку, Драко надавил большим пальцем на испуганно сжавшееся колечко ануса, и Гермиона резко выдохнула, ощущая, как внутри нее нарастает напряжение, грозящее вот-вот перерасти во взрыв. Палец не стремился внутрь, ритмично лаская и поглаживая снаружи, и ее тело постепенно расслабилось и отдалось уносящей ее все дальше волне наслаждения. Стенки влагалища напряглись, сжимая пальцы Драко, а кончик его языка запорхал на распухшем перевозбужденном клиторе со скоростью взмахов крыльев колибри, сводя с ума и выталкивая ее за грань в бескрайнее море чувственного удовольствия.
Когда ее тело забилось в сладкой агонии оргазма, Малфой дождался, пока сокращения влагалища утихнут и, устроившись между ее ногами, прижал головку напряженного члена к истекающему смазкой входу. Ощутив это, пытавшаяся отдышаться Гермиона вдруг открыла глаза и поймала взгляд его затуманенных вожделением глаз. В этот миг Драко словно пронзил электрический разряд, заставивший каждый волосок на теле подняться, а сердце заколотиться еще сильнее. Ему показалось, что он тонет в этих красивых карих глазах, и золотые искорки, мерцающие в ее радужке, вдруг заметались в воздухе вокруг, будто мелкие шаровые молнии. Моргнув, он понял, что это был обман зрения, а Гермиона все еще доверчиво смотрит на него снизу вверх, распростертая под его телом, умиротворенная и расслабленная от удовольствия, что он ей подарил, и такая… красивая. Готовая на большее. Ни одна женщина не смотрела на него так: просто как на мужчину. Обычно в нем видели либо знаменитость со страниц «Пророка», либо кошелек со звонкими галлеонами, либо ступеньку для быстрого карьерного роста. И лишь Гермиона увидела в нем Драко Малфоя, такого, каким он стал спустя почти восемь лет после войны.
Едва слышно зарычав, он двинулся вперед, и податливое женское тело приняло его, тесно обхватив член пульсирующими мышцами влагалища. Гермиона выгнулась, сладко застонав, и Драко припал к ее нежной шее горячим поцелуем, прежде чем начать неторопливо двигаться. Ее кожа была слегка солоноватой на вкус и одурманивающе пахла персиком. Руки Гермионы легли на его сокращающиеся в такт движениям ягодицы, и вдруг острые ноготки впились в гладкую кожу. Малфой снова зарычал и перехватил ее запястья.
– Быстрее, – простонала она, подаваясь бедрами ему навстречу и слегка смещаясь, чтобы головка задевала самое чувствительное место внутри ее. – Пожалуйста, Драко…
– Повтори еще раз.
Гермиона распахнула глаза и, взглянув на него расфокусированным взглядом, безошибочно выбрала из трех произнесенных ею слов именно то, что он хотел услышать, – его имя.